Разворачивается новый виток липовой эпидемии. Что делать?

В редакцию РП поступили многочисленные вопросы от рабочих в связи с возобновлением розыгрыша липовой эпидемии «ковида». Буржуазия снова нагнетает информационное давление и запускает истерию в СМИ по поводу «борьбы с коронавирусом». В нескольких регионах России и ближнего зарубежья мероприятия, имитирующие борьбу с «новой коронавирусной инфекцией», снова переведены из статуса «рекомендательных» в статус «обязательных». А обязательный статус подразумевает насилие в адрес неподчинившихся. Открытое, государственное, фашистское, административно-полицейское насилие.

Итак, к вопросам рабочих.

1. Почему с этим нужно бороться?

А) Потому что эпидемия липовая. Не бывает эпидемий несуществующей болезни. Пресловутый «вирус SARS-CoV2» — это выдумка, лженаучная «модель», не отражающая объективную реальность. Иными словами, данный «вирус» не существует как материальный объект. Он существует только в сознании одураченных и напуганных трудящихся, что-то вроде злого демона, которого попы заставляют бояться и требуют приносить жертвы.

Доказательства этого утверждения вполне научны и исчерпывающи, РП привёл их в 2021 году в статье «Разбор мифа об открытии вируса SARS-CoV2». Между тем, борьба с эпидемией выдуманного вируса есть преступление властей. Это борьба фашистского правительства против трудового народа. Это сознательное подавление производительных сил общества, всего передового и прогрессивного, это попытка остановить ход истории и законсервировать империализм и господство кучки олигархов. Борьба с «коронавирусом» есть вредительство в виде растрат и разбазаривания ресурсов страны, это хищническое и непроизводительное расточение рабочей силы и общественного богатства. Это грабёж казны в виде перекачки бюджетных средств в карманы олигархов. Это полное уничтожение демократических прав и свобод, ранее завоёванных трудящимися в жестоких боях с буржуазией. Это очередное масштабное наступление буржуазии на жизненный уровень миллионов простых людей. Это массовое поражение и постепенная ликвидация всей социальной сферы народа, это паралич общественной жизни и свободного развития населения, это поголовное угнетение высшей нервной деятельности трудящихся. Это ограбление и разорение миллионов людей труда, рост безработицы, распространение принудительного труда, мракобесия, современного рабства и крепостничества.

Борьба с липовой эпидемией отвлекает часть аппарата и ресурсов реального здравоохранения, которое вместо профилактики и борьбы с действительными болезнями и угрозами здоровью населения тратит свои силы на борьбу с несуществующей угрозой, с химерой, выдумкой. Но выдумка эта далеко не безобидная: население страны массово вымирает из-за неоказания своевременной и полноценной медпомощи тем, кто в ней нуждается. И это касается не только «групп риска» (пожилых, инвалидов, хронических больных, детей, беременных), а всего населения вообще. В этом мы убедились на опыте двух с половиной лет «вирусного» террора: смертность превысила «доковидную» в разы, причём смертность, так или иначе связанная с ОРВИ, ничтожна по сравнению со смертностью по причине сердечно-сосудистых заболеваний, диабета, онкологии и т. д. Больным, срочно нуждающимся в якобы гарантированной бесплатной медицинской помощи, отказывают, предлагая либо месяцами «постоять в очереди» на её получение, либо обратиться за помощью в платные медучреждения.

Б) «Антиковидные» мероприятия не имеют никакого отношения к медицине и охране здоровья. Зато они имеют все признаки фашистского террора, вредительства, удушения остатков свободы и всего передового, что есть в обществе. Это меры по обеспечению господства и наивысших прибылей для финансовой буржуазии. Эти мероприятия отражаются на производстве, социальной жизни и развитии всех рабочих и трудящихся: преступные и нелепые карантины, комендантские часы, намордники, сертификаты о прохождении «прививок» от несуществующей болезни — как пропуск на работу или в магазин, закрытие культурно-досуговых учреждений, ликвидация культурных мероприятий или превращение их в надругательство над культурой и досугом. Закрытие образовательных учреждений, по существу, уничтожение бесплатной средней и профессиональной школы как общественного института, превращение образования в его имитацию и профанацию дистанционными методами, когда буржуазия ведёт дело к платной средней и специальной школе. Это паралич или подчинение предприятий массового обслуживания (торговля, транспорт и др.) соблюдению фашистских мероприятий, что душит и тормозит развитие мелкого и среднего бизнеса, мешает развитию производства средств потребления, способствует росту цен, коррупции, упадку производства и распределения товаров и услуг первой необходимости. Словом, паралич всего и вся.

