Как начиналась партия. Часть 1
Уже несколько раз к нам обращалась молодёжь с просьбой написать что-то вроде краткого очерка зарождения партии большевиков, самых первых шагов, положивших её начало. По сути, молодых товарищей интересовали два вопроса. Как партия зарождалась практически, в «низах»? И что сыграло главную роль в создании партии, условия исторического развития России или воля отдельных выдающихся личностей?
Существует огромная литература по истории РСДРП / РКП(б) / ВКП(б). Это протоколы съездов и конференций, труды Истпарта, воспоминания большевиков, документы и материалы. Во главе этой литературы стоит Краткий курс истории ВКП(б) под редакцией И. В. Сталина. Кажется, всё ясно. Яснее, чем Сталин, по истории партии не скажешь. Но молодежь не имеет возможности много читать. Ей нужен конспект, составленный на базе этих трудов.
Второй вопрос сводится к тому, почему в конце XIX в. русские рабочие поняли, кто их враг, в чём их коренные жизненные интересы и что в революции им нечего терять, кроме своих цепей. Почему сегодня большинство рабочих считают, что у них нет цепей, а в революции, напротив, есть, что терять? На этот вопрос мы попытались кратко ответить в двух статьях о причинах роста революционного движения в России. Эти две статьи надо рассматривать, как предисловие к этому материалу.
Поскольку история зарождения партии грандиозная, мы решили коснуться лишь самого раннего её периода, примерно до I съезда (1898 г.). Этот период, как нам кажется, представляет сегодня особый интерес. Во-вторых, мы старались смотреть на зарождение партии, её первые шаги с самого низу, глазами первых русских марксистов — рядовых, практических работников, которые действовали в России и несли на себе самую чёрную и тяжёлую работу по организации партии. В-третьих, мы не приводим биографий отдельных лиц и их подвигов. В конспекте более важна история всей партии, а не тысячи её выдающихся членов. В-четвёртых, наиболее важные места мы выделили, чтобы облегчить конспект для агитации.
Официально существование партии началось 14 марта 1898 г. в Минске, где собрались на съезд 9 делегатов социал-демократических организаций из разных мест России. Съезд назвал себя первым Съездом РСДРП — Российской Социал-Демократической Рабочей партии. Это название партия сохраняла 20 лет, до VII съезда. В марте 1918 г. партия решила называться «Российская Коммунистическая партия (большевиков)». Это случилось после того, как заграничные и русские меньшевики социал-демократы перешли в лагерь буржуазии и выступили против пролетарской революции.
РСДРП начала своё официальное существование в 50-ю годовщину революции 1848 г. в Западной Европе. Тогда впервые в Европе резко столкнулись класс пролетариев с классом буржуазии. Тогда перед рабочими был расшифрован лозунг буржуазной революции «Свобода, равенство, братство». Буржуазия выдвинула армию и с её помощью дала кровавый урок парижским рабочим. Впредь они должны «свободно» умирать с голоду, быть «равным» в бесправии и нищете, «братски» и безропотно переносить эксплуатацию со стороны капитала.
С этого урока европейский пролетариат начал понимать, что в борьбе за освобождение у него нет союзников, что ему нужно организоваться и вести борьбу на свой страх и риск. С этого года пролетариат начинает искать и находить путь организации своей классовой партии. Этот путь был найден не сразу. Нужны были стихийные забастовки, которые рабочий класс был вынужден вести против всё растущего гнёта капитала. Эти забастовки научили рабочих создавать стачечные кассы. Далее пролетариат научился превращать эти кассы в профессиональные союзы. Шла эпоха экономических забастовок. Буржуазия пользовалась для борьбы с рабочими всем государственным аппаратом — армией, чиновниками, полицией, судами, тюрьмами, которые состояли у неё на службе. Тогда рабочий класс стал понимать, что свободы и человеческой жизни одними экономическими требованиями не добыть. Для этого нужно вырвать из рук буржуазии власть и сломать её государственный аппарат. Такой был первый этап, который нужно проделать рабочему классу, чтобы освободить трудящихся от всякой эксплуатации. А для этой цели освобождения рабочему классу требуется создать подходящий инструмент — свою самостоятельную, независимую от буржуазии, сугубо классовую политическую партию.
