Неизбежность социализма

Данная статья была опубликована на сайте журнала Lalkar, издаваемого Коммунистической Партией Великобритании (марксистско-ленинской), лидер — Харпал-Брар. Статья не лишена недостатков и ошибочных утверждений (см. замечания РП в конце текста), но редакция «Рабочего Пути» полагает, что она будет полезна нашим читателям.

Неизбежность социализма

Научно-философская основа анализа

Что позволяет нам быть уверенными в неизбежности социализма (при условии, что развитие человеческого общества не будет внезапно остановлено какой-либо катастрофой, которая приведет его к преждевременному концу)?

Это наука, на которой базируется марксизм-ленинизм, т.е. диалектический и исторический материализм. Человечеству, вооруженному этим философским мировоззрением, впервые удалось понять законы развития человеческого общества.

Каковы же принципы этой научной философии, позволяющей человечеству понять свое собственное развитие, как если бы оно наблюдало за собой со стороны?

Суть объяснил Мао Дзедун в своем эссе «О противоречии» (написано 1937 г. — прим. переводчика): «В противоположность метафизическому воззрению на мир диалектико-материалистическое мировоззрение требует, чтобы при изучении развития вещей и явлений мы исходили из их внутреннего содержания, из той связи, в которой находится одна вещь с другими, то есть рассматривали развитие вещей и явлений как их внутреннее, необходимое самодвижение, причем каждая вещь (явление) в своём движении взаимосвязана и взаимодействует с другими, окружающими её вещами или явлениями. Коренная причина развития вещей находится не вне, а внутри вещей, в противоречивой природе, внутренне присущей самим вещам. Любой вещи и явлению внутренне присущи противоречия. Они-то и порождают движение и развитие вещей. Противоречия, внутренне присущие вещам и явлениям, служат коренной причиной их развития, тогда как взаимная связь и взаимодействие одной вещи или явления с другими вещами или явлениями представляют собой причины второго порядка.»

В число «любых вещей» входит и человеческое общество.

Что же тогда является главным противоречием, двигающим общество вперед? Маркс и Энгельс открыли, что это противоречие между производительными силами и производственными отношениями; другими словами, потребность общества перестраиваться всякий раз, когда усложнение производительных сил достигает такой высокой стадии, что они не могут быть эффективно использованы без реорганизации.

По марксизму «материалистическое понимание истории исходит из того положения, что производство, а вслед за производством обмен его продуктов, составляет основу всякого общественного строя; что в каждом выступающем в истории обществе распределение продуктов, а вместе с ним и разделение общества на классы или сословия, определяется тем, что и как производится, и как эти продукты производства обмениваются. Таким образом, конечных причин всех общественных изменений и политических переворотов надо искать не в головах людей, не в возрастающем понимании ими вечной истины и справедливости, а в изменениях способа производства и обмена; их надо искать не в философии, а в экономике соответствующей эпохи. Пробуждающееся понимание того, что существующие общественные установления неразумны и несправедливы …является лишь симптомом того, что в методах производства и в формах обмена незаметнопроизошли такие изменения, которым уже не соответствует общественный строй, скроенный по старым экономическим условиям. Отсюда вытекает также и то, что средства для устранения обнаруженных зол должны быть тоже налицо — в более или менее развитом виде — в самих изменившихся производственных отношениях. Надо не изобретать эти средства из головы, а открывать их при помощи головы в наличных материальных фактах производства». (Ф. Энгельс. Анти-Дюринг. Отдел III»Социализм», раздел II «Очерк теории» //Маркс К.,Энгельс Ф. Сочинения, 2-е издание, Т. 20, С.278)

Историческое доказательство правильности диалектического и исторического материализма

Марксистская философия полностью объясняет, как люди развивались на протяжении тысячелетий из обезьян, которые жили родственными группами и пользовались только тем, что предлагала природа, или почти полностью беспомощны перед природными явлениями, в людей сегодняшнего дня —  организованных в государства, имеющих возможность в значительной степени удовлетворять свои потребности в пище, с высоким уровнем понимания законов природы, которые позволяют им создавать чудесные с точки зрения технологии изделия, соединяющие нас, как созданные в Пекине телефоны, компьютеры, самолеты, высотные здания, и т.д., и т.п.