Выигрывают от «борьбы с эпидемией» только монополии, по заказу которых правительство терроризирует народ. Эта фашистская буржуазия сказочно наживается на войне, на государственных заказах на «вакцины», намордники, «лекарства от коронавируса» и т. п. хлам. Она раздувает карательный аппарат государства для ещё большего порабощения трудящихся, она заинтересована в регрессе и прозябании миллионных масс народа, в деградации рабочих и трудящихся, так как одичавших, невежественных и запуганных рабов легче держать в узде и выжимать из них бесплатный труд. «Борьба с эпидемией» — это фактически концлагерь нового типа для трудящихся, без привычных вышек и колючей проволоки. Но суть «антиковидных мероприятий» современных правительств та же, что была у гитлеровцев и их хозяев — германских монополий: чем больше трудящихся в концлагерях, чем сильнее запуганы, одурачены и задавлены массы, тем выше прибыль монополий, тем крепче их власть, тем лучше готовить и вести грабительские, разбойничьи войны.

Поэтому настоящая гражданская оборона сегодня — это не поддержка липовых «санитарных» мер правительства, а борьба против них. Бороться против «борьбы» правительств с липовой эпидемией не просто нужно, а жизненно необходимо. Это без преувеличения всенародное дело — дело обороны от фашизма всех трудящихся и каждого честного человека. Отлынивание от такой борьбы с фашизмом смертельно опасно: сам по себе «коронавирусный» террор никуда не денется. Все «антиковидные мероприятия» правительства народ должен объявить преступными, вредительскими, они должны быть сняты рукой трудящихся в полном и безоговорочном порядке, а все виновные в организации и исполнении «коронавирусного» террора должны понести заслуженное наказание — по степени участия и тяжести совершённых преступлений против человечества. Вплоть до виселицы. И если борьба с «коронавирусным» террором потребует от рабочих и трудящихся вооружённой борьбы, то всем честным людям в стране следует не бояться такой борьбы, а приветствовать её и участвовать в ней. Ибо война народа против фашизма требует всех средств и приёмов современной войны.

2. Можно ли с этим бороться? И если можно, то как?

Да, можно. Опыт 2020–2022 гг. показал, что даже стихийный, но массовый саботаж «антиковидных» приказов и мероприятий может заставить фашистов втягивать когти, отступать, снижать накал террора.

Самое главное для успешного ведения этой борьбы и, ещё больше, для её начала — это помнить о том, что борьба против «санитарных» мероприятий липовой эпидемии абсолютна законна. Эта борьба есть не только право, но и обязанность всех и каждого трудящегося, если он, конечно, не сумасшедший, не членовредитель и не самоубийца. Почему? Потому что сами «антиковидные» мероприятия не законны даже по фашистским законам!

Не стоит думать, что в случае ЧС — настоящей, а не липовой — власти имеют право требовать от граждан всего, что им захочется. Вовсе нет. Почему? Потому что любое требование и любой комплекс требований властей (штаба по борьбе с ЧС) обязаны строиться на доказанной и доступной для критического ознакомления научной основе. Поэтому никто — никакой орган власти не может, например, потребовать на законных основаниях от человека носить или даже надеть гигиеническую маску, сделать прививку «от ковида», пройти «тестирование» на «коронавирус», посадить его на домашний карантин или наоборот, заставить его покинуть своё жилище в связи с результатом его или чьего-то ещё теста «на ковид», ограничить свободу человека или его доступ к общественным благам в случае неподчинения.

Рассмотрим понятие научной основы борьбы с чрезвычайными ситуациями подробнее. Эта борьба, если только она не липовая, должна удовлетворять трём критериям: а) целесообразность; б) целенаправленность; в) необходимая достаточность. Полномочий на требование, не удовлетворяющее одновременно этим трём критериям, нет ни у кого. Такое требование никогда не будет законным и, в лучшем случае, носит характер личной просьбы. Посему и относиться к нему следует соответственно.

