Великая Октябрьская социалистическая революция

ОКТЯБРЬСКАЯ ВЕЛИКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ[1].

Февральская революция. Падение царизма. Образование Советов рабочих и солдатских депутатов. Образование Временного правитель­ства. Двоевластие.

1917 год начался стачкой 9 января. Во время стачки произошли демон­страции в Петрограде, в Москве, в Баку, Нижнем-Новгороде, причем в Москве 9 января участвовало в забастовке около одной трети всех рабочих. Двухтысячная демонстрация на Тверском бульваре была разогнана конной по­лицией. В Петрограде на Выборгском шоссе к демонстрантам присоединились солдаты.

«Идея всеобщей стачки, — доносила петро­градская полиция, — со дня на день приобретает новых сторонников и становится популярной, какой она была в 1905 году».

Меньшевики и эсеры старались ввести начав­шееся революционное движение в нужные ли­беральной буржуазии рамки. Ко дню открытия Государственной думы, 14 февраля, меньшевики предлагали организовать шествие рабочих к Государственной думе. Но рабочие массы пошли за большевиками, не к думе, а на демонстрацию.

18 февраля 1917 года началась забастовка путиловских рабочих в Петрограде. 22 февраля бастовали рабочие большинства крупнейших предприятий. В Международный день работ­ницы, 23 февраля (8 марта) по призыву Петро­градского комитета большевиков работницы вышли на улицу демонстрировать против го­лода, войны, царизма. Демонстрацию работниц поддержали рабочие общим забастовочным выступлением по Петрограду. Политическая стачка начала перерастать в общую политиче­скую демонстрацию против царского строя.

24 февраля (9 марта) демонстрация возобно­вляется с большей силой. Бастовало уже около 200 тысяч рабочих.

25 февраля (10 марта) революционное дви­жение охватывает весь рабочий Петроград. Политические забастовки по районам пере­ходят во всеобщую политическую забастовку по всему Петрограду. Всюду демонстрации и столкновения с полицией. Над массами рабо­чих — красные знамена с лозунгами: «Долой царя!», «Долой войну!», «Хлеба!».

Утром 26 февраля (11 марта) политическая стачка и демонстрация начинают перерастать в попытки восстания. Рабочие разоружают полицию и жандармерию и вооружаются сами. Однако, вооруженное столкновение с поли­цией заканчивается расстрелом демонстрации на Знаменской площади.

Генерал Хабалов, командовавший Петро­градским военным округом, объявляет, что ра­бочие должны приступить к работе 28 февра­ля (13 марта), что иначе они будут отправлены на фронт. 25 февраля (10 марта) царь дает приказ генералу Хабалову: «Повелеваю зав­тра же прекратить в столице беспорядки». Но «прекратить» революцию уже нельзя было.

Днем 26 февраля (11 марта) 4-я рота запас­ного батальона Павловского полка открыла огонь, но не по рабочим, а по отрядам конных городовых, вступивших в перестрелку с ра­бочими. Борьба за войско развернулась са­мая энергичная и настойчивая, в особенности со стороны женщин-работниц, которые обра­щались непосредственно к солдатам, братались с ними, призывали их помочь народу сверг­нуть ненавистное им царское самодержавие.

Руководство практической работой больше­вистской партии осуществлялось в это время на­ходившимся в Петрограде Бюро Центрального Комитета нашей партии во главе с тов. Моло­товым. Бюро ЦК выпустило 26 февраля (11 мар­та) манифест с призывом к продолжению воору­женной борьбы против царизма, к созданию Временного революционного правительства.

27 февраля (12 марта) войска в Петрограде отказались стрелять в рабочих и стали пере­ходить на сторону восставшего народа. Еще утром 27 февраля было только 10 тысяч вос­ставших солдат, а вечером их было уже свыше 60 тысяч. Восставшие рабочие и солдаты стали арестовывать царских министров и генералов, освобождать из тюрем революционеров. Осво­божденные политические заключенные вклю­чались в дело революционной борьбы.

На улицах еще шла перестрелка с городо­выми и жандармами, которые засели на черда­ках домов с пулеметами. Но быстрый переход войск на сторону рабочих решил судьбу цар­ского самодержавия.

Когда весть о победе революции в Петрогра­де распространилась в других городах и на фронте, рабочие и солдаты всюду стали свергать царских чиновников. Февральская буржуаз­но-демократическая революция победила.

