О пацифизме

Российское правительство заговорило о возможности мира на Украине. Правда, оно обставляет свои «мирные» предложения такими условиями, которые делают мир между империалистами невозможным. Для чего тогда буржуазия заводит разговоры о мире? Зачем ей понадобилось показное миролюбие, пацифизм?

Империалисты часто прикрывали подготовку к грабежам и агрессиям, разворот войны разговорами о мире. Гитлер, «старший учитель» нынешних правительств, много раз заявлял, что не помышляет ни о чём другом, кроме мира. Так было перед выходом фашистской Германии из Лиги наций, перед оккупацией Рейнской зоны, захватом Саарской области, перед германо-итальянской интервенцией в Испании, перед захватом Австрии, Богемии и Моравии, перед нападением на Польшу. При этом буржуазия Англии, Франции и США через свою прессу помогала гитлеровцам одурачивать народы, преподнося массам захваты германского империализма как «стремление Германии к миру и равновесию в новой Европе». В те годы буржуазный пацифизм стал частью т. н. «политики умиротворения» гитлеровской Германии, которую вели правительства «старых» империалистических государств с целью откупиться малыми и слабо защищёнными странами Европы от немецкого нападения и направить его на СССР.

Сегодня нет политических партий, проповедующих пацифизм. Для фашизма такие партии являются врагами, так как призывают к отказу от оружия, к «запрещению» войн. Но «течения», элементы политики буржуазного пацифизма есть в массах трудящихся, которые боятся войны или устали от войны, как в Донбассе, Харькове, Запорожской и Херсонской областях Украины. В чём суть буржуазного пацифизма?

Пацифизм есть политическое течение, выступающее за мир, против всякой войны, военной службы и применения оружия. Пацифизм утверждает, что все социальные противоречия между народами, нациями, государствами, классами можно решить мирным путём. Казалось бы, неплохая теория. Но рабочему классу она не подходит. Пацифизм не различает войн справедливых, имеющих целью либо защиту народа от внешнего нападения и попыток его порабощения, либо освобождение народа от рабства капитализма, либо освобождение зависимых стран от гнёта империализма, — от войн несправедливых, имеющих целью захват и порабощение чужих стран и народов. Движение пацифизма зародилось после Наполеоновских войн, в 1816 г. До середины 30-х гг. XX в. оно провело множество конгрессов и конференций и занималось, главным образом, вопросами ограничения вооружений и международного арбитража. Все конференции и конгрессы пацифистов заканчивались бесплодно, т. к. все их решения обходили вопрос свержения капитализма — главного источника империалистических войн.

В движении пацифистов были т. н. «добросовестные» пацифисты, честные мелкобуржуазные деятели, выступавшие против войн между народами. Такими «добросовестными» пацифистами сегодня являются многие трудящиеся России и Украины, которые стихийно понимают гибельность империалистической войны для обоих народов. Но все они совершают одну главную ошибку — не понимают того, что при капитализме, особенно в его империалистической стадии, войны неизбежны. Пацифисты не видели и не видят прогрессивности войн против крепостничества, войн угнетённых наций за свою национальную независимость. Главное: пацифисты раньше и сейчас отрицают необходимость революционной войны пролетариата против буржуазии. Мир, по их мнению, наступит сам собой, без борьбы рабочего класса против империализма. Поэтому буржуазный пацифизм и абстрактная проповедь мира были и являются одной из форм одурачивания рабочего класса, отваживания его от вооружённой борьбы с капиталистами.

Большевики выступали против империалистических войн из-за раздела добычи между капиталистами. Но они всегда объявляли нелепостью, если бы революционный пролетариат зарекался от революционных войн, которые могут оказаться необходимыми в интересах социализма.

Пацифизм находил и находит себе сочувствие во всех классах, но в разной степени и по разным причинам. Поэтому сегодня коммунистам следует по-разному относиться к пацифистам, различать их. Среди российских и украинских миллиардеров есть наиболее «сознательный» элемент, который склоняется к миру, так как боится революции. Надо добавить, что сами эти миллиардеры вполне трезво считают «демократический» мир (без аннексий, с ограничением гонки вооружений, с восстановлением прав и свобод для простонародья и т. п.) утопией при капитализме.