Итак, материальной базой рабочего движения была массовая экономическая борьба за лучшие условия продажи рабочей силы, которая шла в форме стихийного рабочего движения. Не имея такого движения, нечего было и думать об организации рабочих масс. В ходе этого движения рабочие убедились, что буржуазия сильна не сама по себе, а потому что в её руках власть, она организована политически в своё государство и может использовать его против рабочего класса. Это означало, что экономической борьбы для освобождения труда недостаточно, нужна политическая борьба за власть пролетариата. Вести такую борьбу, не имея своей боевой классовой партии, невозможно.
Встав на путь самостоятельной борьбы, рабочие быстро увидели, что его главной силой и орудием борьбы является осознание широкими массами своих классовых интересов. В поисках этого сознания стихийное рабочее движение должно было столкнуться с научной социалистической мыслью. А эта мысль тоже упала не с потолка. Учение Маркса и Энгельса впитало в себя весь опыт классовой борьбы пролетариата и все высшие достижения буржуазной науки. Был создан научный социализм. Рабочие узнали, к какому строю неизбежно идёт развитие капитализма. В ходе этого развития буржуазия невольно выращивает и объединяет своих могильщиков. Неизбежно рушатся все искусственные перегородки, отделяющие человека от человека. Постепенно стираются границы между государствами, нациями, сословиями, вероисповеданиями и полами. На их место заступают два резко противостоящих друг другу класса. Пропасть между ними с развитием капитализма растёт всё глубже. В руках ничтожного меньшинства сосредоточиваются все производительные силы, мировые богатства и управление всем миром. А большинство человечества превращается в наёмников всякого рода, у которых нет ничего, кроме своей рабочей силы. И эту силу они вынуждены выносить на рынок на продажу капиталистам.
Научный социализм дал рабочим всех передовых стран намётки конечной цели их борьбы. Достижение этой цели стало лозунгом и путём пролетарского движения всех стран. Под этим лозунгом начала расти международная социал-демократия. Так обстояло дело на Западе.
Зародыши РСДРП развивались таким же путём. Стихийная экономическая борьба рабочих началась с зарождения капитализма в России. Бунты рабочих против невыносимого гнёта на фабриках начались ещё с середины XVIII в., в те времена, когда за недостатком рабочих рук на фабрики сгонялись крепостные крестьяне. Эти бунты шли по-разному. Рабочие то посылали ходоков к губернаторам, министрам и царям, то воевали с воинскими отрядами, присланными для «усмирения» рабочих, прогоняли чиновников — «усмирителей». Рабочих ходоков арестовывали, вожаков сопротивления сдавали в солдаты, рабочих ссылали в Сибирь, пороли плетьми до смерти. На место погибших вскоре появлялись новые вожаки, выбирались новые ходоки. Рабочих силком при помощи солдат сгоняли к станкам, но рабочие не сдавались. На суконной фабрике Осокина в Казани крупные столкновения и волнения были в 1796, 1798, 1800, 1806, 1817, 1818, 1819, 1820, 1823, 1829, 1832, 1834 и 1836 гг., пока, наконец, рабочие добились своего. Фабрику закрыли, а рабочих освободили от крепостной зависимости. Рабочие массово бунтуют на целом ряде фабрик по России с 1771 г. И всюду наблюдалось одно и то же. Рабочие предъявляют требования, выбирают ходоков, отправляют их к властям. Власти высылают карательные отряды и жестоко расправляются с рабочими. И, тем не менее, благодаря огромному упорству, кое-где рабочие добиваются своего. В этой борьбе русский рабочий класс принёс в жертву много своих героев, но получил и нужные уроки классовой войны.