Революция победила потому, что рабочий класс был застрельщиком революции и возгла­влял движение миллионных масс крестьян, переодетых в солдатские шинели — «за мир, за хлеб, за свободу». Гегемония пролетариата обусловила успех революции.

«Революцию совершил пролетариат, он проя­вил героизм, он проливал кровь, он увлек за собой самые широкие массы трудящегося и бед­нейшего населения...», — писал Ленин в первые дни революции (Ленин, т. XX, стр. 23—24).

Первая революция 1905 года подготовила быструю победу второй революции 1917 года.

«Без трех лет величайших классовых битв и революционной энергии русского пролетариа­та 1905—1907 годов была бы невозможна столь быстрая, в смысле завершения ее началь­ного этапа, в несколько дней, вторая рево­люция», — указывал Ленин (там же, стр. 13).

В первые же дни революции появились Советы. Победившая революция опиралась на Советы рабочих и солдатских депутатов. Вос­ставшие рабочие и солдаты создали Советы рабочих и солдатских депутатов. Революция 1905 года показала, что Советы являются орга­нами вооруженного восстания и в то же самое время зародышем новой, революционной вла­сти. Идея Советов жила в сознании рабочих масс, и они ее осуществили на другой же день после свержения царизма с той, однако, разни­цей, что в 1905 году были созданы Советы только рабочих депутатов, а в феврале 1917 года по инициативе большевиков появились Советы рабочих и солдатских депутатов.

В то время, как большевики руководили непосредственной борьбой масс на улицах, соглашательские партии, меньшевики и эсеры захватывали депутатские места в Советах, об­разуя в них свое большинство. Этому отчасти способствовало то обстоятельство, что боль­шинство лидеров большевистской партии на­ходилось в тюрьмах и ссылках (Ленин нахо­дился в эмиграции, Сталин и Свердлов в Си­бирской ссылке), тогда как меньшевики и эсе­ры свободно разгуливали на улицах Петрогра­да. Таким образом, во главе Петроградского Совета и его Исполнительного комитета ока­зались представители соглашательских пар­тий: меньшевики и эсеры. То же самое было в Москве и в ряде других городов. Лишь в Ива­ново-Вознесенске, Красноярске и некоторых других городах большинство в Советах с са­мого начала принадлежало большевикам.

Вооруженный народ  — рабочие и солдаты, посылая своих представителей в Совет, смот­рели на него, как на орган народной власти. Они считали и верили, что Совет рабочих и солдатских депутатов осуществит все требо­вания революционного народа и что в первую очередь будет заключен мир.

Но излишняя доверчивость рабочих и сол­дат сыграла с ними злую шутку. Эсеры и мень­шевики и не помышляли о ликвидации войны, о завоевании мира. Они думали использовать революцию для того, чтобы продолжить войну. Что касается революции и революционных тре­бований народа, эсеры и меньшевики считали, что революция уже закончилась, и теперь задача состоит в том, чтобы закрепить ее и перейти на рельсы «нормального», конституционного су­ществования совместно с буржуазией. Поэтому эсеро-меньшевистское руководство Петроград­ского Совета приняло все зависящие от него ме­ры, чтобы замять вопрос о ликвидации войны, вопрос о мире и передать власть буржуазии.

27 февраля (12 марта) 1917 года либераль­ные депутаты Государственной думы по заку­лисному уговору с эсеро-меньшевистскими ли­дерами образовали Временный комитет Госу­дарственной думы во главе с председателем IV думы, помещиком и монархистом Родзянко. А через несколько дней после этого Временный комитет Государственной думы и эсеро-меньшевистские лидеры Исполкома Совета рабочих и солдатских депутатов втайне от большевиков договорились о сформировании нового прави­тельства России, — буржуазного Временного правительства во главе с князем Львовым, которого еще до февральского переворота царь Николай II намечал в премьер-министры свое­го правительства. В состав Временного прави­тельства вошли глава кадетов Милюков, гла­ва октябристов Гучков и другие видные пред­ставители класса капиталистов, а в качестве представителя «демократии» был введен эсер Керенский.

Вышло так, что эсеро-меньшевистские лидеры Исполкома Совета сдали власть буржуазии, а Совет рабочих и солдатских депутатов, узнав потом об этом, одобрил своим большинством действия эсеро-меньшевистских лидеров, не­смотря на протесты большевиков.

Так образовалась новая государственная власть в России, состоявшая, как говорил Ле­нин, из представителей «буржуазии и обуржуа­зившихся помещиков».

