О событиях в Одессе
О событиях в Одессе известно немного. Фактом является, что 26.10.2024 г. жители города устроили бунт против сотрудников ТЦК, которые пришли с облавой на местный рынок «7-й километр».
Суть такова. Сотрудники местного ТЦК пришли на рынок охотиться за «пушечным мясом» и задержали там много мужчин. Однако местным жителям удалось вытеснить «военно-фашистов» с рынка и отбить задержанных. На опубликованных видео горожане, требуя освободить задержанных, окружили железные ворота на входе в здание, где забаррикадировались сотрудники ТЦК, раздаются удары по металлу. Сколько мужчин удалось отбить, скольким удалось скрыться от ТЦК — точных данных нет.
Ранее украинское «гестапо» (Служба безопасности Украины) устроило массовую облаву на администраторов т. н. «пабликов» и т. н. «блогеров», которые когда-либо публиковали перемещения сотрудников ТЦК по городу в поисках «мяса» для войны. «Гестаповцы» задержали 19 администраторов и корреспондентов Telegram-каналов, которые «пытались сорвать мобилизацию и публиковали локации ВСУ».
Кроме этого, был случай, когда фашисты из украинского военкомата «выкуривали» мужчину из автомобиля с помощью газового баллончика. Иначе говоря, украинские фашисты травили человека газом точно так, как в войну их коллеги — эсэсовцы травили «Трилоном-Б» советских людей в каменоломнях Аджимушкая. Или узников в душегубках Дахау. Суть одна и та же.
Говорят, в России такого нет. Но было бы то же самое, если бы под рукой правительства было не 35 млн. годного для войны мужского населения, а 6–7, как на Украине. Было бы, не имей российская буржуазия экономической возможности воевать наёмной армией, в т. ч. за счёт «дешёвых» кредитов китайского правительства и огромных поставок в Китай российского газа, нефти, леса, руды и прочего «национального достояния» миллиардеров по низким ценам. Украинское правительство не имеет возможностей содержать до миллиона наёмников со средним жалованьем 2 000 долларов США в месяц. Хотя в 2014 г. Порошенко прилюдно обещал «Правому сектору» нечто подобное (1 000 гривен в сутки в ценах 2014 г.).
Как известно, капиталисты лично не воюют. Чтобы воевать друг с другом за передел рынков, сырья, сфер влияния, могущественные группы капиталистов и подчинённые им правительства США, России, ЕС, Китая и пр. стран используют народы этих стран, трудящиеся массы. Их призывают или заманивают, вооружают и посылают воевать друг с другом. Чтобы военные фронты поглощали вооружения и давали больше заказов капиталистам, требуется, чтобы воевали массовые армии на больших пространствах. Если на фронтах не будет в достатке солдат, расход вооружений пойдёт на убыль, а захватывать чужие рынки, богатства, земли станет некому, поскольку судьбу захвата чужой страны решает, в конечном счёте, бой сухопутных войск на земле, а не удары ракет по городам или базам противника.
Нехватка солдат в грабительской войне ставит под угрозу интересы высшей прибыли всех мировых империалистических групп. Поэтому буржуазные правительства, находящиеся в подчинении групп финансового капитала, самым зверским образом обрушиваются на своих рабочих и трудящихся, которые не желают воевать. Нельзя забывать, что шовинизм и подготовка войны как основные элементы внешней политики, обуздание рабочего класса и террор в области внутренней политики как необходимое средство для укрепления тыла военных фронтов, — вот что составляет теперь существо всей политики нынешних правительств России, Украины и т. д.
Отсюда понятно, почему фашисты на Украине охотятся на трудящихся, как на диких зверей, травят людей газом, стреляют по ногам, избивают до полусмерти и т. п. СБУ-шникам, ТЦК-шникам и прочим непосредственным исполнителям террора украинская буржуазия хорошо платит. Чем более зверски они будут подавлять рабочих и трудящихся, тем выше жалованье и быстрей движение в чинах. А с другой стороны, эти исполнители знают, что если они будут «плохо ловить» или жалеть трудящихся, не желающих воевать, то сами отправятся в окопы, как проштрафившиеся гестаповцы на Восточный фронт.