Чем шире развивался капитализм, тем чаще появляются забастовки. Уже тогда рабочие проявляют огромную силу, выдержку и дисциплинированность. С 1827 г. идёт быстрый рост хлопчато-бумажной промышленности в центральной России. С этим ростом на фабриках начинается убийственная эксплуатация рабочих, в том числе, детского труда. Дети до 12 лет работают в две смены, круглые сутки. На этой почве в 1844 г. на большой Вознесенской бумагопрядильне под Москвой вспыхивает настоящее восстание. Оно кроваво усмиряется военной силой, но правительство напугано, что волнение рабочих перекинется на все 23 московских фабрики. Оно вынуждено в 1845 г. издать первый закон по ограничению детского труда на фабриках. Была запрещена ночная работа на фабриках малолетним до 12-ти лет. Но тут же царское правительство вводит новую статью о наказаниях. По ней в случае массового неповиновения рабочих хозяину фабрики или завода рабочие подлежат наказанию как за восстание против властей, до каторги включительно. Правительство чувствует в рабочих растущую угрозу самодержавию. Они объявляются «бездомными и безнравственными людьми». Царизм боится увеличения числа рабочих и сосредоточения их в городах. Но он бессилен затормозить рост крупной промышленности, а вместе с ним и рост пролетариата. После «освобождения» крестьян в 1861 г., после их ограбления и «освобождения» от земли Россия быстро превращается в страну крупного капитализма. Число рабочих на фабриках и заводах в европейских губерниях растёт с 358 000 в 1862 г. до 1 124 000 в 1898 г.
Что меняется в рабочей борьбе? В забастовках и волнениях в первой половине XIX в. рабочие к сугубо рабочим требованиям (сокращение рабочего дня, увеличение зарплаты, уменьшение детского труда и т. п.) часто примешивали сугубо крестьянский протест против крепостного права. А в волне забастовок против невыносимо тяжёлого положения рабочих по всей России в 70 — 80 гг. XIX в. видно зарождение чисто пролетарского движения. Но способы борьбы вначале носят тот же крестьянский характер. Выбирают ходоков, посылают их к губернаторам и до ответа прекращают работу. Иногда рабочие начинают громить фабрику, контору, квартиру директора. Дело кончается военной экзекуцией, наказанием зачинщиков, общим расчётом всех бастующих и набором новых рабочих.
Эти обстоятельства заставили рабочих понять, что в их борьбе глупо рассчитывать на помощь царя или министров. Помощь царь и министры всегда оказывают лишь буржуазии — хозяевам. Далее рабочие начинают понимать, что для борьбы им нужна организация. Ведь правительство и хозяева хорошо организованы против рабочих. Нужны знания того, как бороться. Наиболее развитые рабочие идут в воскресные, вечерние и технические школы, чтобы найти там нужные знания, книги, сойтись с людьми, которые могут объяснить, как борются рабочие за границей, и научить, как бороться в России.
В это же время лучшая часть русской интеллигенции окончательно разочаровалась в попытках поднять крестьянство на социалистическую революцию. Интеллигенты пошли в народ, рассчитывая, что русские крестьяне являются настоящими носителями социализма. Стоит их организовать, и они расправятся с помещиками и не дадут развиться капитализму в России. Но деревня встретила народников с полным недоверием. Крестьяне видели в них барчуков, которые плетут что-то непонятное, наверняка хотят вернуть крепостное право. Революционная молодёжь, отвергнутая деревней, ищет «настоящего народа». В воскресных школах она сталкивается с передовыми рабочими. В них народники и увидели настоящий народ. Надо было распропагандировать этих рабочих в народнических идеях, и тогда рабочие бросят свои фабрики и пойдут в деревню пропагандировать. Их послушают крестьяне, так как для них рабочий — свой человек, а не барин. Народники создают кружки рабочих, где знакомят их с европейским рабочим движением, с историей революций. Рабочие жадно впитывают знания и требуют новых. Но лишь единицы принимают те выводы, которые им навязывают народники. Рабочие хорошо знают крестьян и понимают, что не в деревне нужно ждать начала социальной революции. Полученные знания рабочие переваривают по-своему. Вопреки желаниям народников, рабочие толкуют о политической свободе как залоге своего освобождения. В 1875 г. в Одессе образуется «Южно-Русский Рабочий Союз». Он заявляет, что ближайшей его задачей является завоевание политической свободы в России. А народники считали, что бороться за политическую свободу, конституцию является делом не народа и его революционных партий, а либеральной буржуазии.