Указанные три критерия не взяты с потолка, а прописаны ясно в законе 68-ФЗ о режимах ЧС и «Повышенной готовности» (РФ в данном случае не уникальна: так или иначе эти критерии прописаны и в законах всех других стран).

А кто или что определяет научную доказанность? Не заключение экспертной комиссии, не научная публикация об успешном эксперименте в лаборатории, а только доказанная практика успешного применения. Без ссылки на эту практику любая инициатива штаба по борьбе с ЧС (по профилактике, подавлению и ликвидации её последствий) есть в лучшем случае опыт, эксперимент.

А участие в эксперименте исключает какое-либо давление на предполагаемого участника и подразумевает (Конституции РФ, ст. 21) добровольное и информированное согласие гражданина. Причём гражданин по закону не обязан никак объяснять отказ от участия в эксперименте и даже не обязан объявлять о своём отказе ни устно, ни письменно, т. е. имеет полное право просто проигнорировать предложение «поэкспериментировать».

Что касается конкретно «антиковидных» мероприятий, то их можно смело квалифицировать как вредительские, анти-научные, поскольку их вредительская сущность есть научно доказанный факт. Подробнее об этом мы рассказываем в статье «Аргументы и факты против Большой лжи корона-фашизма». Если же обстоятельства или нехватка времени не дают возможности проработать вопрос глубже, то вполне достаточно того, что все «антиковидные» мероприятия можно смело считать медицинским или социальным экспериментом.

Иными словами, как бы фашисты ни старались зарыть концы своего лжемедицинского произвола в тоннах публикаций научного мусора и юридического крючкотворства, всё равно их «антиковидные» мероприятия и требования по их же законам не относятся к категории санитарных. И в компетенцию штаба по борьбе с эпидемиями они тоже не входят (даже если бы эпидемия и не была липовой). Этот момент важен, поскольку дело явно идёт к тому, что фашисты будут «включать» уже испробованные ими «антиковидные» меры в случаях распространения настоящих заболеваний — к примеру, будут пытаться заставлять носить маски во время сезонных вспышек гриппа.

Поэтому на требование предъявить сертификат о прививке от «коронавируса», надеть маску, померить температурку, соблюсти дистанцию сверх того, что определено приличиями и обстановкой, можно смело заявлять, что требование необоснованно, что оно есть по факту требование участвовать в социальном эксперименте, и спокойно делать то, что и собирались делать, как будто никто от вас ничего такого не требовал. Указ губернатора, руководителя предприятия, иного должностного лица, рекомендация эксперта и т. п. — это НЕ ОСНОВАНИЕ: данные требования не входят в их компетенцию! Всё дальнейшее развитие событий зависит от расклада сил в данном месте в данное время. Иных способов борьбы с незаконными требованиями, кроме создания силового перевеса на местах, пока НЕТ — зарубите это себе на носу. Поэтому нужно учиться и стремиться его создавать. И относиться к насилию в ваш адрес по поводу «несоблюдения» вами необоснованного требования ровно так же, как вы бы отнеслись к требованию хулигана на улице спеть ему на потеху песенку, станцевать, отдать кошелёк, снять штаны.

К слову об индивидуальных средствах защиты (СИЗ). Эти средства потому и индивидуальные, что они защищают конкретного индивидуума и больше никого другого. Их использование — это законное право (68-ФЗ) каждого гражданина, и государство обязано по закону (68-ФЗ) предоставить их каждому гражданину в случае необходимости. Поэтому никакое использование СИЗ не может по закону быть обязанностью рядового гражданина. Неиспользование СИЗ — это такое же право каждого гражданина, это его выбор. Кроме того, как показала практика человечества, СИЗ — это самые ненадёжные средства борьбы с ЧС: они нужны рядовым гражданам (не спасателям и не специалистам, производящим экстренные работы в зоне ЧС) только для срочной эвакуации из мест возникновения ЧС.