Тем выше заслуга горстки смелых людей в Одессе. Они не пошли выплёскивать ненависть к правительству на евреев или цыган, а дали прямой отпор фашистам. На рынке «7-й километр» произошёл настоящий классовый бой между трудящимися и буржуазией. Эти смелые люди — мелкая буржуазия и простые трудящиеся. Их мало, они не организованы, запуганы и забиты украинской властью. Они знали, что на помощь фашистам из ТЦК придёт вся карательная машина украинского государства. Они понимали, что за «сопротивление властям» их могут не только избить, но лишить работы, замучить в тюрьме, убить прямо на рынке или вечером из-за угла. Но они не побоялись вступить в неравный бой с вооружёнными фашистами. Они вступили и нанесли фашистам политическое поражение.
В чём оно состоит? Значение неравной схватки в Одессе для антифашистского движения масс огромно. Фашистский лёд лопается. Одесса показала, что фашизм можно победить, если перед ним не отступать. Угнетённые массы на Украине, что находятся в состоянии подавленности и уныния, получили пример революционной отваги. Десяток-другой жителей Одессы показали всем массам, что не так уж страшно бороться против фашизма, что фашистская власть не имеет корней в народе, её можно бить, она свирепая, но непрочная.
Среди этих одесситов не было революционеров и передовых рабочих. Чем объяснить вспышку отпора фашистам, стихийную организацию трудящихся против «призыва» на войну?
Тем, во-первых, что идея вооружённой борьбы с фашистским правительством уже зреет в умах украинских трудящихся, витает в воздухе. Поэтому было достаточно очередной фашистской охоты на мужчин, чтобы плотину терпения у трудящихся кое-где прорвало.
Потому, во-вторых, что в драке с фашистами на рынке эти одесские обыватели стали, наконец, гражданами. Они «вмешались» в политику потому, что хотят быть свободными гражданами свободной страны, а не узниками нынешнего лагеря «Украина». Идея борьбы за свободу, честь и достоинство человека, против фашистского гнёта, приобретает в стычках с властью реальное, живое воплощение. Эти одесситы показали на деле, что они хотят быть людьми, а не униженными рабами.
Потому, в-третьих, что широкие массы не желают воевать за ненужные и непонятные им интересы. Они ещё не понимают классового характера «своего» правительства и империалистической природы войны на Украине, но своим здоровым «нутром» чувствуют, что такая война, кто бы в ней ни победил, несёт одесситам только большее рабство и новые бедствия. Нельзя защищать тюрьму, в которой томится народ, где его грабят, топчут его достоинство, убивают, расходуют, как материал для наживы кучки миллиардеров.
Потому, в-четвёртых, что фашистское правительство само беспокоится о том, чтобы довести народные массы до озверения, когда народ, которому уже надоело бояться и терпеть унижения, берётся за оружие и идёт убивать представителей власти.
Могут сказать, мол, драка с ТЦК — не выход, надо идти другим путём — организации рабочих и трудящихся в единый фронт на базе общедемократической и антивоенной борьбы. Фронт нужен, поскольку борьба против фашизма есть борьба с финансовым капиталом, свержение фашизма есть свержение власти финансового капитала, носителем открытой диктатуры которого и является фашизм. Свергнуть эту власть не под силу одному только передовому пролетариату без помощи широчайших трудящихся масс. Но, как известно, самое лучшее воспитание пролетариата и мелкобуржуазных масс получается в процессе борьбы, на практике собственного политического опыта этих масс. Всякое серьёзное дело решается не в кабинетах, а путём вооружённого насилия. Всякая половинчатая тактика обречена на провал. Только силой рабочие отвоюют себе политическую свободу, чтобы начать широкую борьбу за свои конечные цели — за полную победу социализма.
А без стихийных вспышек борьбы трудящихся против фашистской власти, без всякого рода стычек и схваток народа с правительством, вроде того, что было на одесском рынке, нечего и говорить о классовых боях, о создании единого антифашистского фронта. Это будет бумажная декорация, а не фронт.
