О борьбе со стихией

В конце прошлой недели в Донецке за двое суток выпало много снега. Зимнюю природу, как будто, прорвало: в короткий срок выпала едва ли не месячная норма осадков, которых ждали с самого декабря прошлого года. Но поскольку температура воздуха колебалась около нуля, постольку первые сутки шёл сначала дождь со снегом, а затем мокрый снег.

Ясное дело, в городе началось стихийное бедствие. Встал электротранспорт, на тротуары и дороги упали обледенелые деревья. Те же деревья с сотнями килограммов снега и льда на ветвях оборвали провода и кабельные линии, перекрыли целые дворы, и жильцам стало не пройти и не проехать. Пожилые тётки-дворничихи из ЖЭКов уже к 7 утра полностью выбились из сил, разгребая мокрый снег со льдом допотопными лопатами. Днём то же самое происходило и перед многочисленными конторками, магазинчиками, офисами, учреждениями: снег убирали, в основном, молоденькие девчушки, которые еле-еле удерживали в руках большие снеговые лопаты или скребки. Складывалось такое чувство, что уборочной техники для снега вообще нет, и весь город как-то скатился в начало 20 века, разве что на дорогах не хватало телег и лошадей.

Жители некоторых дворов, где упали деревья и нанесло завалы из снега и льда, собирались на стихийные субботники, чтобы распилить и разобрать завалы. Но почти тут же появлялись работники так называемых «управляющих компаний» или ЖЭКов и поднимали шум. Но они шумели не столько по тому поводу, что жители собирались коллективно убрать снег, а потому, что люди хотели распилить упавшие деревья. Там, где трудящиеся выносили собственные механические пилы и начинали завалы пилить, могли появиться полицаи. Фашисты сразу же заявляли жителям, что те совершают преступление — расхищают де муниципальную собственность. Пилы конфисковывались, а на «нарушителей закона», расчищавших вместо властей городские дворы и дороги, составлялся акт об административном правонарушении. Тех жителей, которые начинали заявлять полицаям о том, что это их земля, что они приводят в порядок свой район, свой дом, и имеют на это полное право, могли задержать и доставить в участок, где им объясняли, что жители Донецка — никто, и звать их никак.

Такие стихийные коллективные работы трудящихся фактически разгонялись местной властью и полицией. Власти явно испугались самоорганизации людей для борьбы со снегом и завалами. Это означало, что фашисты в ДНР жутко боятся любых, даже вполне безобидных форм организации народа, потому что в этих формах быстрее растет и зреет недовольство трудящихся и накапливается опыт коллективных действий против власти. Никакая природная стихия буржуазии не страшна так, как попытки рабочих и других трудящихся самим организовать нормальную жизнь и навести порядок у себя дома.

Есть у запрета разбирать завалы и другая сторона. Действительно, все деревья в городе стоят на учёте. И вот уже пятый год эти деревья в городах и районах выпиливают. Причём под нож идёт не столько сухостой, сколько здоровые деревья ценных твёрдых пород: акация, дуб, абрикос, груша, ясень и т.п. Когда-то Донецк и остальные города области по условиям промышленности отчаянно нуждались в таких растениях, которые интенсивно поглощают оксиды углерода и активно выделяют кислород. Поэтому в городах и пригородах высаживались канадский и обыкновенный тополь, акация, ясени и дубы. А для того, чтобы трудящиеся имели возможность есть летом-осенью бесплатные фрукты, устраивались полосы, аллеи и посадки из фруктовых деревьев.

Теперь же выпиливаются эти парки, скверы, защитные лесополосы, аллеи, остатки общественных фруктовых садов. Днровская буржуазия объясняет это тем, что, мол, заготавливаются дрова для «фронта». Один из высших чиновников ДНР прямо сказал, что выпилка деревьев идёт с целью «обогрева наших героев на передовой, которые защищают нас от украинской агрессии». Но так как сухой тополь тепла даёт мало, а акация, дуб и ясень — много, то на «фронт» гонят именно такие дрова. А когда простые жители пытаются распилить упавший сухостой или же, как сейчас, разобрать завалы из деревьев, у фашистской власти начинается истерика: как же так, рабы пытаются унести казённые дрова из-под носа государства и вынуждают, тем самым, тратить драгоценную прибыль на обогрев солдат.

Ну так пусть власти сами вовремя разгребают завалы и убирают упавшие деревья! Нет, отвечают власти: то, что завалены дворы и тротуары, и простонародью уже третьи сутки негде пройти, — всё это ерунда, потерпят. Деревья должны лежать и ждать, когда их распилят официальным порядком. А тех, кто будет собираться на субботники и проявлять инициативу в наведении порядка, и особенно организаторов, ждёт городской СИЗО.