Только в диалектическом процессе могли произойти такие изменения.  Это очень хорошо резюмировал Сталин в работе «О диалектическом и историческом материализме (1938 г. — прим. переводчика):

«В соответствии с изменением и развитием производительных сил общества на протяжении истории изменялись и развивались производственные отношения людей, их экономические отношения.

Истории известны пять основных типов производственных отношений: первобытно-общинный, рабовладельческий, феодальный, капиталистический, социалистический.

При первобытно-общинном строе основой производственных отношений является общественная собственность на средства производства. Это в основном соответствует характеру производительных сил в этот период. Каменные орудия и появившиеся потом лук и стрелы исключали возможность борьбы с силами природы и хищными животными в одиночку. Чтобы собрать плоды в лесу, наловить рыбу в воде, построить какое-либо жилище, люди вынуждены работать сообща, если они не хотят стать жертвой голодной смерти, хищных животных или соседних обществ. Общий труд ведет к общей собственности на средства производства, равно как на продукты производства. Здесь не имеют еще понятия о частной собственности на средства производства, если не считать личной собственности на некоторые орудия производства, являющиеся вместе с тем орудиями защиты от хищных зверей. Здесь нет эксплуатации, нет классов.

При рабовладельческом строе основой производственных отношений является собственность рабовладельца на средства производства, а также на работника производства – раба, которого может рабовладелец продать, купить, убить, как скотину. Такие производственные отношения в основном соответствуют состоянию производительных сил в этот период. Вместо каменных орудий теперь люди имели в своем распоряжении металлические орудия, вместо нищенского и примитивного охотничьего хозяйства, не знавшего ни скотоводства, ни земледелия, появились скотоводство, земледелие, ремесла, разделение труда между этими отраслями производства, появилась возможность обмена продуктов между отдельными лицами и обществами, возможность накопления богатства в руках немногих, действительное накопление средств производства в руках меньшинства, возможность подчинения большинства меньшинством и превращения членов большинства в рабов. Здесь нет уже общего и свободного труда всех членов общества в процессе производства, – здесь господствует принудительный труд рабов, эксплуатируемых нетрудящимися рабовладельцами. Нет поэтому и общей собственности на средства производства, равно как на продукты производства. Ее заменяет частная собственность. Здесь рабовладелец является первым и основным полноценным собственником.

Богатые и бедные, эксплуататоры и эксплуатируемые, полноправные и бесправные, жестокая классовая борьба между ними – такова картина рабовладельческого строя.

При феодальном основой производственных отношений является собственность феодала на средства производства и неполная собственность на работника производства – крепостного, которого феодал уже не может убить, но которого он может продать, купить. Наряду с феодальной собственностью существует единоличная собственность крестьянина и ремесленника на орудия производства и на свое частное хозяйство, основанная на личном труде. Такие производственные отношения в основном соответствуют состоянию производительные сил в этот период. Дальнейшее улучшение плавки и обработки железа; распространение железного плуга и ткацкого станка; дальнейшее развитие земледелия, огородничества, виноделия, маслоделия; появление наряду с ремесленными мастерскими мануфактурных предприятий – таковы характерные черты состояния производительных сил.

Новые производительные силы требуют, чтобы у работника была какая-нибудь инициатива в производстве и наклонность к труду, заинтересованность в труде. Поэтому феодал покидает раба как не заинтересованного в труде и совершенно неинициативного работника и предпочитает иметь дело с крепостным, у которого есть свое хозяйство, свои орудия производства и который имеет некоторую заинтересованность в труде, необходимую для того, чтобы обрабатывать землю и выплачивать феодалу натурой из своего урожая.

Частная собственность получает здесь дальнейшее развитие. Эксплуатация почти такая же жестокая, как при рабстве, – она только несколько смягчена. Классовая борьба между эксплуататорами и эксплуатируемыми составляет основную черту феодального строя.

