Что делать. Ответы на вопросы украинских товарищей - 2
5. Формы организации. Одно дело – «механически» снабжать коллектив агитационными и пропагандистскими материалами, а другое дело – знать, что эти материалы доходят до людей, а не идут в урны. Это значит, что в цехах нужно иметь зачатки рабочих организаций. Мы лучше, чем кто-либо другой, понимаем, что это легко сказать, но вот сделать гораздо тяжелее, ещё тяжелее - добиться длительной работы с этим предприятием.
Но давай по порядку.
Одной из форм организации может быть «кружок естествознания выходного дня». Когда у нас на местах набирались группы из желающих заниматься МЛ по выходным, то мы находили дешёвенькое помещение или занимались у кого-то в квартире.
Сразу возникает вопрос: а как и откуда набирались первые группы?
Ответ: по-разному набирались, всеми возможными путями. Сначала мы - орг\ядро из двух человек, старых знакомых, читающих РП, - выяснили вопрос, можно ли найти помещение для занятий. Выяснили, что жена одного нашего товарища работает замом директора ПТУ на окраине города. Поговорили сначала с товарищем, объяснили, что хотим вести занятия по философии, и просим быть нашим ходатаем перед женой. Он посмеялся, но затея ему понравилась. Он предварительно переговорил с женой, затем позвонил нам и сказал, чтобы мы пришли к ней на работу к концу учебного дня и на месте обговорили с нею все подробности дела. Мы пришли, поговорили. При объяснении причин, почему это вдруг у нас возникло такое альтруистское желание учить людей, мы решили надавить на педагогическое бытие человека, и потому сказали, что считаем, что программы нынешней школы недостаточны для полноценного политехнического образования, что после школы детей приходится доучивать, что сами имеем детей и близких, которые хромают в науках и плохо учатся. Нам это положение не нравится, да и, кроме того, у многих рабочих нет иного пути получить правильный фундамент для всех своих знаний. А у нас есть время, желание и кое-какое советское образование и опыт, которые не худо было бы дать молодёжи. Вот, по совокупности этих причин, мы и хотим вести курсы философии и естествознания.
Мы сразу учли, что многие педагоги болезненно реагируют на появление «неаттестованных конкурентов». Поэтому упор в разговоре делался на философию, а не на естественные науки: с философией в ПТУ проблем нет в том смысле, что там её вообще нет. Наша «конкуренция» была не опасна для зам. директора ПТУ.
Далее мы оговорили технические и финансовые вопросы. В итоге нам разрешили заниматься по два часа в субботу и воскресенье в маленьком актовом зале ПТУ под видом добровольной физкультурной секции. Забегая наперёд, скажу, что платили мы законно, через бухгалтерию и кассу, 800 рублей в месяц «за аренду зала для игры в мяч». Почему такой резкий загиб – говорим о философском клубе, а платим за аренду зала для футбола? Потому, что зам.директора здраво рассудила, что в платёжках должен фигурировать самый легальный и лояльный вид деятельности – спорт, футбол и прочие спортивные игрища, которые приветствуются и поощряются властями. Заяви в бухгалтерской ведомости о философском клубе – не оберешься беды.
Так вот. После того, как мы получили доступ к залу, встал вопрос: как набирать первые группы? Решили сообщить о начале занятий тем своим знакомым, которые ранее обнаруживали левые взгляды. Таких набралось около 10 человек. Из них только четверо проявили интерес к нашей затее (а на первое занятие пришло только двое). Мы попросили каждого из своих знакомых о том, чтобы он сообщил о кружке тем людям из своего круга, кому это может быть, по его мнению, интересно. Такой приём дал ещё двоих учащихся. В итоге ещё до начала первого занятия мы столкнулись с нехваткой людей для первой группы, так как считали, что первый «поток» должен быть достаточно большим – для того, чтобы при естественном отсеве 70-80% всё же оставалось бы человек 8 – 10. Это бы и был «кворум», рабочее ядро агитации и пропаганды.
Что делать? Людей мало. Тогда мы решили рискнуть и расклеить по городу объявления. Но что писать в них? Написать «философский кружок» - может привлечь внимание «охранки». Написать «театральный» или «по изучению естественных наук» - откликнутся те, кому интересен театр или бесплатное репетиторство по физике или математике, решение контрольных и т.п. Долго думали и всё же решили написать «философский кружок». Так определялась более-менее точная аудитория, в которой наверняка найдутся 15–20% подходящих людей. Купили безличный стартовый пакет сотового оператора и нашли старый мобильный телефон. В объявлении нужно было дать минимум информации, в том числе № мобильной связи, а остальные вопросы уже объяснять по телефону.