Но рядом с буржуазным правительством существовала другая власть — Совет рабочих и солдатских депутатов. Солдатские депутаты в Совете — это были, главным образом, кресть­яне, мобилизованные на войну. Совет рабочих и солдатских депутатов являлся органом сою­за рабочих и крестьян против царской власти и вместе с тем — органом их власти, органом диктатуры рабочего класса и крестьянства.

Таким образом, получилось своеобразное пе­реплетение двух властей, двух диктатур: дик­татуры буржуазии, в лице Временного прави­тельства, и диктатуры пролетариата и кресть­янства в лице Совета рабочих и солдатских де­путатов. Получилось двоевластие.

Чем объяснить, что в Советах вначале ока­залось большинство меньшевиков и эсеров?

Чем объяснить, что победившие рабочие и крестьяне добровольно отдали власть представителям буржуазии?

Ленин объяснял это тем, что проснулись и потянулись к политике миллионы людей, не искушенных в политике. Это были большей частью мелкие хозяева, крестьяне, рабочие из недавних крестьян, люди, стоявшие посредине между буржуазией и пролетариатом. Россия была тогда наиболее мелкобуржуазной страной из всех больших европейских стран. И в этой стране

«гигантская мелкобуржуазная волна за­хлестнула все, подавила сознательный пролета­риат не только своей численностью, но и идей­но, то-есть заразила, захватила очень широкие круги рабочих мелкобуржуазными взглядами на политику» (Ленин, т. XX, стр. 115).

Эта волна мелкобуржуазной стихии и выне­сла на поверхность мелкобуржуазные партии меньшевиков и эсеров.

Ленин указывал, что другой причиной является изменение состава пролетариата во время войны и недостаточная сознательность и организованность пролетариата в начале рево­люции. Во время войны произошли значитель­ные изменения в составе самого пролетариата. Около 40 процентов кадровых рабочих было мобилизовано в армию. На предприятия в годы войны попало, с целью укрыться от мобилиза­ции, много мелких собственников, кустарей, ла­вочников, чуждых пролетарской психологии.

Эти мелкобуржуазные прослойки рабочих и являлись питательной почвой для мелко­буржуазных политиков — меньшевиков и эсеров.

Вот почему не искушенные в политике широ­кие массы народа, захлестнутые волной мелко­буржуазной стихии и опьяненные первыми успе­хами революции, оказались в первые месяцы ре­волюции в плену у соглашательских партий и согласились уступить буржуазии государственную власть, наивно полагая, что буржуазная власть не будет мешать Советам вести свою работу.

Перед большевистской партией стояла за­дача — терпеливой разъяснительной работой в массах вскрыть империалистический характер Временного правительства, разоблачить преда­тельство эсеров и меньшевиков и показать, что добиться мира невозможно без замены Времен­ного правительства правительством Советов.

И партия большевиков взялась за эту работу со всей энергией.

Она восстанавливает свои легальные органы печати. Уже через пять дней после февральской революции начинает выходить газета «Правда» в Петрограде, а через несколько дней после этого — «Социал-демократ» в Москве. Партия начинает выступать во главе масс, освобождаю­щихся от доверия к либеральной буржуазии, от доверия к меньшевикам и эсерам. Она терпеливо разъясняет солдатам, крестьянам необходимость совместных действий с рабо­чим классом. Она разъясняет им, что крестья­не не получат ни мира, ни земли без дальней­шего развития революции, без замены буржу­азного Временного правительства правитель­ством Советов.

Обстановка в стране после февральской ре­волюция. Выход партии из подполья и переход к открытой политической работе. Приезд Лени­на в Петроград. Апрельские тезисы Ленина. Установка партии на переход к социалистиче­ской революции.

События и поведение Времен­ного правительства с каждым днем подтверж­дали правильность линии большевиков. Они все яснее показывали, что Временное прави­тельство стоит не за народ, а против народа, не за мир, а за войну, что оно не хочет и не может дать ни мира, ни земли, ни хлеба. Разъ­яснительная деятельность большевиков нахо­дила благоприятную почву.

В то время как рабочие и солдаты свергали царское правительство и уничтожали корни монархии, Временное правительство опреде­ленно тяготело к сохранению монархии. Оно послало тайком 2 марта 1917 года Гучкова и Шульгина к царю. Буржуазия хотела пе­редать власть брату Николая Романова — Ми­хаилу. Но когда на митинге железнодорожни­ков Гучков закончил свою речь возгласом «Да здравствует император Михаил», то рабо­чие потребовали немедленного ареста и обыска Гучкова, говоря возмущенно: «Хрен редьки не слаще».

