Школьная линейка

Вчера, 31 августа, вечером, высшее школьное начальство ДНР отменило школьную линейку, которая должна была пройти утром 1 сентября. Поводом для отмены стало убийство главы ДНР Захарченко. Однако официального решения об отмене линейки не было, и команда об отмене прошла по «сарафанному радио», по линии от каких-то чиновников минобраза – к директорам школ, далее от директоров – к педагогам, а от последних – к родителям (через Viber, Telegram, ВК и т.п.).

Судя по интенсивной учительско-родительской переписке вчерашнего дня, у донецких родителей были сомнения в том, состоится ли традиционная линейка. Но эти сомнения были связаны не с тем, что убили Захарченко, а с тем, что до этого в ДНР был объявлен траур по поводу кончины народного артиста СССР и ДНР Кобзона.

Поэтому примерно до 20.00 учителя дружно успокаивали родителей и сообщали им, что всё идёт по плану, и линейка будет.

К 21.00, когда город уже наполнился слухами о том, что «…шефы и дружки отправили Захарку к Кобзону», ситуация с линейкой резко изменилась. Через соцсети и каналы интернет-связи к родителям полетели телеграммы «отбоя»: без объяснения причин общий школьный сбор 1 сентября отменялся.

От рядовых сотрудников силовых ведомств, имеющих кое-какую оперативную информацию, мы узнали, что к 20.00 31.08.2018 по этим ведомствам прошло сообщение, в котором указывалось, что органам власти даны указания о сворачивании всех массовых мероприятий, запланированных на 1 сентября, так как в ДНР будут проводиться активные розыскные мероприятия, а главное, в связи с тем, что «террористы, убившие главу, могут совершить ряд террористических актов в школах и иных местах скопления людей».

Что бы это значило?

Ну ладно, дело обычное: фашистская буржуазия убивает одного из своих деятелей, который, видимо, не так хорошо и успешно боролся с нарастающим протестом трудящихся, не так эффективно руководил уничтожением остатков демократии и гражданских свобод в ДНР, не так дотошно проводил интересы финансовой олигархии, да и вообще начинал мешать успешному бизнесу своего ближнего круга – всяким Ташкентам, Матющенкам, Трапезниковым и прочей «народной власти».

Но причём здесь школьные линейки?

С лета 2014-го по настоящее время в Донецке и других городах и сёлах Донбасса погибли, были убиты и ранены тысячи простых людей, среди них сотни детей, но мероприятия на 1 сентября никто не отменял. Больше того. Мало кто обращал на это внимание, но факт есть факт: 1 сентября 1941 г., в то время, когда старшее поколение фашиствующей буржуазии вело войну против СССР, школьные линейки в нашей стране по понятным причинам не состоялись лишь на временно оккупированной территории. Но при этом линейки состоялись даже в тех советских школах, которые оказались внутри «котлов», в которых были окружены и сражались корпуса и дивизии Красной Армии.

А вот в ДНР по поводу кончины «царя» линейка, как общий смотр и проверка готовности к новому учебному году и как торжественный ввод малышей в храм науки, была отменена. Буржуазия применила так называемый «фюрер-принцип»: поскольку рабочим внушается, что вся их жизнь и весь кругооборот веществ в природе зависят от воли и личности отдельных царей и начальников, постольку со смертью того или иного царя должна «остановиться или нарушиться» общественная жизнь. Вот подох, например, Николашка Второй, Гитлер или Захарка Первый, значит, и солнце стало хуже светить, и детям 1 сентября в школах делать нечего. Пусть вместе с родителями забьются в свои норы и оплакивают дорогого руководителя, на котором держалось «всё благополучие отечества».

Смотрите, а ведь очень похожая история уже была. 27 мая 1942 г. в пригороде Праги был смертельно ранен Р. Гейдрих, начальник РСХА и имперский протектор Богемии и Моравии. Освободившийся пост протектора всея Чехословакии занял старый эсэсовец и генерал полиции К. Далюге, который своими первыми указами отменил на месяц все торжественные мероприятия в оккупированной стране. Были запрещены даже свадьбы, научные и культурные семинары, школьные экскурсии и гимназические олимпиады. Чехам и словакам предписывалось скорбеть о палаче, молча вкалывать на рейх и тихо перемещаться с работы домой, не собираясь большими группами.

Что касается фашистского подхода к роли личности в истории, то 9 июня 1942 г., на торжественных до блевотины похоронах Гейдриха, Гитлер и Гиммлер дружно завывали о том, что с его смертью «сияние солнца померкло над Германией» и что «сердце рейха приостановилось» и что «весь народ получил кинжальный удар и истекает кровью». И далее – в том же духе.