За неделю до начала занятий мы расклеили по городу объявления такого содержания:
Философский кружок
объявляет о наборе в группы выходного дня.
Изучаем общие вопросы философии и естествознания.
Обучение бесплатное.
Телефон для справок такой-то
В течение этой недели нам позвонили 14 человек. Шестеро, узнав о том, что речь идёт об изучении МЛ, сразу же отказались. 5 человек обещали подумать и перезвонить, а трое согласились на занятия сразу. Из пяти думающих отозвался и пришёл на занятие один человек. Всего в первой группе на первом занятии было 8 человек. Для начала это был успех. Мы начали с ними заниматься.
Кружок – дело хорошее, но он не должен превращаться в «вещь в себе». Мы старались сразу же уходить от культур-треггерства, так как уже немного понимали, что кружок должен стать, в первую очередь, работающей ячейкой по распространению МЛ знаний, которая может со временем перерасти в ячейку партийную, т.е. в полноценную оперативную единицу будущей партии.
На деле выходило совсем не гладко. Первый состав кружка по классовому составу был больше интеллигентским. Рабочих было трое. При этом большая часть наших товарищей с головой ушла в учёбу, показывала результаты в теории, но мало что делала на практике. Эта часть заняла такую позицию: надо сначала изучить, как следует, МЛ, а уж потом начинать работать. (Аналог «Прорыва», только получше. У тех совсем клиника - они и не планируют работать в РК. - прим. РП) Это удобная и безопасная позиция, но это меньшевистская позиция отрыва теории от практики.
Так, можно сказать, с первых же занятий у нас в кружке завязалась борьба двух «фракций». Причём, «теоретиками» были не только интеллигенты и служащие, но и двое наших рабочих.
С другой стороны, через пару месяцев все на словах соглашались с тем, что теория без практики мало чего стоит, и обещали вести агитацию и пропаганду, как в своих коллективах, так и в «быту».
Забегая наперёд, скажу, что в течение года это обещание выполнили только 3-4 человека из состава первого кружка, зато семь человек отошли от учёбы и работы, видимо «устав», и вернулись к своей обывательской жизни.
Трудно сказать, отошли они на время или навсегда, но двери перед ними никто не закрывает, а работа найдётся всегда. Уход этих товарищей имеет несколько причин, среди которых и наши ошибки и промахи, в частности, то, что первый руководитель кружка хотел всё делать сам, не доверяя своим ближайшим товарищам. И это аукнулось. Когда с ним случилась досадная неприятность, заменить его оказалось некому.
Отсюда вывод: те из вас, кто будет организовывать работу кружков, да и вообще, приступать к революционной работе, должны правильно понимать свою лидерскую роль, не заслоняя собой и не замещая собой своих ближайших помощников. Вы равный среди равных, и единственный критерий, по которому вас считают старшим, - это ваш авторитет, МЛ знания, некоторый опыт, причём в единстве всех этих составляющих.
Ваше первенство в организации работы на местах ещё не делает вас автоматически настоящим руководителем, так как партийный авторитет ещё нужно заслужить тяжёлой работой. И часть этой работы – подготовка своих помощников и полноценных заместителей. На вас пока что свет клином не сошёлся, поэтому, с одной стороны, вы даёте общую линию работы, а с другой - смело доверяйте своим товарищам и перестройте своё сознание так, чтобы в нём не было отвратительного мещанского чувства зависти к тем, кто в партийной работе окажется умнее, смелее и дальновиднее вас. Наоборот, ваш долг сознательного рабочего – замечать, помогать и поддерживать таких людей, а если сложится так, что они смогут лучше вас наладить работу кружка или ячейки, - то ваш долг работать тем и там, кем и где вас поставит ячейка и её новый руководитель.
Тем не менее, в течение полугода нам удалось организовать несколько кружков по всей области.
Как это получилось? Получилось благодаря второму составу нашего первого кружка. Когда в первые 4-5 месяцев от нас начали уходить учащиеся, на их место неожиданно быстро стали приходить новые люди. Сказалось то обстоятельство, что работающие члены кружка, всё больше «погружаясь» в МЛ, рвались агитировать: постепенно количество знаний требовало от человека перехода из качества ученика в качество агитатора.