Было ясно, что рабочие не позволят восста­новить монархию.

В то время как рабочие и крестьяне, осуще­ствляя революцию и проливая кровь, ждали прекращения войны, добивались хлеба и земли, требовали решительных мер в борьбе с раз­рухой, Временное правительство оставалось глухим к этим кровным требованиям народа. Это правительство, состоявшее из виднейших представителей капиталистов и помещиков, и не думало удовлетворять требований кре­стьян о передаче им земли. Оно не могло также дать хлеба трудящимся, так как для этого необходимо было задеть интересы крупных хлеботорговцев, надо было всеми мерами взять хлеб у помещиков, у кулаков, чего не решалось делать правительство, так как оно само было связано с интересами этих классов. Не могло оно также дать мира. Связанное с англо-фран­цузскими империалистами, Временное прави­тельство не только не думало о прекращении войны, но, наоборот, пыталось использовать революцию для более активного участия России в империалистической войне, для осуществления своих империалистических замыслов о за­хвате Константинополя и проливов, о захвате Галиции.

Было ясно, что доверчивому отношению народных масс к политике Временного прави­тельства скоро должен наступить конец. Ста­новилось ясным, что двоевластие, сложившееся после февральской революции, не может уже держаться долго, ибо ход событий требовал, чтобы власть была сосредоточена где-нибудь в одном месте: либо в стенах Временного пра­вительства, либо в руках Советов.

Правда, соглашательская политика меньше­виков и эсеров пока еще имела поддержку в народных массах. Было еще не мало рабочих, и еще больше солдат и крестьян, которые вери­ли, что «скоро придет Учредительное собрание и все устроит по-хорошему», которые думали, что война ведется не для захватов, а по не­обходимости, — для защиты государства. Таких людей Ленин называл добросовестно заблу­ждающимися оборонцами. Среди всех этих людей эсеро-меньшевистская политика обеща­ний и уговариваний расценивалась пока еще, как правильная политика. Но было ясно, что обещаний и уговариваний не может хватить надолго, ибо ход событий и поведение Времен­ного правительства с каждым днем вскрыва­ли и показывали, что соглашательская поли­тика эсеров и меньшевиков есть политика про­волочек и обмана доверчивых людей.

Временное правительство не всегда ограни­чивалось политикой скрытой борьбы с рево­люционным движением масс, политикой заку­лисных комбинаций против революции. Оно иногда делало попытки перейти в открытое наступление против демократических свобод, попытки «восстановить дисциплину», особенно среди солдат, попытки «навести порядок», то-есть ввести революцию в нужные для буржу­азии рамки. Но как оно ни старалось в этом направлении, ему это не удавалось, и народные массы с рвением осуществляли демократические свободы — свободу слова, печати, союзов, со­браний, демонстраций. Рабочие и солдаты ста­рались полностью использовать впервые завое­ванные ими демократические права для актив­ного участия в политической жизни страны, что­бы понять и осмыслить создавшееся положение и принять решение — как действовать дальше.

После февральской революции организации большевистской партии, работавшие нелегаль­но в тяжелейших условиях царизма, вышли из подполья и стали развертывать открытую политическую и организационную работу. Чи­сленность членов организаций большевиков в это время была не больше 40—45 тысяч чело­век. Но это были закаленные в борьбе кадры. Комитеты партии были реорганизованы на на­чалах демократического централизма. Была установлена выборность всех партийных ор­ганов снизу доверху.

Переход партии на легальное положение выявил разногласия в партии. Каменев и не­которые работники московской организации, например, Рыков, Бубнов, Ногин стояли на полуменьшевистской позиции условной под­держки Временного правительства и политики оборонцев. Сталин, который только что вер­нулся из ссылки, Молотов и другие, вместе с большинством партии, отстаивали политику недоверия Временному правительству, высту­пали против оборончества и призывали к актив­ной борьбе за мир, к борьбе против империали­стической войны. Часть работников партии колебалась, отражая свою политическую отста­лость в результате долговременного пребыва­ния в тюрьме или ссылке.

Чувствовалось отсутствие вождя партии — Ленина.

3 (16) апреля 1917 года, после долгого из­гнания, вернулся в Россию Ленин. Приезд Ленина имел огромное значение для партии, для революции.