При капиталистическом строе основой производственных отношений является капиталистическая собственность на средства производства при отсутствии собственности на работников производства – наемных рабочих, которых капиталист не может ни убить, ни продать, ибо они свободны от личной зависимости, но  которые лишены средств производства и, чтобы не умереть с голоду, вынуждены продавать свою рабочую силу капиталисту и нести на шее ярмо эксплуатации. Наряду с капиталистической собственностью на средства производства существует и имеет на первое время широкое распространение частная собственность освобожденных от крепостной зависимости крестьянина и ремесленника на средства производства, основанная на личном труде. Вместо ремесленных мастерских и мануфактурных предприятий появились громадные фабрики и заводы, вооруженные машинами. Вместо дворянских поместий, обрабатываемых примитивными крестьянскими орудиями производства, появились крупные капиталистические экономии, ведущиеся на основе агротехники и снабженные сельскохозяйственными машинами.

Новые производительные силы требуют, чтобы работники производства были более культурными и понятливыми, чем забитые и темные крепостные, способными понять машину и правильно обращаться с ней. Поэтому капиталисты предпочитают иметь дело со свободными от крепостных уз наемными рабочими, достаточно культурными для того, чтобы правильно обращаться с машинами.

Но, развив до колоссальных размеров производительные силы, капитализм запутался в неразрешимых для него противоречиях. Производя все больше и больше товаров и снижая цены на товары, капитализм обостряет конкуренцию, разоряет массу мелких и средних частных собственников, обращает их в пролетариев и понижает их покупательную способность, ввиду чего сбыт произведенных товаров становится невозможным. Расширяя же производство и собирая на громадных фабриках и заводах миллионы рабочих, капитализм придает процессу производства общественный характер и подрывает тем самым свою собственную базу, так как общественный характер процесса производства требует общественной собственности на средства производства, между тем как собственность на средства производства остается частнокапиталистической, несовместимой с общественным характером процесса производства.

Эти непримиримые противоречия между характером производительных сил и производственными отношениями дают знать о себе в периодических кризисах перепроизводства, когда капиталисты, не находя платежеспособного спроса ввиду ими же учиненного разорения массы населения, вынуждены сжигать  продукты, уничтожать готовые товары, приостанавливать производство, разрушать производительные силы, когда миллионы населения вынуждены терпеть безработицу и голод не из-за того, что товаров не хватает, а из-за того, что товаров произведено слишком много.

Это значит, что капиталистические производственные отношения перестали соответствовать состоянию производительных сил общества и стали в непримиримое противоречие с ними.» (Сталин И.В. О диаликтическом и историческом материализме. //Сталин И.В.Сочинения. М.: Писатель, 1997, Т.14. С. 274-276)

Никто не объяснил этого процесса так прекрасно, как Маркс в первом томе «Капитала».

«Частная собственность, как противоположность общественной, коллективной собственности, существует лишь там, где средства труда и внешние условия труда принадлежат частным лицам. Но в зависимости от того, являются ли эти частные липа работниками или неработниками, изменяется характер самой частной собственности. Бесконечные оттенки частной собственности, которые открываются нашему взору, отражают лишь промежуточные состояния, лежащие между обеими этими крайностями.

Частная собственность работника на его средства производства есть основа мелкого производства, а мелкое производство составляет необходимое условие для развития общественного производства и свободной индивидуальности самого работника. Правда, этот способ производства встречается и при рабовладельческом, и при крепостном строе, и при других формах личной зависимости. Однако он достигает расцвета, проявляет всю свою энергию,приобретает адекватную классическую форму лишь там, где работник является свободным частным собственником своих, им самим применяемых условий труда, где крестьянин обладает полем, которое он возделывает, ремесленник — инструментами, которыми он владеет как виртуоз.