Ясное, дело, что в начале получалось плохо и нескладно. Но среди потенциальных результатов был и один реальный результат такой агитации: все те, кто пополнил кружок, были из тех рабочих и служащих, кто слушал наших первых агитаторов. Когда стало ясно, что всё же цепная реакция началась, мы перестали развешивать объявления о наборе в «философский кружок» (это, кстати, тоже было поспешностью и нашей ошибкой: власти открыто не реагировали на это объявление, поэтому один способ набора в кружок не должен был бы исключать и других способов - использовать нужно все и всякие способы.).
Так вот, среди новых слушателей оказались такие, кто жил вне областного центра, но в силу безработицы в ближних городах-райцентрах, был вынужден ежедневно ездить в большой город и обратно, либо жить в большом городе с понедельника по пятницу. Примерно через полтора – два месяца занятий, когда мы уже подходили к окончанию начального курса политэкономии, эти люди стали рассказывать знакомым у себя дома всё то, что смогли понять и запомнить из этого курса. Ещё через некоторое время мы спросили у этих товарищей, не стоит ли им задуматься об организации у себя в городах кружков по образу и подобию нашего кружка? Все высказывали сомнения в этой затее, но, тем не менее, все и понимали, что сделать это надо, так как иметь один кружок в центре - это недостаточно и неудобно для работы.
В итоге из четырёх человек иногородних трое взялись за это дело. В течение месяца–двух они объявили о том, что готовы к первому занятию. Так и пошло. Когда в кружках появлялись новые люди из других городов, то через полтора–два месяца учёбы у них так же спрашивали, не могут ли они организовать кружок у себя дома. Некоторые соглашались и действительно делали всё, что могли, для организации кружка или филиала кружка – небольших группок, которые занимались на квартирах или в домах кружковцев.
6. Учебные программы. Для иногородних кружков учебные программы были те же, что и у нас, единственное, мы немного изменили список литературы и сделали больший акцент на готовые статьи из РП. Так, если у себя мы вели диамат по Митину, истмат – и по Митину и по Константинову, то для новых кружков дали Корнфорта и истмат по Константинову. У себя мы не пользовались курсом политграмоты Бердникова–Светлова, а для новых кружков решили, что этот учебник необходим. Политэкономия у нас была построена сразу на двух учебниках, Михалевского и Островитянинова, а в новых кружках было решено для начала попробовать только Михалевского. Тему войн и мировых кризисов мы свели в общий курс, составленный из готовых статей РП. По фашизму сделали то же самое, т.е. взяли готовый цикл РП.
Что касается основной учебной программы кружка, то нельзя сказать, что она полностью совпадала по форме с программой курса МЛ РП. Хорошо это или плохо – не знаю. В центре мы пошли по классическому пути изучения МЛ и следовали по учебникам, параграф за параграфом, как в институте. Отсюда сложилось и расписание занятий, напоминающее школьное расписание. Выглядело оно примерно так.
Первый месяц Суббота Политэкономия – 2 часа Воскресенье Диамат – 1 час Истмат – 1 час Второй месяц Суббота Политэкономия – 1 час Истмат – 1 час Воскресенье Политэкономия – 1 час Диамат – 1 час Дополнительные материалы или истмат – пока не выгонит дежурная. Третий месяц Суббота Политэкономия – 1 час Политэкономия, домашние задания и решение задач – 1 час Дополнительные материалы, диамат или истмат – пока не выгонят. Воскресенье Диамат – 1 час Истмат – 1 час. Четвёртый месяц Суббота Политэкономия – 2 часа (начинаем Островитянинова, т.е. фактически расширяем, повторяем и закрепляем курс Михалевского) Диамат - пока не выгонят. Воскресенье Диамат – 1 час Истмат – 1 час Дополнительные материалы – если люди ещё способны соображать. И т.д.
Конечно, само это расписание не было догматическим, как в царской гимназии. Оно корректировалось на ходу в зависимости от того, в какой части МЛ у нас намечалось отставание или опережение, какие события происходили вокруг нас, какие темы всплывали в разговорах и становились такими, обойти или отложить которые было нельзя. Если намечался провал, т.е. непонимание кем-либо или всеми той или иной темы, то нужно было, не жалея времени, останавливаться и начинать эту тему сначала - с поправками на огрехи своего объяснения.
Дополнительные материалы – это статьи РП, выдержки из мемуаров большевиков, статьи из журналов и т.п. При этом учебную нагрузку мы старались выдерживать так, чтобы на диамате и истмате был постоянный акцент, независимо от того, как долго человек уже учится.