Еще из Швейцарии, получив только первые известия о революции, Ленин писал партии и рабочему классу России в «Письмах из далека»:

«Рабочие! Вы проявили чудеса пролетар­ского, народного героизма в гражданской вой­не против царизма. Вы должны проявить чуде­са пролетарской и общенародной организации, чтобы подготовить свою победу во втором этапе революции» (Ленин, т. XX, стр. 19).

В Петроград Ленин приехал 3 апреля ночью. На Финляндском вокзале и на площади перед вокзалом встречать Ленина собрались тыся­чи рабочих, солдат и матросов. Неописуемый восторг охватил массы, когда Ленин вышел из вагона. Они подхватили Ленина на руки и так внесли своего вождя в большой зал вокзала, где меньшевики Чхеидзе и Скобелев стали было произносить от имени Петроградского Совета «приветственные» речи, в которых они «выражали надежду», что Ленин найдет с ними «общий язык». Но Ленин не стал их слушать, прошел мимо них к массе рабочих и солдат и с броневика произнес свою знаменитую речь, в которой призывал массы к борьбе за победу социалистической революции. «Да здравствует социалистическая революция!» — так закончил Ленин эту свою первую после долгих лет из­гнания речь.

По приезде в Россию Ленин со всей энергией отдался революционной работе. На другой день после приезда Ленин выступил с докла­дом о войне и революции на собрании боль­шевиков, а затем повторил тезисы своего доклада на собрании, где кроме большевиков присутствовали также меньшевики. Это были знаменитые Апрельские тезисы Ленина, дав­шие партии и пролетариату ясную револю­ционную линию перехода от буржуазной ре­волюции к социалистической.

Тезисы Ленина имели огромное значение для революции, для дальнейшей работы партии. Революция означала величайший перелом в жизни страны, и партия в новых условиях борьбы, после свержения царизма, нуждалась в новой ориентировке, чтобы смело и уверенно пойти по новой дороге. Эту ориентировку да­вали партии тезисы Ленина.

Апрельские тезисы Ленина давали гениаль­ный план борьбы партии за переход от буржуаз­но-демократической революции к революции социалистической, за переход от первого этапа революции ко второму этапу — к этапу социа­листической революции. Всей своей предше­ствующей историей партия была подготовлена к этой великой задаче. Еще в 1905 году Ленин говорил в своей брошюре «Две тактики социал-демократии в демократической револю­ции», что после свержения царизма пролета­риат перейдет к осуществлению социалистиче­ской революции. Новое в тезисах состояло в том, что они давали теоретически обоснованный, конкретный план приступа к переходу к со­циалистической революции.

В области экономической переходные меры сводились: к национализации всех земель в стране при конфискации помещичьих земель, к слиянию всех банков в один национальный банк и введению контроля над ним со стороны Совета рабочих депутатов, к введению конт­роля над общественным производством и рас­пределением продуктов.

В области политической Ленин предлагал переход от парламентарной республики к республике Советов. Это был серьезный шаг вперед в области теории и практики марксизма. До сих пор марксистские теоретики считали парламентарную республику лучшей полити­ческой формой перехода к социализму. Теперь Ленин предлагал заменить парламентарную республику республикой Советов, как наиболее целесообразной формой политической органи­зации общества в переходный период от капи­тализма к социализму.

«Своеобразие текущего момента в России, говорилось в тезисах, состоит в переходе от первого этапа революции, давшего власть бур­жуазии в силу недостаточной сознательности и организованности пролетариата, — ко вто­рому ее этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев кресть­янства» (там же, стр. 88).

И дальше:

«Не пар­ламентарная республика, — возвращение к ней от Советов рабочих депутатов было бы шагом назад, — а республика Советов рабочих, батрац­ких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху» (там же, стр. 88).

Война, говорил Ленин, и при новом, Вре­менном правительстве остается грабительской, империалистической войной. Задача партии состоит в том, чтобы разъяснить это массам и показать им, что кончить войну не насиль­ническим, а истинно демократическим миром нельзя без свержения буржуазии.

По отношению к Временному правительству Ленин выдвинул лозунг: «Никакой поддержки Временному правительству!».