Иное дело — пацифизм в трудящихся массах. Им эту мещанскую утопию проповедуют оппортунисты всех родов. И сегодня она получила широкое распространение среди несознательных народных масс — в большей части рабочих и трудящихся, мелкой буржуазии, полупролетариях, среди безработных, люмпенов. Здесь обнаруживается желание мира в самой неопределённой, размытой форме, вплоть до убеждения, что война закончится, когда в нынешние правительства придут «хорошие люди», надо только подождать в стороне. Таким пожеланием мира выражается пассивный протест широких народных масс против войны, нарастающее смутное революционное настроение.

Сознательные передовики пролетариата должны внимательно присматриваться к настроению масс, использовать нарастающее стремление их к миру не для поддержки пошлых утопий «демократического» мира при капитализме, не для поощрения обывательских надежд на героев-спасителей, на доброе правительство, на «правильную» буржуазию, которая преподнесёт народам мир на блюдечке, а для того, чтобы революционное настроение из смутного сделать ясным. Чтобы систематически, упорно, неуклонно, опираясь на опыт масс и их настроение, просвещая их тысячами фактов политики, доказывать необходимость массовых революционных действий против буржуазии и правительства своей страны, как единственного пути к миру, демократии и социализму.

Изменился ли пацифизм к настоящему моменту? Какова его роль в условиях фашизма?

Современный пацифизм остался буржуазным политическим течением, которое:

• пытается внушить трудящимся ложную мысль о возможности обеспечить постоянный мир при сохранении капиталистических отношений;
• отрывает борьбу за мир от борьбы против порождающей войны реакционной политики империализма.

Нынешний «поповско-мещанский» пацифизм по-прежнему выступает против всяких войн, но в первую очередь — против справедливых, революционных, национально-освободительных и особенно против «ужасов» гражданской войны — войны трудящихся против «своего» правительства и «своей» буржуазии. Тем самым, этот пацифизм содействует империалистическим, захватническим, несправедливым войнам, которые подготовили и ведут эти самые «свои» правительства и капиталисты.

Отвергая революционные действия масс, мелкобуржуазные пацифисты в рабочей среде обманывают трудящихся и прикрывают пустой болтовнёй о мире подготовку империалистических войн финансовым капиталом. Нынешний обывательский пацифизм вольно или невольно противостоит зачаткам массового международного движения против фашизма и за мир, борьбе против политики милитаризма и империалистических войн.

С другой стороны, пацифистские лозунги используются империалистами и фашистскими правительствами для прикрытия своей грабительской политики. Прикрываясь пацифизмом, империалисты, преследуют лишь одну цель: обмануть массы звонкими фразами о мире для того, чтобы подготовить новую войну. Пацифизм нужен буржуазии для маскировки разрастания войны и усиления фашизма. В этой маскировке — главная опасность пацифизма.

Одна из характерных черт фашизма состоит в том, что политика подготовки войны связана с беспрерывными посягательствами правящих империалистических правительств по заданию финансового капитала на элементарные жизненные права и демократические свободы народных масс, с усилением реакции во всех областях общественной, экономической, политической и идеологической жизни, с применением террористических методов расправы по отношению к прогрессивным и демократическим силам народов. Этими мерами империалистическая буржуазия (финансовый капитал) с помощью фашистских правительств готовит свои тылы для разбойничьей войны за передел мира.

Такая подготовка империалистических тылов к войне была одной из главных целей «эпидемии Ковид-19». Капиталисты развязали беспрецедентный террор против трудящихся всего мира, невиданный за всю историю человечества.