Но неужели у российско-днровской буржуазии нет денег на обогрев своих военных наёмников? Деньги есть, только тратить свою прибыль на это буржуазия не хочет и потому перекладывает эту тяготу на донецких трудящихся, лишая города зелёных насаждений и запрещая угрозой фашистских кар прикасаться к своим будущим дровам.

Есть и ещё один заметный мотив в вырубке деревьев. Местная власть методично вырезает общественные фруктовые деревья. Это делается для того, чтобы у людей не было возможности бесплатно получить пригоршню абрикос, вишен или груш. Рабы капитала должны каждую ягодку покупать, а те, кому фрукты достаются бесплатно, являются преступниками, так как они уводят прибыли из карманов капиталистов. Бесплатность для капиталистов – что нож к горлу! Им проще удавиться, чем разрешить народу хоть что-то бесплатное. Отсюда попытки сделать платными все дороги, леса, поля, пруды и озера, и даже воду! Только до воздуха пока не добрались, и то только потому, что технологий еще не хватает – не выдумали капиталистические шакалы и их ученые холуи счетчики, сколько вдохов сделал тот или иной человек. Но дайте срок, будут и такие счетчики, и то, над чем мы посмеиваемся сегодня, станет страшной реальностью завтра, ужасающим будущим наших детей. И так будет, если здесь и сейчас мы не остановим капитализм.

Вернёмся к снегу. Вчера основные дороги в городе более-менее вычистили. Это понятно, так как буржуазии они нужны самой для получения прибылей - перевозить свои товары к местам реализации, продавать услуги, снабжать свой «фронт». Когда некоторые незадачливые обыватели начинали прихваливать днровскую власть за такую «оперативность» в чистке дорог, другие трудящиеся урезонивали глупцов, объясняя, что «днровцы чистят дороги не для тебя и меня, а для своих грузов». Так как встали трамваи и троллейбусы, вся пассажирская нагрузка легла на автобусы. При этом больших и дешёвых муниципальных автобусов на маршрутах стало ещё меньше, чем до снега, и потому хозяева фирм — маршрутных такси сняли за двое суток богатую прибыль. Деваться-то трудящимся было некуда, на работу и с работы как-то ехать надо, поэтому вместо 6 рублей в муниципальном транспорте пришлось платить 10–11 рублей в «маршрутках». Такие расходы для местных рабочих чувствительны, тем более что с 1 февраля подорожал в 2 раза и проезд в муниципальном транспорте.

В автобусной давке простые люди умнеют на глазах. Всё чаще начинают в голос задавать вопросы контролёрам и друг другу, чем вызвана такая давка? И отвечают, что дело не в том, что всем нужно на работу и с работы, это было всегда и особых проблем с транспортом не было, а в том, что вместо восьми единиц на маршрутах работают два, от силы три, автобуса или трамвая. Дело в том, что троллеи оборваны, а от трамваев остался десяток развалюх, отработавших по три ресурса. В том, что пути занесены снегом, как зимой 1916 г. В том, что в городе нет метро и городских электричек.

Стало быть, толкотня и неудобства вызваны не невоспитанностью рабочих и другого простонародья, а вполне материальными причинами, — тем, что городские власти не хотят покупать автобусы и трамваи, не хотят обновлять трассы и провода, не хотят строить метро и эстакады, хотя трудящимся всё это нужно позарез.

Озлобление против верхушки ДНР растёт. Пока что большинство простых людей направляют это недовольство не на класс капиталистов и общественный строй, а на отдельных персон, его представляющих. Но это дело поправимое, так как общее направление гнева у людей правильное. В транспорте ещё не кричат о том, что коль днровские власти не могут наладить транспорт, запустить заводы и шахты, убрать снег и завалы, то сделать всё это должен сам народ. Но дело в разговорах идёт именно к этому. Люди недовольны повышением цен на проезд и продукты и всё чаще вспоминают, что при Сталине почему-то цены снижались, заводы работали, а зарплата росла. Почему сейчас всё происходит наоборот? Отвечают друг другу кто что, но большинство сходится, что причина была в том, что тогда в стране заправлял сам народ, а не олигархи.