Ещё решительнее за политическую борьбу рабочих выступил «Северный Союз Русских Рабочих», организованный в 1879 г. Союзу удалось организовать сеть кружков, законспирированный центр, руководивший работой всего Союза. В Союз входили только рабочие. В то время, как интеллигенция беспомощно барахтается в поисках путей к социализму, Северный Союз вырабатывает свою программу, которая мало чем отличается от социал-демократической программы германских рабочих. В программе выставлены политические требования, минимум свобод, необходимых для развития рабочего движения. Присутствует и ряд экономических требований, за которые уже борется русский рабочий.
Если Южный Союз почти не проявил себя, так как был быстро раскрыт полицией, то Северный Союз может считаться первой русской пролетарской политической организацией, которая ясно и определённо выдвинула задачу руководить фактически идущим рабочим движением. В программе Союза были следы народнических утопий, но Союз звал рабочий класс на борьбу и организовывал к ведению классовой борьбы — то есть борьбы против всего класса капиталистов. Союз политически воспитывал рабочую массу, раскрывал ей классовые интересы. Союз организовал первую действительно рабочую газету «Заря рабочего», где все статьи и корреспонденции, кроме передовой, были написаны самими рабочими.
К тому времени мирные пропагандисты-народники убедились, что при самодержавии им мирно проповедовать свои идеи не дадут. Народников хватали, отправляя кого на каторгу, кого на виселицу. Партия «Земля и Воля» на съезде в Воронеже распадается на два крыла. Одно — «Чёрный Передел» — остаётся при старых взглядах и продолжает вести мирную социалистическую пропаганду. Второе — «Народная Воля» — считало, что эта работа ничего не даст, что надо прежде завоевать политическую свободу с помощью террора властей. Завоевать свободу может лишь боевая организация революционеров. Народ к восстанию не готов, поэтому организация сама должна вступить в борьбу с самодержавием и повалить его. Надо убивать жандармов, министров, губернаторов, мстить за каждого погибшего революционера, наконец, убить царя. Тогда народ поймёт, что революционеры борются и жертвуют собой ради него, и поддержит их. Опираясь на сочувствие народа, революционеры вырвут власть из рук гибнущего самодержавия и, пользуясь ею, сделают всё, что нужно народу — приступят к строительству социализма.
И действительно, «Народная Воля» проявила огромную энергию и самопожертвование. В ней подобралась сильная компания героических борцов, которые успели затерроризировать правительство целым рядом хорошо организованных убийств и своей неуловимостью. Ими был убит царь Александр II. После этого правительство готово было идти на уступки и даже начало через посредников переговоры с Исполкомом «Народной Воли». Но скоро выяснилось, что за спиной революционеров нет сочувствующей массы. Народ их не понял и не поддержал. Убийство царя для народа было лишь сведением счетов между господами. Поняв это, царизм жестоко расправился с народовольцами и организовал в стране неслыханную реакцию. Народ молчал и ничего не понимал.
Немногим народовольцам удалось скрыться за границей. Веры в дело семидесятников у них уже не было, понять причин крушения народовольчества не хватило ни сил, ни способностей. Влияния на массы в России у них не было. Революционное движение в России на время замолкает. Попытки групп Лопатина, Оржиха, «милитаристов», Александра Ульянова были обречены и не могли оживить погибшее дело на базе старых приёмов борьбы. Из всей массы эмигрантов-народовольцев нашлось всего несколько человек, которые поняли факт крушения «Народной Воли» и начали искать выход из тупика.
Под влиянием народников, лучшие рабочие из Северного Союза, вместе со своим вождём С. Халтуриным, прекратили работу по организации революционного рабочего союза и целиком занялись террором. Большинство из них погибло в бою и на передовых постах. Лишённый руководства Северный Союз распался.