Если учебники по МЛФ вычитаны и изучены, мы снова и снова повторяли отдельные разделы из них. Т.е. МЛ философию мы сделали постоянным предметом, вроде того, как на физическом факультете высшая математика изучается все пять лет, как спецпредмет, независимо от того, что другие дисциплины вычитываются и заканчиваются итоговым экзаменом или зачётом. Опыт СССР подсказывал, что фундамент всех наших знаний – философию МЛ мы не можем просто «пройти» и получить зачёт, она должна быть бесконечным курсом, чтобы правильное мировоззрение усвоилось, как следует, тем более, что для его становления нужны годы, а не дни и не месяцы.
В общем, то же самое мы сделали и с политэкономией. Пройдя учебник Михалевского, мы начали всё сызнова по учебнику Островитянинова. А внутри курса Островитянинова мы делали контрольные работы, для которых брали экономические задачи из книги Михалевского. Поначалу нам, как «преподавателям», здорово досталось от товарищей за такое «издевательство над людьми», мол, зачем одно и то же повторять? Зачем терять время на арифметику? А повторять надо, и контрольные работы надо было делать, поскольку в ходе дальнейшего изучения забывались важные моменты из предыдущих глав и материалов, а повторение и решение задач позволяли держать память в тонусе, положить в нее знания так, чтобы вышибить их оттуда нельзя было больше ничем, никакими буржуйскими мифами и сказками.
Как уже говорилось, Корнфорта в первом кружке мы не использовали. Но где-то с 3–4 месяца начали расширять основной курс МЛФ, вводя в него материалы из сталинских «Краткого курса», «Марксизма и вопросов языкознания», пробовали разбирать отдельные главы из Аржанова «Гегельянство на службе германского фашизма» и некоторых других книг. Политэкономию мы также старались дополнить «Безработицей» Валентея, «Финансовым капиталом» Кона, «Частным капиталом в СССР» Ларина, статьями из «Коммунистического университета на дому». В целом к нашим услугам была вся библиотека РП, откуда мы и черпали нужные материалы, а кроме того, мы нашли несколько номеров «Красного архива», «Летописи революции», и кое-что, фактический материал в основном, брали оттуда.
7. Как готовились к проведению занятий? К концу первого месяца занятий кружка у нас наметилась тройка постоянных лекторов: нас двое и ещё один человек из учащихся кружка. Сначала вели занятия по простому графику – по очереди, суббота – один, воскресенье – другой, следующая суббота – третий, и т.д. Но в ходе занятий этот график начал сбиваться. Бывало, что на занятиях мы углубляли и расширяли какую-нибудь тему и не помещались в два–три часа, поэтому приходилось обещать, что рассмотрим эту тему по свежим следам в счёт завтрашних занятий. А это значило, что завтрашний лектор оставался полностью или частично без работы, а его лекции, стало быть, нужно было откладывать на неделю или читать только их часть. А бывало, что в лекции вмешивалось какое-либо событие и требовало всё время уделить ему. Так было не раз, особенно по теме фашизма и войны, когда вместо политэкономии и диамата мы читали курс РП или дополнительные материалы по этим темам. Такой гибкий график, конечно, утомлял, но с другой стороны, он заставлял лекторов расширять свою эрудицию и быть готовыми в любой момент приступить к лекции, даже если перед этим он готовился по другому предмету.
Для добросовестной подготовки к лекциям в выходные преподавателям нужно было все вечера на неделе посвящать чтению источников и составлению конспектов. Понятно, что все мы днём работали, поэтому свободное время для подготовки у нас было только между ужином и отбоем. Понятно и то, что почти все домашние дела нужно было отодвинуть в сторону. И речи быть не могло о выпивке, телевизоре, диване и пр. мещанских удовольствиях. Через пару месяцев мы были похожи на хронически недосыпающих, задёрганных, кое-как питающихся людей, которых дома считают чудиками и бытовыми бездельниками, а на работе – медлительными и тугодумными. Но всё это мгновенно уходило и забывалось с началом занятий.