Повседневное «профилактическое» использование каких бы то ни было СИЗ вне зоны непосредственной ЧС лишено смысла (не отвечает указанным выше критериям а, б, в) и потому не является противоэпидемическим мероприятием ни при какой эпидемии. Следовательно, требование по использованию СИЗ выходит за рамки компетенции должностных лиц штаба по борьбе с ЧС.

Разумеется, ношение гигиенических масок нельзя квалифицировать как использование СИЗ независимо от этиологии возбудителя. Это научно доказанный факт (см. ссылки выше). Данные маски не предоставляют антиинфекционной защиты ни для того, кто надел маску, ни для окружающих его людей. Их применение связано с защитой нижней части лица масконосителя от спонтанных брызг неприятных физиологических или технических жидкостей, сыпучих материалов и крупных хлопьев пыли в условиях, когда обе руки заняты и не увернуться. Например, при производстве ряда хирургических операций, при постановке некоторых научных опытов и т. п. Иного научно оправданного применения у данных масок нет. Поэтому в случаях, когда действительно необходимо изолироваться от окружающей среды, применяют защитные скафандры с искусственной подачей воздуха. Такой скафандр — это очень мощное СИЗ. Его использование требует очень веских обоснований и, конечно, не является повседневным. Публикации о якобы противоэпидемической целесообразности, пользе и даже необходимости повседневного ношения хирургических масок не выдерживают критики, не имеют подтверждения в исторической практике и относятся к категории научного мусора.

Пожалуй, ещё одно из «антиковидных» мероприятий требует особого внимания. Речь идёт о «тестировании» на «коронавирус». Именно от него исходит, раскручивается вся спираль корона-террора и корона-вранья. Касается это не только тестирования на липовый возбудитель вымышленной инфекционной болезни, но и на реальные возбудители настоящих болезней и на отношение к «положительно протестированным» вообще. Тестирование ЗДОРОВОГО человека на конкретный возбудитель, даже когда этот возбудитель реален и опасен (например, на бациллу Коха — возбудитель туберкулёза), не есть научно оправданное мероприятие, поскольку оно, как правило, неинформативно. Почему?

Дело в том, что огромное количество различных возбудителей инфекционных заболеваний проживает в организме человека длительное время, а зачастую пожизненно. При этом человек остаётся здоровым. Носителями респираторных вирусов являемся без преувеличения все мы — эти вирусы живут в носоглотке каждого человека, принимая участие в фомировании слизистой и в ряде иных физиологических процессов, не нанося существенного вреда организму. Мы постоянно обмениваемся этими вирусами с окружающими. Запомните — нет стерильных от вирусов гриппа людей! Практически все мы, кроме того, являемся носителями бациллы Коха, вирусов герпеса и прочих. А посему изоляция или вообще какие-либо экстренные меры в связи с выявленным в анализах здорового человека тех или иных возбудителей не являются противоэпидемическими мерами, за редким исключением. Поэтому тестирование здоровых людей должно быть трижды научно оправдано, должно опираться на успешную практику прошлого.

Тестирование больных людей тоже обязано быть научно оправданным. Например, тестирование заболевшего человека на «коронавирус SARS-CoV2» научно не оправдано: данного вируса попросту не существует в природе. Принуждение к данному тестированию есть нарушение его конституционных прав, а также растрата средств и ресурсов здравоохранения на цели, не имеющие ничего общего с охраной здоровья тестируемого и его окружения. Иными словами, воровство бюджета!

Тестирование, если оно научно не оправданно (критерии а–в), есть эксперимент, участие в котором не обязательно, а отказ от участия не обязан никак объясняться и по закону не должен иметь никаких последствий для отказавшегося.

Отдельно следует сказать и о документальном результате теста. Например сертификат, подтверждающий негативный результат теста на тот или иной респираторный вирус — это филькина грамота: такой сертификат потеряет свою достоверность, как только пациент выйдет за пределы лаборатории и начнёт контактировать с другими людьми.

Если так, то почему же тогда случаются эпидемии респираторных вирусов, в частности, эпидемии гриппа? Это вовсе не мифические «мутации» или заражение очередного путешественника «заморским гриппом». Главная причина эпидемий респираторных вирусов — это естественные временные периоды снижения иммунитета у населения, проживающего на определённой территории. Как правило, сезонные периоды (осень-весна).