Само собой, «справедливый гнев народа, объединённого гибелью героя», «ясного солнышка и благодетеля», должен был как-то и на кого-то выплеснуться. Так и вышло. С вечера 27.05.1942 г. в Праге, Братиславе, Брно и других городах начались повальные обыски и аресты. Гестаповцы искали английских диверсантов, участников Сопротивления и, главным образом, коммунистов. В итоге «оперативных мероприятий» гитлеровцы нашли «всех причастных» к убийству Гейдриха, из которых (считая заложников) было расстреляно 1330 человек, их них 198 женщин и четверо подростков. Все они, разумеется, оказались «террористами, большевиками и заговорщиками».

На закуску, 9 июня 1942 г., в день похорон обер-садиста и палача, фашисты уничтожили чешскую деревню Лидице: всех мужчин старше 16-ти лет (170 человек) расстреляли на окраине деревни, 200 женщин были отправлены в концлагеря Маутхаузен и Равенсбрюк, а детей распихали по детским трудовым домам на территории Германии.

Сейчас трудно сказать, что именно произойдёт в ближайшие недели и месяцы в ДНР. Факты на данный момент таковы. Кроме того, что из-за убийства одного крупного буржуа и главного днровского чиновника было похерено огромное  общественное дело – начало учебного года, со вчерашнего вечера фашисты «захлопнули» весь концлагерь: выезд за пределы ДНР временно закрыт. По предприятиям уже поползли телеграммы из администрации и.о. главы ДНР о недопустимости каких-либо «нарушений рабочего и производственного процесса» со стороны  трудовых коллективов. Иначе говоря, фашисты, пользуясь удобным случаем, ещё раз предупреждают местный рабочий класс и остальных трудящихся о том, чтобы они и не думали как-либо выражать своё недовольство по поводу нищеты, бесправия, унижения, мерзких условий труда, задержек зарплаты, полного уничтожения гражданских прав и свобод. В противном случае, на волне «народного гнева по поводу убийства Главы», против внутреннего врага (т.е. забастовщиков, рабочего профсоюза, либералов-антифашистов и прочих недовольных) будет применяться оружие.

Также пошли слухи о том, что убийство Захарченко будет использовано местной властью как повод для повышения цен. Известная логика в этих слухах есть: из-за якобы закрытия границ ДНР с РФ, откуда идёт основной поток товаров, а также (тут уж по-настоящему) с Украиной, откуда всё-таки идёт небольшой поток товаров и ввоз предметов потребления частным порядком, вполне может быть создан искусственный дефицит товаров первой необходимости. Это послужит официальным основанием для повышения цен: сначала в очередной раз на бензин и ДТ, а там, по механизму цепной реакции, и на всё остальное.

Сегодня же стало известно, что детям ДНР не видать школы и 3 сентября. Но почему? А потому, что уже «прошло» распоряжение минобраза о привлечении государственных служащих и работников госучреждений, в первую голову, педагогов (самая массовая группа в этом слое) к церемонии торжественных похорон Захарченко. Для ТВ и последующей оглушающей пропаганды будут организованы сцены массовой скорби, сцены «единения народа и фюрера». Днём педагогов и других работников социальной сферы сгонят в центр Донецка, а вечером рабочим разных стран покажут, что ДНР – вовсе не фашистская резервация, что власть и общество в ней едины, что никаких классовых противоречий там нет, и что царит в ней  благословенный социальный мир – мечта империалистической буржуазии всех мастей, которая спит и видит, чтобы каждые похороны каждого фашистского подонка подстёгивали бы патриотический раж и облегчали бы заодно поставки на войну одураченного пушечного мяса.

Однако вернёмся на школьную линейку. Казалось бы, ну что там? Подумаешь, 1 сентября дети не собирались, не слушали учителей, не концентрировались перед обучением; 3-го сентября тоже пропустят учебный день, — что тут особенного?

Для фашистского государства, действительно, ничего особенного нет. Отношение буржуазии к школе есть показатель её отношения к общественному труду, к производительным силам общества в целом: если социалистическое государство не мыслило ни единого учебного часа, потерянного впустую, то для буржуазного государства и потеря нескольких учебных дней ничего не значит. Если социалистическое общество высоко ценило труд учителя и, соответственно, требовало от школы высококачественный и широко образованный «продукт», без которого движение к коммунизму, т.е. непрерывный и быстрый рост материального и культурного благополучия общества, невозможно, то фашистская диктатура видит в школе такой орган государства, которому достаточно поставлять в производство массового раба, умеющего кое-как обращаться с машинами, немного грамотного в одной области, и при этом полностью безграмотного политехнически и неразвитого политически. При производстве такого «продукта» пропуск нескольких учебных дней, а то и недель, ничего критического не значит.  Был бы этот раб поставлен на поток, да ещё с тем прицелом, чтобы сознание его по выходу из школы принимало бы капиталистическое рабство как единственный и нормальный порядок всех вещей – данный ныне и присно и вовеки веков.

Какие уж тут линейки…

М. Иванов