Очерк революции. Глава 4 — «Страшно далеки они от народа…»

2023-05-27 13:43:22

Однако ждать до 1826 г. не пришлось. 27 ноября 1825 г. неожиданно скончался Александр I. Передача власти осложнялась тем, что Александр не оставил детей-наследников, поэтому престол переходил к старшему из братьев покойного, Константину. Константин от престола отказался, однако его брат Николай присягнул ему и приказал привести к присяге Константину армию. После 2-х недель переговоров был издан манифест об отречении Константина и воцарении Николая. Войска заставили присягать во второй раз.

Смерть царя была сигналом к выступлению Северного общества. Но планы снова изменили и решили выступать только в том случае, если престол окажется у Николая. Если же царём станет Константин — восстание отменить, общество закрыть и далее лишь «действовать в его духе». Такое решение было навеяно тем, что Константин был наместником и в конституционной Польше, и поэтому наивно предполагалось, что при нём и Россия станет конституционной мирным путём, что вполне удовлетворяло умеренных «северян».

Окончательное решение выступить было принято 10 декабря, как стало известно об отречении Константина. Началась лихорадочная подготовка к восстанию: вербовка новых членов, разведка частей, на которые можно рассчитывать, составление плана действий, попытки агитации солдат. Рылеев с Бестужевым две ночи ходят по городу и разносят слухи, что от народа скрыли завещание царя Александра, в котором говорилось о вольности крестьян и сокращении службы солдат до 15 лет. Эта агитация имела успех. Помогал факт, что войска уже присягнули Константину, а теперь должны заново присягать Николаю. На этой почве быстро выросли разные слухи и подозрения против Николая. Декабристы рассчитывали сказать солдатам, что их обманули, так как Константин от престола не отказывался, а значит, принесённая ему присяга остаётся в силе, а от сената надо потребовать объяснений, почему отменяется присяга Константину. Руководители восстания, опираясь на отказ войск от новой присяги, полагали заставить сенат созвать народных представителей для принятия конституции и избрания царя. Таков был самый общий план революции.

В остальном, особенно по самому восстанию, плана не было. Восстание и сложилось совсем не так, как оно рисовалось его участникам. Причинами, кроме отсутствия продуманного плана, были общая слабость и нерешительность Северного общества и его руководителей, скромные связи со столичными войсками, нежелание «северян» идти в восстании до конца, стремление только «напугать», «образумить» императора, а не положить конец крепостнической монархии. Заговорщики не обращались к народу и не рассматривали его в качестве движущей силы восстания.

События 14 декабря хорошо известны. Этот день был назначен для присяги Николаю. Утром братья Бестужевы были в казармах Московского полка, чтобы увлечь его за собой. После борьбы с противниками восстания им удалось привести на Сенатскую площадь часть полка. Затем к ним подошла часть морского экипажа и три роты лейб-гренадир, всего около 2 000 человек. Это было немного, но у Николая на площади было ещё меньше войск, и у восставших был шанс с ходу смять верные Николаю части и захватить город. Но войска декабристов выстроившись, стояли неподвижно, ими оказалось некому руководить. Те «северяне», что оставались с солдатами на площади, не брали на себя ответственности за решительные действия, выжидали. Князь Трубецкой, которого намечали в главные руководители восстания, не только не явился на площадь, но и скрылся из дому так, чтобы его не нашли. Рылеев был сперва с войсками, а затем ушёл за подкреплениями и больше не вернулся. Якубович, много раз порывавшийся убить Николая, на площадь пришёл, но стрелять в царя не решился.

Войска обеих сторон, пришедшие на площадь, расположились против здания сената и ничего не предпринимали. Восставшие — потому что у них не оказалось руководителей, Николай — потому что не мог атаковать с малыми силами и выжидал подкреплений. Чтобы оттянуть время, Николай и генерал Милорадович пытались призвать восставшие части «к благоразумию», но Каховский убил Милорадовича. Это было единственное решительное действие за весь день восстания. На стороне Николая были пушки, но без зарядов, поэтому их можно было легко отнять, но этого декабристы не сделали. Ничего не было сделано и для того, чтобы втянуть в борьбу толпу, которая собралась на площади и явно сочувствовала восставшим частям. Рабочие и разночинцы особенно горячо поддерживали солдат. Толпа бросала камни в верные Николаю войска, ободряла солдат, избила проходившего генерал-адъютанта Бибикова, но за него вступился декабрист Кюхельбекер.