Итак, понятно, что борьба с «антиковидными» мероприятиями имеет самые серьёзные законные и моральные основания. Эту истину передовые рабочие и трудящиеся должны, выучив назубок аргументацию, обязательно доводить до своих товарищей в трудовых коллективах. До самых печёнок! В противном случае коллектив при борьбе со лжемедицинским произволом может быть легко деморализован врагом, пойдёт на лживые уговоры и уступки и проиграет: борьба будет подавлена, наиболее активные подвергнутся репрессиям. А борющийся коллектив должен осознавать свою правоту, борьба должна быть зрячей.

Если мы не хотим возобновления «антиковидного» террора и безумия, борьбу и саботаж на местах надо начинать уже сейчас, подготавливать сослуживцев, знакомых и близких, напоминать им об угрозе, не упускать случая провести соответствующую агитбеседу в общественном месте. Поднимать тему обязательного сопротивления предстоящей волне кв-террора нужно везде, где это уместно. Нужно обязательно поставить вопрос недопустимости перерыва и каких-либо «антиковидных» ритуалов в школах, внеклассных и дошкольных учреждениях, где учатся и воспитываются наши дети. Для этого нужно встречаться с учителями, тренерами и воспитателями, проводить с ними «профилактические» беседы. Опыт комработы на местах наших передовых товарищей показал, что возмущение по поводу предстоящего кв-безумия практически повсеместное. Даже среди медперсонала, особенно младшего, и рядовых врачей значительно вырос уровень готовности к саботажу распоряжений «сверху». А это облегчает задачу поднятия борьбы до уровня общенародного и сознательного, организованного сопротивления.

Корона-террор часто начинается в медучреждениях: в поликлиниках просят померить температуру, предлагают надеть масочку. Ни в коем случае не соглашаться и не проходить мимо сейчас, когда за антифашистскую пропаганду ничего не грозит! Всегда требовать от просителей и исполнителей ритуалов научного обоснования их действий. Нельзя упускать случая провести маленький митинг, возмутиться средневековости проводимых мер, привлечь на свою сторону окружающих. Опыт показал, что окружающие охотно оказывают поддержку таким митингующим. Один-два голоса поддержки — и к митингующему, как к магниту, моментально притягивается народ. Люди слушают такие выступления очень внимательно: повторения масочно-вакцинно-карантинного безумия не хочет никто. А агитаторы корона-мероприятий быстро замолкают и спешат ретироваться. Важно только, чтобы митингующий говорил искренне, уверенно и убедительно.

В этом деле даже одиночка может сделать очень много, если владеет темой и в состоянии за себя постоять. В подтверждение хотим вам привести выдержку из письма рабочего из Ленинграда от 18.11.2021 г., где он размышляет о произволе фашистов и подкрепляет свои рассуждения примером своей борьбы против корона-террора:

«Санслужбистам дают как бы полномочия на то, чтобы сувать везде свой нос. Но во всём, что касается липовой эпидемии, их можно слать на три буквы. Вопрос только в раскладе сил. Точно так же и в любом другом их требовании, если оно так же дебильно, как требование носить маску или обязательно проколоться «от коронавируса». Их можно слать подальше только на основании их вонючих лжепротивоэпидемических требований. На самом деле это не санслужбам дают полномочия, а фашистам. Санслужбисты — это так, фигня на постном масле. Они и сами знают, что ничего из себя не представляют.

Так что же, фашисты получают универсальный повод для любого произвола? Нет, не получают: право на произвол ещё надо защитить. А у них силёнок нет на это. Поэтому и блефуют, мечутся. Концерты устраивают с провокациями и информационным обеспечением.

Говоря о том, что у них нет силёнок, я имею в виду, что у них вообще нет того уровня социальной поддержки, чтобы долго творить произвол. Даже в Москве. Их даже полицаи уже то и дело саботируют. Потому что чуют, что их тоже не пощадят. Их ведь тоже в маски одели и прокололи! Их дети тоже по домам сидят вместо кружков, тоже дурака валяют на «дистанционных» уроках. А им это надо? Что им, бабки запредельные платят, что ли? Или там придурки сидят? Нет, не придурки! Полицаи, поди, первыми заметили показушность всей этой «борьбы с эпидемией». Стричь купоны с народа за неподчинение они, может, и согласны, а самим лезть под уколы, детей своих колоть, жён в маски одевать, матерей в больницах гнобить — на черта им это сдалось? Многих это волнует — знаю, о чём говорю.