Бытовые и уличные стычки обывателей с фашистами, отпор трудящихся фашистам на деле, а не «на кухне», по всем линиям и вопросам, стихийные бои доведённых до «бешенства» граждан с правительством — вот единственный путь получить основу всенародного антифашистского фронта — массу, которая уже «проснулась» к политике, и кадры её сознательных руководителей.
Это не бланкизм или преклонение перед стихией. Стихия борьбы трудящихся масс даёт материальную основу для организованной и сознательной борьбы рабочего класса против буржуазии и её правительства. Приложить к массе свои знания новые марксисты и сознательные рабочие могут не в интернете, а в ходе практической борьбы с фашизмом, на её базе. Только в борьбе они могут получить, наконец, долгожданную практику большевизма, партийной работы, стать из книжных марксистов марксистами-практиками, руководителями рабочих. Только в боях и стычках с фашистами массы приобретают боевой опыт борьбы за свободу и насущные интересы. Бои с фашизмом, победы и поражения дают кадры революционеров из народа, которые сейчас спят и даже не ведают, кто они есть. Их не разбудит никакая агитация, но их быстро разбудит и сделает более внимательными к нашей агитации уличная драка с ТЦК, бой с пьяными фашистами за честь жены, бой с охраной за освобождение задержанных детей, слом фашистских заборов у моря, защита парка от истребления, силовой отпор попыткам запрета привычных и естественных свобод, разгулу фашиствующей уголовщины. Словом, всё то в обиходе, что «доводит» простого человека до боевой ярости, заставляет его искать умножения сил — свою организацию единомышленников и подходящие для борьбы идеи.
Бои с фашистами ускоряют понимание того, что политическая свобода трудящимся дороже жизни, хлеба и воздуха, так как без неё жизнь теряет смысл, ибо нельзя ни вольно дышать, ни вдоволь есть, ни свободно говорить, ни ходить по своей земле. Необходимость свободы должна войти в быт широких масс, а это в нынешних условиях лучше всего входит не через теории, а через драки с полицией и «разбитые головы». Задача сознательных рабочих — помочь этому пониманию, по-сталински просто и ясно оформить его идейно и направить борьбу масс за свободу по-большевистски — в организованное русло наиболее верным и выигрышным путём.
Уличные бои и стычки с фашистами подводят массы к необходимости своей собственной организации, чтобы умножить силы, не давать фашизму наступать на себя, а затем перейти в наступление на него. И здесь решающее слово за марксистами и передовыми рабочими-организаторами масс. А поскольку силы неравны из-за наличия у властей оружия, то перед трудящимися «сам собой» встаёт вопрос о вооружении и военной организации для гражданской войны с буржуазией и правительством. Можно ли этому не радоваться, не предавая марксизм? Можно ли марксистам не пытаться организовать, возглавить и вооружить трудящихся, которые решились на борьбу против фашистской тирании? Ясно, что нельзя.
Вопрос об оружии против властей стоит перед трудящимися Одессы и других мест острее, чем в России. Граждане на рынке «7 километр» и в других местах жалели, что в тот момент не имели под рукой оружия, чтобы выгнать ТЦКшников или полицаев. Этим, между прочим, отличается бой на одесском рынке от черносотенного цыганского погрома в Коркино. В первом случае борьба горстки трудящихся шла прямо против своих угнетателей — фашистского правительства и местных властей. И дело — силою обстоятельств — шло к вооружённой борьбе против властей. Во втором случае (если предположить действительное возмущение обывателей против местной преступности и потакающих ей властей) это возмущение нашло самый трусливый и позорный выход в виде национального погрома при рабских заверениях в преданности властям.
На угрозу оружием со стороны правительства массы эксплуатируемых обязаны отвечать оружием. Если где-нибудь в ответ на избиение, разгон, арест, расстрел рабочие перебьют и расстреляют ТЦК, полицию, карательные войска, они тем самым дадут правительству самый энергичный, единообразный и самый целесообразный ответ всего народа. Массы на деле увидят, какой огромной силой они обладают против этого правительства. Шаг за шагом рабочие научатся не бояться применять оружие против правительства. Наоборот, как в 1905 г., рабочие будут искать оружия, призывать «к оружию» — в ответ на бесчинства и террор фашистских властей [1]. Общим лозунгом трудящихся должен стать лозунг: «Бей фашистов!».