Тот же вопрос люди задают и по поводу уборки снега и дорог. Уже есть замечательная и мощная техника, способная быстро вычистить не только дороги и дворы, но и всю область. Где вся эта техника? Её нет. Вместо этого хозяева города, частных фирм и фирмочек указывают своим рабам на лопату, вот, мол, вам, средство борьбы со стихией. Большая механизация в уборке снега и льда кое-как применяется, но машин мало, и работают они только на главных улицах. Что касается рабочих окраин и дворов, то там царствует лом и лопата в руках пожилых баб из ЖЭКа. Закупать и применять машины в этом деле буржуазия не желает, говорит, «денег нет». Но этот ответ уже всем хорошо знаком, он означает несколько иное – «давать денег не хочу». «Нет» и «не хочу давать» - разные вещи. Последнее означает, что деньги есть, да не про нашу честь! А чтобы они были про нашу, и нужно самому народу брать власть в свои руки.

Были в транспорте и выкрики, что, мол, всем надо выйти на субботник и убрать город. Но таких крикунов сразу же осадили. Одно дело, убрать у себя во дворах, и другое – весь город.

В Донецке так и так трудящимися стихийно организовывались фактически субботники у себя во дворах, гаражах и проездах, там, где завалы и снет не давали нормальной жизни и где власти ещё раз показали своё полное наплевательство на простых людей.

Иное дело уборка города. Тут все неоднозначно.

С одной стороны, общий субботник для уборки всего города, организованный по инициативе трудящихся и проходящий под руководством самих трудящихся, был бы очень хорош как живая практика самоорганизации масс и как наглядный пример полной негодности властей и всего существующего общественного строя.

С другой стороны, убирать весь город бесплатно под руководством властей было бы неправильно. Мы и так на своём горбу содержим всю эту власть, которая дерёт с нас деньги налогами и ценами. Денег у неё достаточно, вот пусть и пускает их на общую пользу тех, кто эти деньги зарабатывает. А так выходит, что рабы должны выйти и бесплатно убрать город, отдать даром целый день своего труда, а днровская верхушка посмеётся над дураками и положит себе в карман те средства, которые должна была на эту уборку потратить. А это техника, солярка-бензин, зарплата, в общем, большие миллионы, которые мы просто подарим этим толсторожим.

Снег и упавшие деревья ещё раз отлично показали, что этот строй и власть, его защищающая, давно стоят поперёк нормальной жизни общества, мешают наладить как производство, так и весь повседневный быт общества. Субботник трудящихся, как опыт самоуправления в своём доме, когда буржуазные власти становятся лишними, хорошо, но он должен быть правильно организован, с учётом конкретной обстановки, места и времени. Организован так, чтобы буржуазия не была бы стать замаскированным организатором его, чтобы не смогла оседлать его и направить энергию людей в свою пользу.

Примерно такое же негативное отношение со стороны трудящихся и к акции «Посылка солдату». Эта буржуйская затея идёт через «Общественное движение “Донецкая республика”». Местные высшие чиновники придумали, как присваивать себе побольше из тех денег, которые даёт российский империализм на удержание ДНР. Вместо того чтобы закупать для военных, стоящих на линии раздела с Украиной, такое дополнительное, но ценное довольствие, как чай, кофе, сигареты, конфеты и т.п., «Донецкая республика» призывает рабочих и особенно рядовых служащих покупать эти товары и сдавать для отправки на «передок». А люди между собою по-простому рассуждают так: сначала развели войну, захватили Донецк, сломали жизнь миллиону человек, а теперь просят у нищих денег на чай и кофе. Пусть Пушилин с Путиным на свои прибыли всё это покупают. Говорят пока что по-обывательски, но направление уже не то, что 3 года назад, а совсем противоположное. Проходит буржуазно-патриотический угар, истинная суть войны становится людям яснее.

Высшие чиновники треплются о том, что вот-вот заработает всё донецкое машиностроение. Но вот выпал снег, и есть удобный случай это показать на деле. Ведь всё под рукой. Внутри города в двух километрах от металлургического завода находится мощный машиностроительный завод, который был способен делать очень сложные машины, от редуктора до экскаватора. Здесь и карты в руки: вот сталь, вот станки, вот энергия. Так почему, спрашивают люди, не делать снегоуборочные машины и всякие другие нужные машины здесь же, в Донецке? Рабочие работать не хотят? — Только дай им такую возможность, они что хочешь сделают. Тем более, что более удобного места для промышленности трудно найти.

Всё это делать можно. Можно быстро убрать город, сделать выдающиеся машины, восстановить провода, проложить какие угодно маршруты и вообще решить в темпе множество перезревших и важных для города и горожан вопросов и проблем. Но мешает капитализм. Не даёт частная собственность и защищающее ее буржуазное государство решить общественные нужды так, как это нужно всему обществу, т.е. трудовому народу.

И мало-помалу народ начинает это понимать. Должно быть, снегопад и обледенение помогают.

Д. Вуйцык