Ещё несколько дней назад мне в магазине в очередной раз не пробили товар, и я его, как обычно, оплатил, оставив деньги на кассе, и ушёл с товаром без чека под возмущённые крики кассира. В дверях меня догнал другой кассир, парнишка, и сказал, мол, давайте я вам пробью товар. Я вернулся к кассе, он пробил товар, а пока он пробивал, я провёл беседу с персоналом — весь магазин замолчал и слушал — человек сорок-пятьдесят, включая покупателей. Даже товар перестали пробивать.

В первую очередь я настоял на том, чтобы они признали, что они, устраиваясь на работу, подписывались на исполнение строго определённых, а не любых функций. И в эти функции не входит какое-либо ограничение покупателей в обслуживании, за исключением случаев, указанных в Конституции. Далее я сказал, что вернулся пробить товар исключительно из уважения к вежливости и расторопности кассира-паренька, и если бы отошёл от магазина, то возвращаться бы не стал, и больше я повторять это не буду. Если поставят охрану на вход, то: 1) она будет оплачиваться из зарплат сотрудников магазина; 2) я буду приходить не один, делать контрольные закупки и проходить сквозь охрану, как сквозь масло; 3) в моих действиях нет криминала — маску я носить не обязан, факта воровства нет, т. к. деньги выплачены, а проведены они по кассе или нет, меня не волнует: со своей стороны я все обязательства исполнил, и товар не прошёл по кассе не по моей вине, а чек меня в данном случае не интересует — я всё равно его выброшу в урну.

Потом я ушёл с товаром, отнёс его домой и, пока шёл, подумал о происшедшем. Решил, что кое-чего не досказал, а то, что сказал, сказал резковато и слишком эмоционально. Вернулся в магазин, позвал заведующую. Она была в подсобке — пошёл туда. Поговорил с ней. Она мне призналась, что их штрафует главный офис, а не Роспотребнадзор — типа просматривает выборочно видео и штрафует, если заметит, что товар пробит покупателю без маски. Заведующая мне говорит, мол, не нравится — звоните туда, пишите в книгу жалоб.

— Э, нет! — говорю, — Так не пойдёт. Они меня и слушать не будут, а книгой жалоб подотрутся. А мне надо, чтобы я пришёл в любой магазин, в том числе и в ваш, с деньгами и купил товар без масок и уколов. Всё, что от меня требуется — это приличное поведение и наличие денег. Но я не пьяный, костёр здесь не разжигаю. Точка. Обязаны обслужить. Нет — буду деньги оставлять и силой товар забирать и впредь. И я не один такой. Я за вас бастовать не буду. Вы бастуйте.

— Да лучше бы костер разожгли, — вздохнула заведующая. И призналась, что боится делать укол — ей под 60, но надо внучку кормить и поднимать.

— Прекрасно! Вам внучку не просто поднять надо, а растить её без ошейника и намордника. Или вы хотите, чтоб она в маске полуинвалидом и полудебилом росла на таблетках и на дистанционке? И кстати, до её взросления вы можете не дожить, если сейчас поддадитесь.

Я вышел с ней в зал и сказал снова на весь магазин, обращаясь в первую очередь к кассирам:

— Я знаю, что на вас наезжает начальство — так пошло оно. Право не имеют! Что ж вы такие послушные? А если вас горшки заставят мыть? Тоже согласитесь? Вы с кем, с этими мразями или с народом? Маски не являются противоэпидемическим мероприятием ни при какой эпидемии! Это глупость! Это не в компетенции врачей, а значит, вообще ни в чьей компетенции. Да это и так понятно! Всем здесь не по десять лет, все взрослые. Вы когда-нибудь видели, чтобы маски все напяливали? А чтоб по приказу шарахались друг от друга? То-то. Все со мной согласны?

Ни один не возразил. Послышалось от кассиров, грузчиков и от покупателей:

— Да, согласны. Да, понятно. Да, догадываемся.