Но всё же лобовая империалистическая атака на трудящихся в 2020–2022 гг. была опасной для самого империализма. Фашистская политика резко задержала развитие производительных сил общества, усилила милитаризацию экономики, снизила потребление широких масс народа. Больше стали товарные излишки, не находящие платёжеспособного спроса. Подскочили в разы непроизводительные расходы буржуазии на подавление трудящихся, госаппарат, паразитическое потребление капиталистов. Политика бандитского подавления, изоляции и разобщения пролетариата не могла быть надёжной политикой и потому дала обратные результаты. Создалась обстановка, когда правительства, служа империализму верой и правдой, своей «коронавирусной работой» только обострили растущий кризис в мире, вызвали отпор масс против фашизма, подтолкнули массы к борьбе за демократию (движение дальнобойщиков Канады, поддержанное по всему миру («Конвой свободы»), «Желтые жилеты» во Франции, кровавые забастовки в Китае, январские (2022 года) забастовки и протесты в Казахстане).

Отсюда переход буржуазии от политики лобовой фашистской атаки на народы к политике манёвров, «компромиссов», от империализма открытого к империализму, прикрытому болтовнёй о мире, от фашизма гитлеровского типа к фашизму «полуконституционному», салазаровского типа. Грабить мир без такого «либерального» прикрытия стало небезопасно. В этом источник нынешнего пацифизма и «демократизма» буржуазии.

Есть люди, которые думают, что буржуазия пришла к «пацифизму» и «демократизму» не от нужды, а по доброй воле, по свободному, так сказать, выбору и доброте. Мол, империалистическая буржуазия, разбив рабочий класс в решающих боях, уничтожив с помощью право-троцкистов (передового отряда фашизма) диктатуру пролетариата в СССР и народную демократию, вернув внутренний рынок бывшего СССР в лоно общего капиталистического рынка, почувствовала себя победительницей, и теперь она может позволить себе «демократизм», поскольку её дела в экономике и политике приведены в порядок. Ей некого больше подавлять, ибо уже нет недовольных миллионов рабочего класса и трудящихся. Иначе говоря, пока шли решающие бои и существовала база мирового социализма, буржуазия видела угрозу революции, она нуждалась в боевой организации, в фашизме. Теперь же, когда пролетариат разбит, буржуазия не нуждается больше в фашизме, и она может заменить его «демократизмом», как лучшим методом закрепления своей победы. Обывательские массы не видят в России фашизма германского типа, знакомого им по фильмам и книгам. Отсюда мелкобуржуазный «революционер» делает вывод, что власть буржуазии упрочилась, «эру пацифизма» нужно считать длительной, а революцию в мире — отложенной в дальний ящик. Фашизма нет, а есть «буржуазная демократия с элементами полуфашизма», «четвертьфашизма», «на 1/8 фашизм» и т. д.

Это мнение есть полная глупость.

1. Не следует путать политические манёвры фашистской диктатуры с господством буржуазии в форме буржуазной демократии. Суть власти одна — диктатура буржуазии. Но в первом случае у рабочих нет легальных возможностей вести борьбу за власть и социализм, во втором случае пролетариату легче и удобнее вести борьбу за власть. Нельзя путать содержание фашистского режима с внешними «демократическими» формами [1], в которые он рядится, чтобы дольше удерживать трудящихся от политической организации и вооружённой борьбы с правительством.

2. Неправильно, что фашизм — только боевая организация буржуазии. Фашизм не только военно-техническая категория. Фашизм есть боевая организация буржуазии, опирающаяся сегодня не на поддержку социал-фашистских партий, как было раньше, а напрямик — на поддержку наиболее отсталой части трудящихся масс. На поддержку той части рабочего класса, которой сиюминутные интересы важнее общеклассовых (общеклассовые интересы пролетариата — уничтожение экономических отношений, вынуждающих рабочих продавать свою рабочую силу, отношений капиталистической эксплуатации, т. е. уничтожение капитализма и построение социализма). Иначе говоря, на оппортунизм в массах. Именно в силу массовости оппортунизма в низах, в силу поддержки со стороны фашиствующих обывателей, боевая организация буржуазии может добиться некоторых успехов в боях с революцией или в управлении страной.