Этот способ производства предполагает раздробление земли и остальных средств производства. Он исключает как концентрацию этих последних, так и кооперацию, разделение труда внутри одного и того же производственного процесса, общественное господство над природой и общественное регулирование ее, свободное развитие общественных производительных сил. Он совместим лишь с узкими первоначальными границами производства и общества. Стремление увековечить его равносильно, по справедливому замечанию Пеккёра,стремлению «декретировать всеобщую посредственность». Но на известном уровне развития он сам создает материальные средства для своего уничтожения. С этого момента в недрах общества начинают шевелиться силы и страсти, которые чувствуют себя скованными этим способом производства. Последний должен быть уничтожен, и он уничтожается. Уничтожение его, превращение индивидуальных и раздробленных средств производства в общественно концентрированные, следовательно, превращение карликовой собственности многихв гигантскую собственность немногих, экспроприация у широких народных масс земли, жизненных средств, орудий труда, — эта ужасная и тяжелая экспроприация народной массы образует пролог истории капитала. Она включает в себя целый ряд насильственных методов, из которых мы рассмотрели выше лишь эпохальные методы, как методы первоначального накопления. Экспроприация непосредственных производителей совершается с самым беспощадным вандализмом и под давлением самых подлых, самых грязных, самых мелочных и самых бешеных страстей. Частная собственность, добытая трудом собственника, основанная, так сказать, на срастании отдельного независимого работника с его орудиями и средствами труда, вытесняется капиталистической частной собственностью, которая покоится на эксплуатации чужой, но формально свободной рабочей силы.

Когда этот процесс превращения достаточно разложил старое общество вглубь и вширь, когда работники уже превращены в пролетариев, а условия их труда — в капитал, когда капиталистический способ производства становится на собственные ноги, тогда дальнейшее обобществление труда, дальнейшее превращение земли и других средств производства в общественно эксплуатируемые и, следовательно, общие средства производства и связанная с этим дальнейшая экспроприация частных собственников приобретает новую форму. Теперь экспроприации подлежит уже не работник, сам ведущий самостоятельное хозяйство, а капиталист, эксплуатирующий многих рабочих.

Эта экспроприация совершается игрой имманентных законов самого капиталистического производства, путем централизации капиталов. Один капиталист побивает многих капиталистов. Рука об руку с этой централизацией, или экспроприацией многих капиталистов немногими, развивается кооперативная форма процесса труда в постоянно растущих размерах, развивается сознательное техническое применение науки, планомерная эксплуатация земли,превращение средств труда в такие средства труда, которые допускают лишь коллективное употребление, экономия всех средств производства путем применения их как средств производства комбинированного общественного труда, втягивание всех народов в сеть мирового рынка, а вместе с тем интернациональный характер капиталистического режима. Вместе спостоянно уменьшающимся числом магнатов капитала, которые узурпируют и монополизируют все выгоды этого процесса превращения, возрастает масса нищеты, угнетения, рабства,вырождения, эксплуатации, но вместе с тем растет и возмущение рабочего класса, который постоянно увеличивается по своей численности, который обучается, объединяется и организуется механизмом самого процесса капиталистического производства. Монополия капитала становится оковами того способа производства, который вырос при ней и под ней. Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют». (Маркс.К. Капитал. книга 1//Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, 2-е издание, Т.23, С.770-773)

Доживает ли капитализм свои последние дни?

Люди, комфортно живущие при капитализме, не чувствуют необходимости его замены, но уже более века очевидно, что капиталистическая система производства опасно устарела и находится в упадке.

Энгельс так охарактеризовал экономический цикл, являющийся необходимой частью капитализма, который только усугубляется с каждой попыткой буржуазных экономических гуру принять меры, которые должны, по их мнению,  положить этому конец:

«…начиная с 1825 г., когда разразился первый общий кризис, весь промышленный и торговый мир, производство и обмен всех цивилизованных народов вместе с их более или менее варварскими придатками приблизительно раз в десять лет сходят с рельсов. В торговле наступает застой, рынки переполняются массой не находящих сбыта продуктов, наличные деньги исчезают из обращения, кредит прекращается, фабрики останавливаются, рабочие лишаются жизненных средств, ибо они произвели эти средства в слишком большом количестве; банкротства следуют за банкротствами, аукционы сменяются аукционами. Застой длится годами, массы производительных сил и продуктов расточаются и уничтожаются, пока накопившиеся массы товаров по более или менее сниженным ценам не разойдутся, наконец, и не возобновится постепенно движение производства и обмена. Мало-по-малу движение это ускоряется, шаг сменяется рысью, промышленная рысь переходит в галоп, уступающий свое место бешеному карьеру, настоящей скачке с препятствиями, охватывающей промышленность, торговлю, кредит и спекуляцию, чтобы в конце концов после самых отчаянных скачков снова свалиться в бездну краха. И так постоянно сызнова.