— Так вот, — говорю, — Сегодня вы маски требуете, а завтра вас заставят уколы с нас требовать. А послезавтра ещё чёрт знает чего. Но вас же самих заставят всю эту хрень выполнять. Вам это надо?

Послышалось, в том числе и от сотрудников магазина:

— Да пошли они в жопу! Нет, не надо! Я колоться не хочу. Я не укололась!

Я им:

— Так какого хрена! Не слушайте их. Это ваша жизнь и ваше законное право! В этих вонючих уколах «от ковида» всё лживо. А если вас попытаются штрафовать —

говорите, что покупатели вас не слушаются, что просто забирают товар силой (при этом оплачивая его!). Что вас называют фашистами. Что серьёзная часть покупателей перестала к вам ходить. Это ведь так, я знаю, что перестали — я вижу переполненные магазинчики неподалёку, где не требуют маски, хотя раньше они пустовали. Что охрана тоже не поможет — покупатели настроены серьёзно и угрожают, что будут группами приходить. Если это не возымеет действия и пойдут репрессии — бастуйте. Народ весь вас поддержит. Всё, точка. Игрушки закончились. У вас другого выхода нет. Вы не можете перекладывать террор на своих клиентов. Всё равно, если что и выгадаете, то на месяц-другой. Все меня поняли? Я не шучу. И сами снимайте маски — чего уж тут! Хрен вас кто тронет, если вы один за всех и все за одного.

Ушёл. На следующий день подошёл к магазину с заднего двора, обратился к товароведу на приёмке товара, позвал снова заведующую. Снова поговорил с ней и ещё с двумя сотрудницами, сказал, чтобы они обязательно с другими магазинами из их сети поговорили или послали кого-то из коллектива, чтобы тоже перестали маски требовать. Предложил вместе с ними сходить. Они замежевались:

— Пока не надо.

Я не настаивал. И так добился многого.

Прошло несколько дней. Сегодня снова туда пошёл. Полмагазина без масок, сами кассиры с полуспущенными масками, грузчики и рабочие зала с масками на шее. Кассир поздоровалась со мной, спросила, почему меня несколько дней не было. Я спросил её, как дела, есть ли репрессии от начальства. Она сказала, что всё в порядке, пока нет. Ладно, говорю, держите в курсе.

Заодно ещё раз убедился, что никакой РПН никого не стрижёт: это практически всегда целиком и полностью инициатива местных хозяйчиков и хозяев. Они кровно, классово заинтересованы в терроре сотрудников. Санслужбисты здесь, похоже, практически везде вообще не при делах.

Вот такие настроения. Это было бы не реально год назад. Крутые настроения. Я понимаю, что где-то прижали. В том же Крыму совсем мрак. В Москве пока застращали. Но в стране достаточно нескольких борзых центральных регионов, чтобы волна пошла. А Ленинград, извините меня — это один из центральных регионов. Это не Хакассия и не Чукотка.

Короче, «права на произвол» у фашистов нет, если есть такие настроения в массах. А если массы обосрались от страху, то и поправок в законы не надо — сами ошейники наденут».

Вместе с тем, наиболее эффективным (до этапа вооружённого противостояния) методом борьбы с корона-фашизмом является политическая забастовка и уличная демонстрация. В период 2020–2022 гг. в РФ имели место забастовки крупных предприятий и организаций, когда сотрудники поголовно покидали рабочие места в ответ на угрозу начальства не допустить к работе неуколотых (к примеру, осенью 2021 г. рабочими был остановлен «большой склад, который кормит Калугу, Брянск и Смоленск»). Начальство всякий раз было вынуждено просто снять свои требования. Действия по сопротивлению, которые мы описываем выше, подготавливают почву для подобных забастовок, повышают сознательность и готовность рабочих и других трудящихся переходить от стихийного к сознательному и организованному сопротивлению. От подобных забастовок до забастовок поддержки и солидарности — один шаг. А это уже повод и почва для создания высшей формы организации рабочего класса — для создания партии рабочего класса. Точку в корона-фашизме и фашизме вообще без партии рабочего класса, партии большевистского типа, не поставить.

3. Мы понимаем, что закон на нашей стороне. Но как вы относитесь к обращению в суд?