Ленин указывал, далее, в тезисах, что наша партия пока что находится в Советах в мень­шинстве, что там господствует блок меньшеви­ков и эсеров, проводящий буржуазное влияние на пролетариат. Поэтому задачу партии соста­вляло:

«Разъяснение массам, что Совет рабо­чих депутатов есть единственно воз­можная форма революционного правитель­ства и что поэтому нашей задачей, пока это правительство поддается влиянию буржуазии, может явиться лишь терпеливое, систематиче­ское, настойчивое, приспособляющееся осо­бенно к практическим потребностям масс, разъяснение ошибок их тактики. Пока мы в меньшинстве, мы ведем работу критики и выяснения ошибок, проповедуя в то же время необходимость перехода всей государствен­ной власти к Советам рабочих депутатов...» (там же, стр. 88).

Это означало, что Ленин не призывал к восста­нию против Временного правительства, поль­зовавшегося в данный момент доверием Советов, не требовал его свержения, а добивался того, чтобы путем разъяснительной и вербовочной работы завоевать большинство в Советах, из­менить политику Советов, а через Советы — изме­нить состав и политику правительства.

Это была установка на мирное развитие революции.

Ленин требовал, далее, сбросить «грязное белье» — отказаться от названия партии социал-демократической. Социал-демократами назы­вали себя и партии II Интернационала, и рус­ские меньшевики. Это название было загрязне­но, опозорено оппортунистами, изменниками социализма. Ленин предложил назвать большевистскую партию коммунистической партией, как называли свою партию Маркс и Энгельс. Такое название является научно правильным, потому что конечной целью боль­шевистской партии является достижение коммунизма. От капитализма человечество может перейти непосредственно только к социализ­му, то-есть общему владению средствами про­изводства и распределению продуктов по мере работы каждого. Ленин говорил, что наша партия смотрит дальше. Социализм неизбежно должен постепенно перерасти в коммунизм, на знамени которого написано: «От каждого —  по его способностям, каждому — по его потреб­ностям».

Наконец, Ленин требовал в своих тезисах создания нового Интернационала, создания III, Коммунистического Интернационала, свобод­ного от оппортунизма, от социал-шовинизма.

Тезисы Ленина вызвали яростный вой среди буржуазии, меньшевиков, эсеров.

Меньшевики обратились к рабочим с воззва­нием, которое начиналось предостережением, что «революция в опасности». Опасность, по мнению меньшевиков, была в том, что больше­вики выдвинули требование перехода власти к Советам рабочих и солдатских депутатов.

Плеханов в своей газете «Единство» поме­стил статью, в которой назвал речь Ленина «бредовой речью». Плеханов ссылал­ся на слова меньшевика Чхеидзе, который за­явил: «Вне революции останется один Ленин, а мы пойдем своим путем».

14 апреля состоялась Петроградская общего­родская конференция большевиков. Она одоб­рила тезисы Ленина и положила их в основу своей работы. Спустя некоторое время мест­ные организации партии также одобрили те­зисы Ленина.

Вся партия, за исключением нескольких одиночек типа Каменева, Рыкова, Пятакова, приняла тезисы Ленина с огромным удовле­творением.

Начало кризиса Временного правительства. Апрельская конференция большевистской пар­тии.

В то время как большевики готовились к дальнейшему развертыванию революции, Вре­менное правительство продолжало творить свое противонародное дело. 18 апреля министр ино­странных дел Временного правительства Милю­ков заявил союзникам о «всенародном стрем­лении довести мировую войну до решительной победы и намерении Временного правительства вполне соблюдать обязательства, принятые по отношению к нашим союзникам».

Таким образом, Временное правительство клялось в верности царским договорам и обе­щало пролить еще столько народной крови, сколько потребуется империалистам для до­стижения «победного конца».

19 апреля это заявление («нота Милюкова») стало известно рабочим и солдатам. 20 апре­ля Центральный Комитет партии большеви­ков призвал массы к протесту против импе­риалистической политики Временного пра­вительства. 20—21 апреля (3—4 мая) 1917 года рабочие и солдатские массы в количестве не менее 100 тысяч человек, охваченные чувством возмущения против «ноты Милюкова», вышли на демонстрацию. На знаменах пестрели ло­зунги: «Опубликовать тайные договоры!», «До­лой войну!», «Вся власть Советам!». Рабочие и солдаты шли с окраин к центру, к месту на­хождения Временного правительства. На Нев­ском и в других местах произошли столкнове­ния с отдельными группами буржуазии. Наи­более откровенные контрреволюционеры, как генерал Корнилов, призывали к расстрелу де­монстрантов и даже отдали соответствующие приказы. Однако воинские части, получив такие приказы, отказались их исполнить.