В кризисах с неудержимой силой прорывается наружу противоречие между общественным производством и капиталистическим присвоением. Обращение товаров на время прекращается; средство обращения — деньги — становится тормозом обращения; все законы производства и обращения товаров действуют навыворот. Экономическая коллизия достигает своей высшей точки: способ производства восстает против способа обмена, производительные силы восстают против способа производства, который они переросли.

Тот факт, что общественная организация производства внутри фабрик достигла такой степени развития, что стала несовместимой с существующей рядом с ней и над ней анархией производства в обществе, — этот факт становится осязательным для самих капиталистов благодаря насильственной концентрации капиталов, совершающейся во время кризисов посредством разорения многих крупных и еще большего числа мелких капиталистов. Весь механизм капиталистического способа производства отказывается служить под тяжестью им же самим созданных производительных сил. Он не может уже превращать в капитал всю массу средств производства; они остаются без употребления, а потому вынуждена бездействовать и промышленная резервная армия. Средства производства, жизненные средства, рабочие, находящиеся в распоряжении капитала, — все элементы производства и общего благосостояния имеются в изобилии. Но «изобилие становится источником нужды и лишений» (Фурье), потому что именно оно-то и препятствует превращению средств производства и жизненных средств в капитал. Ибо в капиталистическом обществе средства производства не могут вступать в действие иначе, как превратившись сначала в капитал, в средство эксплуатации человеческой рабочей силы. Как призрак, стоит между рабочими, с одной стороны, и средствами производства и жизненными средствами, с другой, необходимость превращения этих средств в капитал. Она одна препятствует соединению вещественных и личных рычагов производства; она одна мешает средствам производства действовать, а рабочим — трудиться и жить. Следовательно, с одной стороны, капиталистический способ производства изобличается в своей собственной неспособности к дальнейшему управлению производительными силами. С другой стороны, сами производительные силы с возрастающей мощью стремятся к уничтожению этого противоречия, к освобождению себя от всего того, что свойственно им в качестве капитала, к фактическому признанию их характера как общественных производительных сил.

Огромная способность крупной промышленности к расширению, перед которой расширяемость газов оказывается настоящей детской забавой, проявляется теперь в виде потребности расширять эту промышленность и качественно, и количественно, — потребности, не считающейся ни с каким противодействием. Это противодействие образуется потреблением, сбытом, рынками для продуктов крупной промышленности. Способность же рынков как к экстенсивному, так и к интенсивному расширению определяется совсем иными законами, действующими с гораздо меньшей энергией. Расширение рынков не может поспевать за расширением производства. Коллизия становится неизбежной, и так как она не в состоянии разрешить конфликт до тех пор, пока не взорвет самый капиталистический способ производства, то она становится периодической. Капиталистическое производство порождает новый «порочный круг».» (Ф. Энгельс. Анти-Дюринг.Отдел III»Социализм», раздел II «Очерк теории» //Маркс К.,Энгельс Ф. Сочинения, 2-е издание, Т. 20, С.287-288)

Помимо страданий масс людей на протяжении долгих лет спада экономического цикла, капитализм навязывает человечеству три больших угрозы, которые требуют принятия мер со стороны человечества, чтобы положить конец несоответствию между формой собственности на средства производства и производительными силами. Эти три великие угрозы такие:

  • То, что, хотя мир теперь способен производить достаточно для удовлетворения основных потребностей всех его жителей, более половины населения земного шара страдает от голода, не говоря уже об отсутствии медицинской помощи, культурной отсталости, в том числе недостатка образования.
  • То, что человечество оказывается втянутым в постоянные войны, вызванные отчаянными попытками находящихся в упадке империалистических держав спастись, обеспечивая свое господство над рынками сбыта и источниками сырья как за счет своих империалистических соперников, так и за счет народов угнетенных стран, которые требуют суверенитета и независимости.
  • То, что экологический ущерб, нанесенный планете гибнущим капиталистическим предпринимательством, вынуждает принимать необходимые меры для защиты экологии, и, следовательно, будущего человечества, даже при угрозе снижения рентабельности.