Фашизм и массовый оппортунизм в рабочей среде — это две организации, которые не отрицают, а пока что дополняют друг друга. Фашизм есть неоформленный политический блок этих двух основных организаций, возникший в обстановке кризиса империализма и рассчитанный на борьбу с пролетарской революцией в нынешних условиях. Буржуазия не может удержаться у власти без наличия такого блока. Политическая организация пролетариата в революционную партию означает в этом случае начало конца господства фашистской буржуазии. Поэтому все силы фашизма брошены на разделение, одурачивание, развращение, запугивание и подкуп пролетариата.

Здесь нет неверия в революционную силу современного рабочего класса. Речь идёт о том, что буржуазия стремится убедить рабочих, что мир — это не ликвидация корней империалистических войн, а классовый мир между капиталистами и рабочими, рабовладельцами и рабами, полное подчинение рабочих капиталистам, обязанность пролетариата отказаться от гражданской войны с буржуазией. Именно в этом смысле отсталым массам трудящихся преподносится пацифизм.

Нет сомнения, что несознательность масс носит временный характер. Сдвиг трудящихся влево (= рост политической активности рабочих, до того стоявших в стороне от борьбы против войны и фашизма) будет, они будут отходить от «своего» фашистского правительства не только под влиянием реакционной, антинародной, предательской политики этого правительства и бедствий империалистической войны, но и в результате разоблачения фашистов со стороны передовой части рабочих, в результате упорной, разносторонней и всемерной борьбе коммунистов за массы.

Речь также идёт и о том, что пролетариату противостоит колоссальная реакционная сила современного капитализма, в руках которой огромный опыт политической борьбы с коммунизмом, всемирная власть и всемирные же средства производства. Но если при всём этом буржуазия прибегает против рабочего класса к самым изуверским и невиданным средствам фашистского террора, то этот факт говорит об огромном страхе капиталистов перед «разбитым» рабочим классом, страхе перед его способностью к быстрому революционному подъёму, организации и вооружённой борьбе с буржуазией во главе всех революционных масс народа.

Поэтому было бы ошибочно думать, что нынешний «пацифизм» буржуазии означает ликвидацию фашизма. «Пацифизм» в нынешней обстановке есть манёвры фашизма с выдвижением на первый план его умеренного, «социально-ориентированного», «демократического» крыла.

3. Неправильно, что решающие бои уже прошли, что пролетариат был разбит в этих боях, что буржуазная власть ввиду этого упрочилась, хотя ей и удалось разрушить социалистический лагерь. Решающих боев ещё не было хотя бы потому, что в мире сейчас нет массовых, действительно большевистских партий, способных привести пролетариат к диктатуре. Без таких партий решающие бои за диктатуру пролетариата в условиях империализма невозможны. Решающие бои ещё предстоят. С другой стороны, буржуазия не в силах поставить на колени весь рабочий класс, и поэтому она в определённые моменты вынуждена отказываться от лобовой фашистской атаки, идти на обходные пути, кое-где отступать, идти на компромиссы, прибегать к «демократии» и разговорам о мире.

4. Наконец, неверно и то, что «пацифизм» является признаком силы, а не слабости буржуазии, что из «пацифизма» должно получиться упрочение власти буржуазии, отсрочка революции на неопределённый срок. Современный пацифизм означает, что на первый план финансовый капитал может вывести умеренно-фашистские партии, вроде «Новых людей», «Коммунисты России» и т. п.

Но что значит приход к власти таких партий? Это значит неизбежное их саморазоблачение, как лакеев империализма, как изменников пролетариата, ибо правительственная практика этих партий может привести лишь к одному результату: к их политическому банкротству, к росту противоречий внутри этих партий, к их разложению, распаду. Но разложение этих партий ведёт к неминуемому разложению власти буржуазии, ибо такие партии являются опорой империализма.