Но дело революции не погибло. В 1884 г. в Петербурге возникает кружок болгарского студента Благоева. Он ведёт пропаганду среди рабочих и интеллигенции. Благоев и его сторонники отвергают народнический дворянско-мужицкий социализм. Лозунгу народовольцев «Всё для народа, но без народа» благоевцы противоставят лозунг «Всё для народа через самодеятельность и классовое сознание масс». Единственным революционным классом признаётся пролетариат. Группу Благоева можно считать первой в России революционно-марксистской организацией, несмотря на некоторые остатки народничества. Группа считала необходимой организацию самостоятельной политической партии пролетариата. Группа сразу начала завязывать связи с рабочими, организовывать кружки пропаганды, выпустила два номера газеты «Рабочий».
После жестокого кризиса 1883 г. по России проходит волна забастовок. Под влиянием революционных организаций рабочих эти забастовки идут гораздо сознательнее и организованнее, чем стачки 70-х гг. Особенно организованность и сознательность проявились в знаменитой Морозовской стачке в Орехове-Зуеве в 1885 г. В руководстве стачки особо выделились ткачи Волков и Моисеенко. Их судили, они оба выступали в суде с революционными речами. Волков погиб в Сибири, Моисеенко дожил до Октябрьской революции. Морозовская стачка прогремела по всей России и Европе. Она была вступлением российского рабочего класса в семью борющегося мирового пролетариата.
Одновременно с группой Благоева в борьбу против утопий народничества вступает небольшая группа эмигрантов — бывших чёрно-передельцев — Плеханов, Игнатьев, Аксекльрод, Засулич, Дейч. За границей они познакомились с научным социализмом и практикой рабочего движения. Эти бывшие правоверные народники всё больше проникаются марксизмом и организуют группу «Освобождение труда». Заслуга этой группы была в том, что она первая применила марксистский анализ к русской действительности, опираясь на богатый статистический материал о положении в народном хозяйстве [1]. Если интеллигентский кружок Благоева можно считать родоначальником марксистов-практиков в России, то «Освобождение труда» была началом русской марксистской теории. Руководить практически разворачивающимся рабочим движением группа не могла ввиду оторванности от России. Группа не стала центром зарождения партии. За границей долгое время у группы было мало сторонников. Интеллигенция, к которой, в основном, обращалась «Освобождение труда», по происхождению и интересам была далека от рабочего класса и принять марксизм не могла. В России, правда, труды Маркса читали ещё с конца 60-х гг. Но большинство изучавших Маркса его не понимало и не могло применить его теорию к русской действительности. Ещё до появления марксистских кружков «Капитал» считался настольной книгой каждого русского революционера. Но толковали его вкривь и вкось. Появилось много тех, кто писал и говорил о Марксе либо совсем не читав его, либо прочитав невнимательно. Среди большинства русских революционеров того периода «Капитал» считался книгой очень ценной для Запада, но не имеющей практического применения в России. По мнению этих людей, Россия идёт своим самобытным путём.
Для понимания «Капитала» и для применения его к русской действительности революционерам было необходимо основательно пополнить свои знания в разных областях науки. Чтобы судить о русской действительности, нужно было изучить прошлое России, прошлое всего человечества, усвоить законы, движущие историей, и уметь сравнивать историческое развитие на Западе и в России. Существовавшая в то время в России литература не могла удовлетворить этой потребности знания. В ней царил субъективный метод, говорилось не о том, что неизбежно должно быть, а о том, что было желательно. Дать кое-что могла лишь европейская, особенно немецкая литература. Но читать Маркса, Энгельса, Каутского, Либкнехта и др. могли лишь знающие язык. Однако читалось всё, что можно было достать передового по истории, социологии, этнографии, философии, физике, географии. Поэтому первые русские марксисты резко выделялись из среды интеллигенции богатой эрудицией, разнообразием и всесторонностью знаний.
Подготовили: С. Юдина, М. Иванов.
[1] Это были земские статистические исследования, исследования фабрик и заводов, проведённые санитарными врачами и фабричными инспекторами первого призыва: Эрисманом, Дементьевым, Погожевым, Песковым, Янжулом и др. , исследования кустарных промыслов, проведённые Харизоменовым, Скворцовым и пр.