Кроме того, рабочая сила миллионов потенциальных работников тратится впустую в результате безработицы, неполной занятости, занятости в паразитарных ролях на службе буржуазии, а также от недостатка образования и отсутствия возможности для получения более высокой квалификации.

Сочетание потери этих ресурсов с разрушениями, вызванными войной, должны, безусловно, являться окончательным доказательством, что капитализм изжил себя  и теперь представляет собой отвратительную опасность для будущего человечества.

Только социализм может заменить капитализм.

Что должно произойти после капитализма —  это, следовательно, обобществление средств производства, в соответствии с производительными силами. Это позволит заменить анархию производства, неизбежно господствующую при капитализме, на рациональное планирование и распределение ресурсов для обеспечения потребностей всех людей с применением все меньших человеческих усилий.

Маркс в «Капитале» противопоставляет анархию производства при капитализме ситуации, когда капиталистическое рабство заработной платы закончилось. «…представим себе …союз свободных людей, работающих общими средствами производства и планомерно расходующих свои индивидуальные рабочие силы как одну общественную рабочую силу. Все определения робинзоновского труда повторяются здесь, но в общественном, а не в индивидуальном масштабе. Все продукты труда Робинзона были исключительно его личным продуктом и, следовательно, непосредственно предметами потребления для него самого. Весь продукт труда союза свободных людей представляет собой общественный продукт. Часть этого продукта служит снова в качестве средств производства. Она остается общественной. Но другая часть потребляется в качестве жизненных средств членами союза. Поэтому она должна быть распределена между ними. Способ этого распределения будет изменяться соответственно характеру самого общественно-производственного организма и ступени исторического развития производителей. Лишь для того, чтобы провести параллель с товарным производством, мы предположим, что доля каждого производителя в жизненных средствах определяется его рабочим временем. При этом условии рабочее время играло бы двоякую роль. Его общественно-планомерное распределение устанавливает надлежащее отношение между различными трудовыми функциями и различными потребностями. С другой стороны, рабочее время служит вместе с тем мерой индивидуального участия производителей в совокупном труде, а следовательно, и в индивидуально потребляемой части всего продукта. Общественные отношения людей к их труду и продуктам их труда остаются здесь прозрачно ясными как в производстве, так и в распределении».  (Маркс.К. Капитал. книга 1//Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, 2-е издание, Т.23, С.88-89)

Кто откроет дверь в эпоху социализма?

Очевидно, что реорганизация общества для получения максимальной пользы от новых революционных средств производства, разработанных при капитализме должна осуществляться людьми. Очевидно также, что 1% общества, который составляет правящий класс империалистических стран, не откажется добровольно от системы, которая приносит ему такую безграничную силу и богатство, что представители этого класса считают себя  высшими существами. Наоборот, эти пиявки будут бороться не на жизнь, а на смерть, применяя всю мощь ресурсов, находящихся в их распоряжении, чтобы продолжать пребывать в своем раю.Они будут вести войну, они будут совершать геноцид, они будут вести массированную лживую антикоммунистическую пропаганду  в средствах массовой информации, через систему образования и через своих агентов в рабочем движении, они будут покупать себе выборы и устраивать «цветные революции» — все, чтобы поддерживать свою  систему эксплуатации. Китайский народ, совершая свою революцию, слишком хорошо знает те ужасы, которые умирающий класс готов обрушить на тех, кто стремится свергнуть его. В конце концов, однако, 1% не может победить 99%, которые поведет за собой пролетариат. Классу наемных рабочих, созданных буржуазией, суждено стать его могильщиком.