Чтение материалов и работа над лекциями у всех нас шла, так сказать, и по основному месту работы. Те, кто по характеру труда мог сидеть за столом и делать вид, что занимается производственными заданиями, строили свой рабочий день так, чтобы побыстрее сделать эти самые задания, скинуть их с глаз долой и перейти к делу, к вычитке, к работе над конспектом лекции, над заметкой или статьёй. Поскольку большей частью работа за столом связана с компьютером, постольку наши товарищи заводили в нём особые незаметные папки, в которых хранили литературу и свои материалы. Для хранения бралась какая-либо скучнейшая техническая папка или файл, например, какой-нибудь СНИП на земляные работы, марки сталей, бухгалтерские стандарты, таблицы сопротивления материалов, и внутри этой папки создавалась ещё одна закодированная папка с тошнотворным или неприглядным названием, которое не бросается в глаза и не вызывает никакого интереса у большинства людей. Но тут важно, чтобы на ваших компьютерах названия секретных папок и файлов имели связь с характером вашей работы. Будет подозрительно, если кто-нибудь залезет в комп инженера-электрика, например, и увидит там папки с названиями «оперативная хирургия», «навигация и мореходная астрономия», «теория сопел ракетных двигателей» и т.п.
Пароли, ссылки, логины и всякие тайные слова мы договорились прятать так. Берём какую-нибудь толстую классическую книгу в виде вордовского файла, например, «Воскресенье» Толстого, замечаем, сколько в ней электронных страниц, затем находим укромное место внутри текста, ближе к середине книги, делаем разрыв и копируем туда все свои тайные знаки. Смотрим, на сколько сдвинулась последняя страница, и путём подъёма многочисленных пробелов выводим её на прежнее место. Сам файл пихаем в папку с художественной литературой, среди которой он и сидит, как дома. Иди найди.
Хуже приходилось людям физического труда. У них время для занятий оставалось только вечером. Поэтому среди руководителей кружков со временем не осталось ни одного рабочего – они просто не тянули нагрузку лектора, но учились почти все хорошо. Наверное, это было закономерно.
Само составление конспекта лекции имело некоторые особенности. Для того чтобы определить, какой объём можно более-менее качественно изложить за учебный час или два, мы засекали время и вслух «прогоняли» пункт, параграф или статью. Причём, мы решили стразу, что перечитывать учебник не будем, это неинтересно ни нам, ни учащимся, а будем делать подробный конспект и дополнять его нужными живыми комментариями. Поэтому объём нужно было подобрать так, чтобы в час или два поместились и конспект и комментарии, и чтобы оставалось минут 10 на вопросы и уточнения. Первые месяца два приходилось перед каждыми занятиями делать такой прогон, а потом появился некоторый опыт, и мы уже почти без ошибок определяли, какой объём учебника надо конспектировать.
При подготовке к лекциям стоит обращать внимание на сложность вопросов и только потом окончательно определять объём конспекта. Бывало так, что час уходил буквально на несколько строк учебника, поскольку к ним нужно было писать подробные объяснения на несколько страниц.
Как выглядит сам конспект лекции? Примерно так:
План 1.Что изучает политэкономия? Развёрнутый конспект 2. Экономическое содержание Октябрьской революции. Краткий конспект 3. Производство, средства производства, производительные силы. Очень объёмный и подробный конспект 4. Производственные отношения. То же. Или так: План 1.Производственные отношения Развёрнутый конспект
План из одного пункта - так как это важнейший вопрос, включающий в себя целый ряд вопросов, требующих объяснения. За час можно всего и не рассказать. Так что когда соберёте материалы по конкретному вопросу и соедините их в целое, прогоняйте лекцию на время – чтобы сказать за час всё, что нужно, без обрыва мысли.
8. Где занимались кружки? Так вышло, что время от времени нас выгоняли из ПТУ в связи с проведением разных мероприятий в выходные дни. Когда нас впервые предупредили об этом, мы обзвонили всех кружковцев и выяснили, что у одного из них родственница уехала на месяц, а его попросила «поливать цветы». Так, на ближайшие выходные мы получили место для занятий. В одном городке кружок не нашёл ничего подходящего для занятий и поэтому всё время занимался в квартире, которую одному из кружковцев оставила бабушка, и он собирался сдавать её в наём квартирантам.
После того, как у нас едва не сорвались занятия из-за занятости зала в ПТУ, мы начали подыскивать запасные варианты. Варианты помещений могут быть самыми разными, но чаще всего мы получали отказы от школ, ДК, техникумов и ЖЭКов. Потенциальное согласие мы получили в двух-трёх ПТУ, в одном институте, в районной библиотеке. Это вовсе не значит, что школы отказывали всем и всегда, но внимание властей к школам оказалось выше, чем к ПТУ. Отсюда – и больший страх администрации этих учебных заведений.