Небольшая группа членов Петроградского комитета партии (Багдатьев и другие) выста­вила во время демонстрации лозунг немедлен­ного свержения Временного правительства. ЦК партии большевиков резко осудил поведение этих «левых» авантюристов, считая такой ло­зунг несвоевременным и неправильным, мешаю­щим партии завоевать большинство Советов на свою сторону и противоречащим установке партии на мирное развитие революции.

События 20—21 апреля означали начало кризиса Временного правительства. Это была первая серьезная трещина в соглашательской политике меньшевиков и эсеров. 2 мая 1917 года под давлением масс из состава Временного пра­вительства были выведены Милюков и Гучков.

Образовалось первое коалиционное Временное правительство, в состав которо­го наряду с представителями буржуазии во­шли меньшевики (Скобелев, Церетели) и эсеры (Чернов, Керенский и др.). Таким образом, меньшевики, отрицавшие в 1905 г. допустимость участия представителей социал-демократии во Временном революционном правитель­стве, нашли теперь допустимым участие своих представителей во Временном контррево­люционном правительстве. Это был пере­ход меньшевиков и эсеров в лагерь контрре­волюционной буржуазии.

24 апреля 1917 года открылась VII (Апрель­ская) конференция большевиков. Впервые за время существования партии открыто собра­лась конференция большевиков, которая по своему значению занимает в истории партии такое же место, как съезд партии. Всероссий­ская апрельская конференция показала бур­ный рост партии. На конференции присут­ствовало 133 делегата с решающим и 18 с сове­щательным голосом. Они представляли 80 ты­сяч организованных членов партии. Конфе­ренция обсудила и выработала линию партии по всем основным вопросам войны и револю­ции: о текущем моменте, о войне, о Временном правительстве, о Советах, об аграрном вопросе, о национальном вопросе и т. д.

В своем докладе Ленин развивал положе­ния, уже высказанные им раньше в Апрель­ских тезисах. Задача партии состояла в том, чтобы осуществить переход от первого этапа революции, «давшего власть буржуазии... ко второму ее этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства» (Ленин). Партия должна взять курс на подготовку социалистической револю­ции. В качестве ближайшей задачи партии Ленин выдвинул лозунг: «Вся власть Советам!».

Лозунг «Вся власть Советам» означал, что необходимо покончить с двоевластием, то-есть с разделением власти между Временным прави­тельством и Советами, что нужно передать всю власть Советам, а представителей помещиков и капиталистов — изгнать из органов власти.

Конференция установила, что одной из важ­нейших задач партии является неустанное разъяснение массам той истины, что «Времен­ное правительство по своему характеру яв­ляется органом господства помещиков и бур­жуазии», равно как разоблачение пагубности соглашательской политики эсеров и меньше­виков, обманывающих народ лживыми обеща­ниями и подводящих его под удар империали­стической войны и контрреволюции.

На конференции против Ленина выступили Каменев и Рыков. Они вслед за меньшевиками повторили, что Россия не созрела для социали­стической революции, что в России возможна только буржуазная республика. Они предла­гали партии и рабочему классу ограничиться тем, чтобы «контролировать» Временное прави­тельство. По существу они, так же как и мень­шевики, стояли на позиции сохранения ка­питализма, сохранения власти буржуазии.

Зиновьев также выступил на конференции против Ленина по вопросу о том, оставаться ли большевистской партии в Циммервальдском объединении или порвать с этим объединением и создать новый Интернационал. Как показали годы войны, это объединение, ведя пропаганду за мир, все же фактически не порывало с бур­жуазными оборонцами. Поэтому Ленин настаи­вал на немедленном выходе из этого объедине­ния и организации нового, Коммунистического Интернационала. Зиновьев предложил остать­ся с циммервальдцами. Ленин решительно осу­дил это выступление Зиновьева, назвав его так­тику «архиоппортунистической и вредной».

Апрельская конференция обсудила также аграрный и национальный вопросы.

По докладу Ленина об аграрном вопросе конференция приняла решение о конфискации помещичьих земель с передачей их в распоряже­ние крестьянских комитетов и о национализа­ции всех земель в стране. Большевики звали крестьянство на борьбу за землю и доказывали крестьянским массам, что партия большевиков является единственной революционной пар­тией, помогающей на деле крестьянам сверг­нуть помещиков.