Практика предыдущей борьбы с корона-произволом в судах показала порочность этого буржуазно-демократического метода в условиях фашизма. Если не верите — попробуйте, конечно. Но сомневаемся, что сможем поздравить вас с успехом. Суд — один из главных элементов фашистской диктатуры, он не пойдёт за интересы рабочего класса. Поэтому на данном этапе нужно учиться создавать силовой/численный перевес и заставлять должностных лиц на местах исполнять закон здесь и сейчас, как это сделал ленинградский рабочий в примере выше. Не угрожать судом, а просто (на полных законных основаниях) не подчиняться, понуждая должностных лиц, как правило, обыкновенных трудящихся или низовых приказчиков, на которых возложен кв-террор рабочих, клиентов, учащихся, пациентов, пассажиров, посетителей и т. п. — к саботажу фашистских приказов их фашистского начальства. Такая практика имела успех в прошлом году, будет иметь и сейчас.

4. А почему фашисты не могут переписать закон так, чтобы кв-террор стал полностью ему соответствовать?

Вывести полностью науку, научное обоснование санитарных мер из законодательства означает, в частности, удаление из Санитарного Кодекса научно мотивированного гигиенического нормирования. Да, в самом деле, имеет место грубейшее нарушение, извращение и игнорирование этого нормирования. Но гигиенические нормативы необходимы и буржуазии. Например, для эффективной борьбы с реальными биологическими угрозами и для своевременного предотвращения реальных биологических катастроф. Жить-то все хотят! И жить не в скафандрах и не в одиночных камерах. Далеко не от всех опасных болезней можно «отгородиться» щитом из вакцин, таблеток и заборов, спрятаться в горах или на островах. Более того, от очень многих инфекционных болезней таких вакцин, таблеток и заборов просто не существует, реабилитация может занимать годы, не исключена пожизненная инвалидность. А вот с липовыми болезнями («ковид», СПИД и т. п.) можно сколько угодно извращать санитарию. Вернее, сколько позволит народ.

Иными словами, санитарный фашизм — это грубейшее попрание фашистской буржуазией собственных писаных законов, внедрение в них «поправок», противоречащих основополагающим принципам этих законов и конституционным декларациям. Реальная борьба с санитарным фашизмом может и будет начинаться с буржуазно-демократических методов принуждения фашистов к выполнению закона и научно обоснованных статей Санитарного Кодекса на местах. На деле такое принуждение означает силовое неподчинение граждан лженаучным и вредительским указаниям, требованиям и рекомендациям санитарных служб, идущим вразрез ключевым положениям законов и Кодекса.

Реальная борьба с санитарным фашизмом должна продолжаться в виде организации трудящихся для силовой защиты своего подлинного санитарного благополучия — в соответствии с наукой и доказанной успешной практикой борьбы с теми или иными биологическими угрозами. И не только биологическими.

Силовая защита подразумевает не просто саботаж и «прокат на вороных» всех фашистских мер, не только полную и безоговорочную отмену всех лжемедицинских мероприятий. Необходимо, чтобы рабочие и трудящиеся признали эти мероприятия преступлением правительства против народа, сознательным вредительством, массовым убийством и геноцидом, повлекшим многочисленные жертвы, колоссальный материальный и моральный ущерб общенационального масштаба. Такое признание народом должно означать силовое отстранение от занимаемых должностей и привлечение к ответственности всех «коронавирусных» преступников, повинных в убийствах трудящихся, вредительском лечении, вредительстве в области санитарного благополучия населения, в унижении чести и достоинства граждан, уничтожении средств и условий материальной и культурной жизни народа.

А это означает арест всех власть предержащих. Демократическую, антифашистскую революцию. До неё ещё надо дорасти, но если каждому тянуть резину, сомневаться, лелеять надежды на «окончание кризиса» и милосердие властей, помалкивать в намордник и не пробовать свои силы здесь и сейчас, в рамках действующего закона, силой понуждая нарушителей на местах исполнять закон немедленно — это будет означать, что решения о нашей судьбе будут принимать фашисты. Незачем говорить, что у трудящихся при таком раскладе есть серьёзный шанс закончить свои дни на каторге или в «ковидном» концлагере. Или в горниле очередной «спецоперации» — это уж как решат фашисты.