«Обобществление труда… вот главная материальная основа неизбежного наступления социализма. Интеллектуальным и моральным двигателем, физическим вьшолнителем этого превращения является воспитываемый самим капитализмом пролетариат. Его борьба с буржуазией, проявляясь в различных и все более богатых содержанием формах, неизбежно становится политической борьбой, направленной к завоеванию политической власти пролетариатом («диктатура пролетариата»). (Ленин В.И. Карл Маркс (краткий биографический очерк с изложением марксизма)./Ленин В.И. ПСС, 5-е изд., Т.26, С.73.)

Является ли социализм только теорией?

Апологеты капитализма часто утверждают, что марксистская теория — утопическая бессмыслица, которая не работает на практике. Тем не менее, опыт социалистических стран, особенно СССР и Китая, доказывает, что со свержением капитализма и обобществлением средств производства (несмотря на все уступки, которые были вынужденно сделаны во время революций по отношению к крестьянству в целях получения его поддержки в странах, где крестьянство составляет подавляющее большинство населения), производительные силы, освобожденные от своих капиталистических пут, растут не по дням, а по часам.

Так, в 1930 году, когда капиталистический мир был охвачен крупнейшим экономическим кризисом, социалистический Советский Союз становился все сильнее и сильнее. Сталин приводил такие цифры:

Объем выпуска промышленной продукции (в процентах к 1929 году)

1929 1930 1931 1932 1933
СССР 100 129.7 161.9 184.7 201.6
США 100 80.7 68.1 53.8 64.9
Великобритания 100 92.4 83.8 83.8 86.1
Германия 100 88.3 71.7 59.8 66.8
Франция 100 100.7 89.2 69.1 77.4

«Эта таблица, как видите, сама говорит за себя.

В то время как промышленность основных капиталистических стран падала из года в год в сравнении с уровнем 1929 года и лишь в 1933 году стала немного оправляться, далеко еще не достигнув, однако, уровня 1929 года, промышленность СССР росла из года в год, переживая процесс непрерывного подъема.

В то время как промышленность основных капиталистических стран показывает в среднем сокращение объема своей продукции к концу 1933 года в сравнении с уровнем 1929 года на 25% и больше, промышленность СССР выросла за это время больше чем вдвое, т.е. больше чем на 100%.» ( Сталин И.В. Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) 26 января 1934 г.// Сталин И.В. Cочинения.М.: Государственное издательство политической литературы, 1951. Т.13 С. 286-287)

Опыт социалистических стран, особенно, хотя, и не исключительно, крупных стран, имеющих доступ в пределах их собственных границ к природным ресурсам, необходимым для современной промышленности, в настоящее время доказывает, что марксистская теория верна.

Кроме того, как мой товарищ Харпал Брар продемонстрирует в ходе своего выступления, именно возврат капиталистических норм в Советском Союзе, разрушил чудесный экономический рост страны и реставрировал в Советском Союзе капитализм, принесший человеческие страдания, бедность, нищету, снижение уровня образования и медицинской помощи для широких масс, нерациональное использование ресурсов — все то, что неизбежно несет с собой капитализм.

 Элла Рул,  Источник
Перевод Татьяны Каменновой

Комментарий  редакции «Рабочего Пути:

Серьезным и явно бросающимся в глаза всякому читателю недостатком настоящей статьи Э.Рул является обилие цитат в тексте. Фактически слов автора практически нет — они только связки между разными цитатами.

Понятно, что все приведенные мысли классиков хороши и важны, но совсем не обязательно приводить их мысли дословно, да еще в таком количестве. Гораздо лучше было бы сказать то же самое своими словами, изложить  простым, привычным и более понятным современному читателю языком.

Но последнее часто забывается некоторыми марксистами, явно тяготеющими к догматизму — а именно это явление и просматривается в позиции автора настоящий статьи, причем, не только по форме — обилию цитат, но еще и по содержанию, что гораздо важнее.

Читая подобного рода «произведения», возникает ощущение, что автор вообще не совсем понимает, что он пишет и главное — зачем он все это пишет. То ли чтобы доказать сам себе, что он чего-то стоит как марксист, то ли просто покрасоваться перед другими.

Главная задача всякого действительно марксистского материала — пропаганда революционного учения, распространение ее в широких массах. И эта задача цитатничеством точно решена быть не может! Тем более в рамках заведомо популярной, а не научной статьи.