С другой стороны, на улице массами будут перебиты не ахметовы и зеленские, а рядовые каратели-наёмники. А это не может не внести раскола и шатания в ряды военно-карательной машины фашизма. Рядовые исполнители фашистского террора понимают, что голова всё-таки дороже 2 млн. грн. компенсации и служебного долга по террору, разгону или расстрелу рабочих. Бить и убивать трудящихся должно стать для карателей рискованным делом, за которое последует не только проклятие и ненависть народа, но и неизбежная виселица. Под фашистами должна гореть земля. А всякие колебания фашистского войска и полиции нужно усиливать и подогревать, перетягивать солдат на свою сторону, что является одной из практических задач агитации и пропаганды нынешних кружковцев и передовых рабочих. Армия на стороне революционного народа — это средство направить новую революцию по наименее кровопролитному и быстрому пути.
Говорят, плох тот большевик, кто не сидел в тюрьме. Это забавно, хотя и не умно. Не тюрьмой определяется большевистская закалка рабочих. Другое дело, что нынешним сознательным рабочим и новым марксистам, если они собираются стать руководителями рабочего класса, придётся лично участвовать в уличных боях с фашистами. Это требуется, во-первых, для того, чтобы всегда быть с массами, в гуще масс, учиться руководить ими, одновременно изучая настроения и чаяния масс, учась у них живому революционному творчеству.
Это требуется, во-вторых, для того, чтобы иметь авторитет у масс, чтобы массы доверяли своим вожакам и смело шли за ними. Большевики шли впереди рабочих 9 января под огонь царских войск, когда не удалось убедить рабочих в пагубности и вреде шествия к царю. Большевики были с рабочими в восстании на Ленских приисках в 1912 г., не испугавшись пуль царских карателей. Немецкие большевики насмерть врукопашную дрались с фашистскими бандами с 1919 по 1933 гг. на улицах Берлина, Гамбурга, Дрездена, ведя за собой рабочие дружины. Много большевиков погибло в этих боях. Но если бы они не возглавляли эти бои, погибла бы вся партия, большевизм превратился бы в глазах рабочих из революционного оружия в одну из кабинетных теорий.
Это требуется, в-третьих, для того, чтобы получить опыт практической уличной войны с правительством, без которого трудно стать командиром рабочих дружин в гражданской войне. Это требуется, чтобы передовые рабочие стали сильнее и увереннее в себе, получили тактическую и боевую ловкость, наглядно убедились бы, что нужно отбросить страх перед фашистами и что их можно с успехом бить и побеждать.
В бою на одесском рынке отличились женщины-трудящиеся. Замечено, что в дни самой чёрной реакции женское население выступает несколько вперёд рабочих-мужчин. Говорят, это потому, что женщины не боятся отправки на фронт и рассчитывают, что мужчины — полицейские, солдаты, ТЦКшники и т. п. не будут бить женщин. На фронт, конечно, не отправят, но фашистов никогда не останавливало, что перед ними женщины. Фашисты всегда и везде били, топтали, расстреливали женщин-трудящихся, вешали и рубили головы женщинам-антифашисткам, с особой жестокостью издевались над работницами на производстве, насиловали, самым грязным и циничным образом унижали женское достоинство.
Главное, однако, заключается в том, что капитализм бьёт по трудящимся женщинам вдвойне сильнее, чем по рабочим-мужчинам. Фашистское правительство берёт у них кормильцев и сыновей, а возвращает трупы или беспомощных калек. Наступление капиталистов на уровень жизни рабочих особенно тяжело бьёт по женщинам-работницам и жёнам рабочих. Удары фашизма по свободе и демократии, мракобесие и поповщина загоняют женщин-трудящихся обратно в унизительное средневековое положение бесправного и забитого существа, «рабы раба».