Может ли пойти буржуазия на этот рискованный опыт с «демократией» и пацифизмом без особой нужды, по доброй воле? Конечно, нет. Метания буржуазии от пацифизма к оголтелому империализму и обратно не могут пройти даром для империализма. Они вышибают из обычной обывательской колеи миллионные массы рабочих, втягивают в политику самые отсталые слои пролетариата, облегчают их революционизирование. Такой пацифизм означает раскачку народных масс, их втягивание в политику. Фашистский пацифизм расшатывает буржуазную власть и подготовляет почву для революционных встрясок. И именно поэтому пацифизм должен привести не к упрочению, а к ослаблению буржуазной власти, не к отсрочке революции на неопределённый срок, а к её ускорению.

Из этого, конечно, не следует, что пацифизм не представляет серьёзной опасности для революции. Пацифизм ведёт к подрыву основ буржуазной власти, он подготавливает условия, благоприятные для революции. Но пацифизм может привести к таким результатам лишь против воли самих «пацифистов» и «демократов», лишь при энергичной разоблачительной работе всех передовых, прогрессивных и революционных сил насчёт империалистической и контрреволюционной природы «пацифистско-демократических» партий и правительств.

Что же касается политики империалистов, то они, идя на пацифизм, преследуют лишь одну цель: обмануть массы звонкими фразами о мире, околпачить их широковещательной болтовнёй о свободе для того, чтобы было удобнее вести войну и готовить новую войну. Чтобы ослепить народы блеском «демократизма» для того, чтобы утвердить диктатуру буржуазии, усыпить массы шумихой о «суверенных» правах наций и государств, для того чтобы успешнее вести интервенцию в Украине, готовить новые интервенции в Европе, на Тайване, резню в Ливане, Палестине и Сирии, захваты в Африке и Закавказье.

Пацифизм нужен буржуазии для маскировки войны. Добьётся ли буржуазия своей цели обмана народа — это зависит от энергии разоблачительной работы всего честного и прогрессивного, от передовой части рабочего класса, от их умения срывать маску с империалистов в пацифистском облачении. Несомненно, что события и практика будут работать в этом отношении на передовые силы пролетариата, вбивая клин между пацифистскими словами и империалистскими делами «демократических» прислужников капитала.

Долг передового отряда — не отставать от событий и безжалостно разоблачать каждый шаг, каждый акт прислужничества империализму и измены фашистских правительств своим народам.

Что касается союзников передового рабочего класса. Для борьбы против разворачивающейся третьей мировой войны коммунистам необходимо привлекать всех, кто искренне, бескорыстно заинтересован и хочет помочь в этой борьбе делом, в т. ч. и «добросовестных» буржуазных пацифистов, вплоть до антивоенно настроенных попов и капиталистов. Вовлечение в антивоенный и антифашистский фронт таких элементов буржуазии имеет больше значение в деле мобилизации против войны и фашизма мелкобуржуазных масс, прогрессивной интеллигенции, женщин и молодёжи. Постоянно подвергая разъяснительной критике ошибочные взгляды добросовестных пацифистов, разоблачая тех пацифистов, кто маскирует подготовку и разворот войны фашистами, коммунисты должны привлекать к сотрудничеству всех пацифистов, которые готовы пройти с ними хоть часть пути настоящей борьбы против империалистической войны. Нужно неустанно убеждать массы, что основной причиной империалистических войн является капитализм. И только с его уничтожением смогут исчезнуть войны.

Подготовили: И. Белый, М. Иванов.

[1] Чтобы спасти власть монополистического капитала, фашистские правительства не скупились на громкие фразы, лозунги о «демократии», «народовластии», «заботе о рабочих» и т. п. Было и такое, что фашисты создавали различные комитеты и комиссии, именуя их народными, стремясь к формальному представительству в них от рабочих и трудящихся. Были «комитеты народной власти», куда наряду со ставленниками монополий и крайней реакции включались отдельные рабочие, которые не могли играть там никакой роли. Кое-где фашисты создавали даже «Советы народных депутатов», для использования их в антинародных целях и одурачивания масс. Фашистская буржуазия, если понадобится, пойдёт и на создание «Советов рабочих депутатов им. Ленина–Сталина», которые на деле будут играть роль органов контрреволюции и защиты интересов монополий.