Следует отметить и еще один важный момент, связанный с цитатничеством, тем более, что это явление встречается и у нас в России, например, вот. К цитатничеству прибегают тогда, когда нет глубокого понимания сущности вопроса, о котором ведут речь. Догматизм это вообще характерный признак ревизионизма, как правого, так и левого. И если в приведенном примере из российской действительности мы имеет дело с правооппортунистической формой ревизионизма, то  опубликованная выше статья товарища Эллы Рул из Великобритании есть пример левого ревизионизма.

Такой вывод нас заставляет сделать ее замечание о том, что в СССР во время социалистической революции  ради поддержки крестьянством Советской власти ему были сделаны вынужденные уступки:

«Тем не менее, опыт социалистических стран, особенно СССР и Китая, доказывает, что со свержением капитализма и обобществлением средств производства (несмотря на все уступки, которые были вынужденно сделаны во время революций по отношению к крестьянству в целях получения его поддержки в странах, где крестьянство составляет подавляющее большинство населения), производительные силы, освобожденные от своих капиталистических пут, растут не по дням, а по часам.»

Судя по всему, под социалистической революцией автор понимает строительство социализма, а не только завоевание политической власти рабочим классом и беднейшим крестьянством, что совершенно правильно. А под «уступками по отношению к крестьянству» — НЭП, новую экономическую политику, проводимую большевистской партией в 20-годы.

Вот только говорить об «уступках» здесь никак нельзя. Это никакие не уступки, т.е. не отступление от правильного и единственного верного пути к социализму коммунизму, который якобы существует как некая абсолютная схема или формула, указанная Марксом и Энгельсом, пусть даже понятное и простительное. В марксизме вообще НЕТ мертвых и заранее заданных схем или формул, пригодных на все случаи жизни, в любых условиях и во все времена!

То, что автор статьи именует «уступками», это единственно верный и правильный путь к социализму в тех конкретных исторических условиях, в которых находился тогда СССР. И найти этот путь стало возможно только благодаря потрясающему владению материалистической диалектикой великим вождем победившего революционного российского рабочего класса В. И. Лениным, который показал, как заставить уходящий с исторической арены отживший эксплуататорский класс буржуазии работать на пользу социализма, собственными руками убивая тем самым самого себя.

НЭП — это не уступка, не отступление от марксизма-ленинизма, это напротив, марксизм-ленинизм в действии! Это гениальнейшее политэкономическое решение, аналогов которому в человеческой истории вряд ли можно найти. Это пример, как знание законов общественного развития на практике, в реальной действительности может помочь человечеству самому управлять своей жизнью, выстраивая такие отношения в обществе, которые наиболее комфортны и удобны подавляющему большинству людей — трудовому народу.

Непонимание этого есть непонимание сути марксизма вообще! Ибо марксизм-ленинизм это не обилие цитат классиков, это прежде всего понимание законов развития природы и общества, глубокое осмысление процессов, происходящих в окружающем мире. Это диалектико-материалистическое мировоззрение как основа классовой позиции пролетариата, а не метафизические абстракции мелкой буржуазии, которая и хочет вроде социализма, и в то же время боится его, что и отражается во всех попытка ревизии марксизма-ленинизма, признаки которого, как мы видим, имеются и в статье Эллы Рул.

Вот это ее «уступки» наглядно свидетельствуют об ее собственных уступках буржуазному мировоззрению — механицизму, перед которым она капитулировала, отбросив подальше диалектику, важнейший и главнейший элемент мировоззрения рабочего класса.

Неизбежность социализма: 2 комментария

  1. После распада СССР и мировой системы социализма актуальными становятся исследования, выясняющие причины этого распада: предательская деятельность Горбачева и его клики под видом «перестройки», или попустительское отношение номенклатуры к этой «перестройке», в надежде отхватить побольше кусок социалистического пирога, или все-таки изъяны самого социализма? По нашему мнению, все-таки первая причина — номенклатура, возомнившая себя правящим классом и отсутствие контроля за ее стремлением к эксплуации.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.