Некоторые товарищи говорят, что сейчас возник «замкнутый круг». Нет стихийного подъёма рабочих и трудящихся, марксистам не к чему приложить себя, нет материальной базы для возникновения рабочего и демократического движения. Нет движения — нет партии рабочего класса. Но смелые одесситы показали, что в классовой борьбе нет «замкнутых кругов». Есть временное затишье, вызванное придавленностью, растерянностью и некоторой деморализацией рабочих в условиях фашизма, внутри которого зреет взрыв, дающий свои первые «выбросы» тот там, то здесь.
Говорят, что рабочие не ведут экономической борьбы за свои интересы, так как буржуазия пока что удовлетворила главный интерес широких масс: большинство не голодает, мало живущих в рабочих казармах, нет миллионов безработных, ищущих применения своего труда. Но одесситы боролись не за хлеб и зарплату, а за свободу и демократию, против фашизма и войны. А это политическая борьба.
Товарищей смущает то обстоятельство, что «по канонам» классовая борьба рабочих должна при всяких условиях начаться с борьбы экономической, иметь первым шагом борьбу за уровень жизни и условия труда. Но если жизнь сегодня показывает затишье экономической борьбы трудящихся при том, что на первый план выходит борьба за демократические свободы, против войны и фашизма, — можно ли в таких условиях держаться за старые «каноны» и ждать, пока наладится и разовьётся экономическая борьба, не приступая к борьбе политической? Ясно, что нельзя, если империализм сам подсказывает рабочим главное направление текущей борьбы, если товарищи не желают превратиться в кабинетных марксистов. Политическая борьба обслуживает борьбу рабочего класса за экономическое освобождение. Экономическая борьба пролетариата никуда не ушла: цены растут, реальная зарплата падает, эксплуатация усиливается и т. д. Но вести экономическую борьбу сегодня отдельно от борьбы за политические свободы нельзя.
Поэтому, чтобы у товарищей было меньше начётничества и других «замкнутых кругов», а был предмет и объём конкретной работы, нужно больше внимания уделять таким случаям политической борьбы, как в Одессе. Для этого нужна, во-первых, конкретная оценка текущего положения у себя на местах, не только на Украине или в России в целом, но и отдельно в Одессе, Херсоне, Харькове, Ростове, Ленинграде, Омске и т. д., до предприятия и микрорайона.
Для этого нужна, во-вторых, связь с антифашистски настроенными элементами рабочих и трудящихся. Такие элементы есть везде, они — социальная база партийной работы для товарищей. Буржуазия купила не всех, и не все променяли свободу, честь и достоинство на ипотеку. Обстановка, как и всё, непрерывно меняется. Вчера вы имели дело с фашиствующим обывателем, а сегодня, будучи ограблен, избит или унижен фашистами, этот обыватель может стать союзником. Поэтому важной частью работы коммунистов с массами является умение оказаться в нужном месте в нужное время, подойти к человеку именно тогда, когда он готов воспринять пропаганду и агитацию.
Для этого, в-третьих, самое большое внимание уделить работе с женским населением и молодёжью как с группами трудящихся, которые сильнее всего страдают от фашизма и легче всего поддаются правильно поставленной большевистской агитации. Шире вовлекать женщин и молодёжь в кружковое марксистское и антифашистское движение. Ибо если тенденция правильная, и рабочие «батальоны» кое-где поведут за собой женщины-работницы, то это будет означать, что правительство не устоит. Кто может устоять против половины пролетарской армии в лице «разъярённых баб»? Никто не устоит.
В целом, меньше пенять на «замкнутые круги», поскольку поле работы для новых большевиков фашизм предоставил огромное. В том числе учиться у таких масс, как те, что не побоялись фашизма в Одессе.
РП.
[1] В январе 1905 г. питерскими рабочими была написана прокламация: «Граждане! Вчера вы видели зверства самодержавного правительства!.. Видели сотни убитых борцов за рабочее дело. Смерть убийцам! К оружию, товарищи! Захватывайте арсеналы, оружейные склады и оружейные магазины. Разносите, товарищи, тюрьмы, освобождайте борцов за свободу. Расшибайте жандармские и полицейские управления и все казённые учреждения. Свергнем царское правительство, поставим своё. Да здравствует революция!..».