Большое значение имел доклад тов. Сталина по национальному вопросу. Ленин и Сталин еще до революции, накануне империалистиче­ской войны, разработали основы политики партии большевиков по национальному вопро­су. Ленин и Сталин говорили, что пролетар­ская партия должна поддерживать националь­но-освободительное движение угнетенных на­родов, направленное против империализма. В связи с этим большевистская партия отстаи­вала право наций на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельных государств. Эту точку зрения защищал на кон­ференции докладчик ЦК тов. Сталин.

Против Ленина и Сталина выступал Пята­ков, который вместе с Бухариным еще в годы войны занимал в национальном вопросе национал-шовинистическую позицию. Пятаков и Бухарин были против права наций на само­определение.

Решительная и последовательная позиция партии в национальном вопросе, борьба пар­тии за полное равноправие наций и за уни­чтожение всех форм национального гнета и национального неравноправия обеспечили ей симпатии и поддержку угнетенных нацио­нальностей. Вот текст резолюции по нацио­нальному вопросу, принятый Апрельской кон­ференцией:

«Политика национального угнетения, бу­дучи наследием самодержавия и монархии, поддерживается помещиками, капиталистами и мелкой буржуазией в интересах охраны их классовых привилегий и разъединения рабо­чих разных народностей. Современный импе­риализм, усиливая стремления к подчинению слабых народов, является новым фактором обострения национального гнета.

Поскольку достижимо в капиталистическом обществе устранение национального гнета, это возможно лишь при последовательно-демокра­тическом республиканском устройстве и упра­влении государства, обеспечивающем полное равноправие всех наций и языков.

За всеми нациями, входящими в состав России, должно быть признано право на сво­бодное отделение и на образование самостоя­тельного государства. Отрицание такого пра­ва и непринятие мер, гарантирующих его практическую осуществимость, равносильно поддержке политики захватов или аннексий. Лишь признание пролетариатом права на­ций на отделение обеспечивает полную соли­дарность рабочих разных наций и способ­ствует действительно демократическому сбли­жению наций...

Вопрос о праве наций на свободное отделе­ние непозволительно смешивать с вопросом о целесообразности отделения той или другой нации в тот или иной момент. Этот последний вопрос партия пролетариата должна решать в каждом отдельном случае совершенно само­стоятельно, с точки зрения интересов всего общественного развития и интересов классовой борьбы пролетариата за социализм.

Партия требует широкой областной автоно­мии, отмены надзора сверху, отмены обяза­тельного государственного языка и определе­ния границ самоуправляющихся и автономных областей на основании учета самим местным населением хозяйственных и бытовых условий, национального состава населения и т. д.

Партия пролетариата решительно отвергает так называемую „культурно-национальную ав­тономию", т.-е. изъятие из ведения государ­ства школьного дела и т. п. и передачу его в руки своего рода национальных сеймов. Ра­бочих, живущих в единой местности и даже работающих в одних и тех же предприятиях, культурно-национальная автономия искус­ственно размежевывает по принадлежности к той или иной „национальной культуре", т.-е. усиливает связь рабочих с буржуазной куль­турой отдельных наций, между тем как зада­ча социал-демократии состоит в усилении ин­тернациональной культуры всемирного про­летариата.

Партия требует включения в конституцию основного закона, объявляющего недействи­тельными какие бы то ни было привилегии од­ной из наций, какие бы то ни было нарушения прав национальных меньшинств.

Интересы рабочего класса требуют слияния рабочих всех национальностей России в еди­ных пролетарских организациях, политиче­ских, профессиональных, кооперативно - про­светительных и т. д. Только такое слия­ние в единых организациях рабочих различ­ных национальностей даст возможность про­летариату вести победоносную борьбу с меж­дународным капиталом и с буржуазным на­ционализмом» [ВКП(б) в резолюциях, часть I, стр. 239 — 240].

Таким образом, на Апрельской конферен­ции была разоблачена оппортунистическая, антиленинская линия Каменева, Зиновьева, Пятакова, Бухарина, Рыкова и их немного­численных единомышленников. Конференция единодушно пошла за Лениным, заняв чет­кую позицию по всем важнейшим вопросам и ведя линию на победу социалистической революции.

Продолжение

[1] Ниже мы печатаем следующие извлечения из Кратко­го курса истории Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков), под редакцией Комиссии ЦК ВКП(б): 1) из главы VI раздел 5, стр. 168—173; 2) из главы VII разделы 1—8, стр. 174—214.