Стояние продолжалось до темноты. Пока восставшие бездействовали, правительственные войска получили подкрепления, к пушкам привезли заряды. Николай решил атаковать. Первый выстрел в восставших сделал офицер, так как солдаты отказались стрелять по своим. Картечь сделала своё дело — восстание было разбито и подавлено. На площади осталось множество трупов, которые полиция сбросила в Неву. Начались аресты лиц, причастных к восстанию.

Между тем, в Южном обществе ничего не знали о событиях в столице. Но о заговоре на юге незадолго до смерти узнал царь Александр и распорядился об аресте Пестеля и других. О том, что заговор раскрыт, «южане» узнали в конце ноября. Известия о болезни Александра ускорили подготовку к выступлению, которое наметили на начало 1826 г. По предложению Пестеля, восстание должно начаться, когда Вятский полк, которым он командовал, займёт караул в главной квартире Южной армии. Пестель энергично приступил к подготовке этого плана, но до конца не довёл из-за ареста. Однако Южный союз работал всё оживлённее, и дело подготовки двигалось. Известие о смерти Александра призывало к немедленному выступлению, но затем, 23 декабря на юге узнали о подавлении восстания в Петербурге. С. Муравьёв тут же поехал по частям, чтобы выяснить настроения и положение дел. Бестужев собрался в Киев и оттуда в столицу.

24 декабря была назначена присяга Черниговского полка Николаю. В этот день «Общество соединённых славян» решило действовать. Его члены рассчитывали собрать свои роты в полном боевом укладе и двинуться на Киев в надежде, что Муравьёв присоединится к ним. Предполагалось сразу же издать и распространить прокламацию об освобождении крестьян. Но отсутствие Муравьёва и вестей от него и здесь вызвало нерешительность и колебания, так что, в конце концов, решили выжидать, когда он вернётся.

Пока выжидали, братья Муравьёвы были арестованы. Но об этом тут же узнали остальные члены общества и отбили братьев из-под ареста. Арест и освобождение Муравьёвых положили конец колебаниям. Взяв две роты, Муравьёв пошёл на Васильков. Там он готовился наступать дальше, встретив полное сочувствие у солдат и офицеров. В день выхода Муравьёв обратился к солдатам с речью, в которой объяснил цели восстания и просил следовать за ним только по доброй воле. Когда солдаты спросили его, куда он их ведёт, Муравьёв ответил, что ведёт их, чтобы убавить им службу и освободить от рабства.

Отряд в 970 человек двинулся на Житомир. Муравьёв рассчитывал быть вблизи от Киева, где ожидалось восстание, и одновременно от Житомира, откуда могла прийти помощь от соединённых славян. Не дойдя до Житомира, отряд свернул к Белой Церкви, где предполагалось поднять пехотные части, но эти части уже ушли в Сквиру. Муравьёв снова идёт к Житомиру. Это показывало, что определённого плана у «южан» не было, а манёвры отняли много времени впустую. По дороге отряд Муравьёва настигли царские войска и открыли огонь из пушек. Были ранены оба Муравьёва и Кузьмин, а поручик Щепилло был убит. Тем самым был выбит весь командный состав отряда. С. Муравьёв, раненый в голову, пытался бежать, но был схвачен. Муравьёвы и Бестужев-Рюмин были арестованы.

Николай мог праздновать победу. Восстание на севере и юге было подавлено. Всех арестованных привезли в Петербург, где начался первый русский политический процесс. Суду был предан 121 человек. Суд приговорил: Пестеля, С. Муравьёва-Апостола, Рылеева, Бестужева-Рюмина и Каховского к четвертованию, 31 человека — к отсечению головы, 17 — к вечной каторге, остальных к разным наказаниям. Николай заменил 17-ти смертникам казнь вечной каторгой, а четвертование первым пяти подсудимым было заменено виселицей. Ночью с 12 на 13 июля 1826 г. они были повешены в Петропавловской крепости.

Из солдат на юге были преданы суду 133 человека. Трое самых выдающихся солдат, М. Шутов, П. Никитин и О. Борисов, были прогнаны сквозь строй в 1 000 человек 12 раз и сосланы вечно на каторгу. Остальных тоже прогнали сквозь строй, сослали на каторгу, или же наказали палками и отправили в Кавказские войска.

Так окончилось восстание декабристов. Образно говоря, одни, на севере, его «простояли», другие, на юге, его «проходили». Непосредственной причиной трагического топтания на месте было отсутствие плана и подготовки к нему. Это сознавали и участники восстания. Муравьёв признавал на следствии: «…началось возмущение, но без всякого приготовления. Нижние чины никогда не были приготовлены, и также офицеры, которые участвовали, ничего не знали о том… армия готова двигаться, лишь бы только не оставаться в нынешнем положении». Но могли ли войска двигаться за восставшим офицерством? Могли, но для этого нужно было не только иметь ясный план восстания, не только подготовиться по нему, но и строить этот план и подготовку на активном выступлении масс, искать опоры в массах.

Волнения в Семёновском полку говорили о недовольстве, солидарности, активности солдат. Связи декабристов с семёновцами, множество солдат, причастных к восстанию, ещё большее число не раскрытых судом, благодаря тому, что товарищи их не выдали, — всё этого подсказывало, что можно и нужно было рассчитывать на солдат. На сознательность солдат указывали многочисленные факты. Так, по дороге на Васильков солдаты встретили генерала, который предупреждал, что их полк «взбунтовался». Фельдфебель Шутов от лица солдат ответил генералу: «Знаем, и за тем именно туда идём». И не за генералом, а за Шутовым солдаты пошли дальше. При подготовке восстания семёновцам из разговоров с Муравьёвым было ясно, что затевается «бунт против царской власти», и они сознательно согласились идти на этот бунт. Черниговский полк выступал из Василькова не слепо и не по приказу офицеров, а потому что солдатская масса приняла и одобрила ответ Муравьёва и офицеров, что они ведут солдат «избавить народ от рабства».

Есть сведения, что восстание черниговцев встретило сочувствие среди других полков и крестьянства ближайших мест Украины. «Южане» могли распространить восстание, получив поддержку крестьянских масс вокруг Киева и Житомира. Но чтобы восстание распространилось, от его руководителей требовалось ясное сознание необходимости распространить его на эти массы. А Муравьёв бросил в массы лозунг избавления от рабства в последний момент, увидев, что «катехизис» и ссылки на Христа никакого впечатления на солдат не производят. А в Петербурге вообще не было ни лозунга свержения рабства, ни «катехизиса».

Буржуазия не раз использовала движение масс и на спинах рабочих и крестьян приходила к власти. Но вызывать движение масс и разжигать их на борьбу — не в её интересах. Декабристы выражали передовые для того времени буржуазные тенденции общественного развития, шли против отживших феодально-крепостнических порядков, за утверждение буржуазных порядков. Они при этом не рассчитывали на движение масс, строили планы на заговоре, дворцовом перевороте, на пассивном содействии солдат. Возбуждать широкое революционное движение масс не могло входить в их расчёты, не все из них и не в равной степени порывали с интересами дворянства. Декабристы не могли рискнуть и поставить свои дворянские поместья перед лицом восставших крестьян.

В итоге возникло положение, когда при наметившемся «кризисе верхов», при бесспорных нужде, бедствиях и недовольстве угнетённых классов, не нашлось силы, которая превратила бы возмущение масс в восстание. В последующем, когда налицо были и «кризис верхов» и бедствия угнетённых масс, история революционного движения сначала свелась к поискам революционной интеллигенцией революционного класса, а затем к выступлению и борьбе этого класса — пролетариата, который, в конце концов, превратил революционную ситуацию в победоносную революцию.

Что показали декабристы своим примером? Они подтвердили, что успех восстания возможен только при выполнении ряда обязательных условий.

Восстание должно опираться не на партию, заговор или группу лиц, а на передовой, лидирующий класс общества.
Этот передовой класс должен иметь поддержку большинства народа.
Для восстания должен быть выбран такой момент, когда революционный подъём масс находится в высшей точке, и когда колебания и противоречия в стане врагов наибольшие.

Восстание без выполнения этих трёх условий — авантюра. Если эти условия выполнены, то к подготовке и проведению восстания нужно подходить с позиций военного искусства, относиться как к подготовке полководцем крупной наступательной операции. Что это значит?

Нельзя играть в восстание, если начали — надо идти до конца.
Нужно иметь громадный перевес революционных сил в решающий момент в решающем месте.
Топтание на месте, оборона — это смерть восстания. Восставшим необходимо завоевать первый успех и далее идти непрерывно от успеха к успеху, хотя бы и малому, не прекращая натиска, наступления на врага. Не дать ему опомниться, не дать подтянуть силы, пользоваться его временной растерянностью.

Подготовили: И. Белый, А. Файзалиев.