Краткая история большевизма ч.2

Часть I

Часть II

Первый и второй периоды РСДРП (1884— 1894; 1894 — 1898)

  1. Рабочее движение и революционные организации 80-х гг.

Массовое рабочее движение 80-х гг. (оно охватило лишь по офи­циальным сведениям за 7 лет с 1881 г. по 1887 г. — 80 000 рабочих) протекало почти вне руководства и прямого влияния социалистических партий. Лишь кое-где выдвигались в качестве руководителей стачками, становясь во главе рабочей массы, рабочие, получившие в 70-ые гг. выучку в кружках революционного народничества. Например, в знаменитой морозовской стачке 1885 г. руководителями выступили Моисеенко и Волков, получившие политические знания у народников.

Но уже этой самоотверженной борьбой рабочего класса, не имевшего почти никакой организации, у царского прави­тельства были вырваны первые  законы в пользу рабочих.

О каких-нибудь широких легальных организациях при царизме не­чего было и думать: рабочий класс располагал всего лишь полусотней касс взаимопомощи, причем на фабриках и заводах таких касс насчи­тывалось только 13.

Нелегальные организации были до крайности слабы. Хотя рабочий класс в лице передовой своей верхушки даже в тягчайшие 80-ые гг., в годы торжества российского царизма, с революционным под­польем не расстался ни на одну минуту.

Несмотря на ограниченный размах деятельности революционных кружков, революционная работа шла не­прерывно, по крайней мере, в крупных промышленных центрах России, таких, например, как Санкт-Петербург. К 1889 г. впервые после «Северного союза русских рабочих» революционные кружки в Санкт-Петербурге делают первые попытки организа­ционно объединиться, проводя первое организационное собрание.

Существование нелегальных рабочих кружков охватывает в 80-ые гг. целый ряд городов.

Мы видим их, кроме Санкт-Петербурга, в Риге, Дерпте, Сувалках, Варшаве, Гомеле, Чернигове, Киеве, Одессе, Елизаветграде, Харькове, Курске, Орле, Калуге, Ростове-на-Дону, Казани, Екатеринбурге, Оренбурге. Из этих кружков и организаций крупными являются — в Санкт-Петербурге, Риге, Варшаве, Киеве, Харькове. Но что особенно важно — кружки эти уже тогда являются  социал-демократическими.

Рядом с ними существуют и народнические кружки, как, например, в Санкт-Петербурге, Риге, Киеве, Одессе, Чернигове, Курске, Ростове, Казани, Екатеринбурге.

В некоторых местах народнические кружки продолжают существовать только народнические кружки, поскольку социал-демократические еще не успели там соргани­зоваться. Такое положение складывается, например, в Новгороде, Твери, Вильне, Ярославле, Костроме, Москве, Нижнем Новгороде, Тамбове, Воронеже и пр.

  1. Отличие рабочего движения 80-ых гг. от рабочего движения прежних лет

В чем отличие рабочего движения 80-ых гг. от рабочего движения предыдущих десятилетий? Ведь стачки и волнения рабочих, как мы видели в прошлой части нашего повествования, были и ранее.

Г.В.Плеханов называл морозовскую стачку 1883 г. «исходным пунктом нового фазиса рабочего движения». Почему?

Потому что:

а) рабочее движение 80-х гг. охватывает уже целые губернии, оказывает влияние на правительство и заставляет его делать уступки — первые рабочие за­коны;

б) рабочие этого добиваются более планомерной и организован­ной борьбой, чем прежде;

в) организаторами этого более планомерного движения являются сами рабочие;

г) приемы борьбы в одном месте со­знательно переносятся рабочими в другие места.

При этом само рабочее движение все еще остается стихийным. Таким оно было в значительной степени еще даже в 90-ые гг. (по оценке В.И.Ленина).

Но стачечное движение 80-х гг., помимо всех вышеуказанных черт, замечательно еще тем, что под влиянием этого мас­сового выступления рабочего класса росли первые социал-демократиче­ские организации, а народнические вынуждены были разворачиваться в сторону рабочего.

Первым социал-демократическим организациям уроки массо­вой борьбы рабочего класса дали необходимый практический материал для окончательной выработки своего мировоззрения, а следовательно — и для дальнейшего роста, развития и укрепления партии.

Народовольческие кружки, вынужденные держать курс на рабочего, должны были либо слиться с социал-демократическими, т. е. перейти на точку зрения пролетариата, либо распасться или влачить самое жалкое существова­ние. Если в 70-ые гг. народнические кружки оказывали ту еще пользу, что собирали первых рабочих-революционеров, то сейчас значение это рядом с существованием социал-демократических организаций своди­лось все более на нет. Об укреплении и развитии остатков народоволь­чества не могло быть и речи в виду полного идейного разложения народничества.

Ни те, ни другие организации не могли (по своей слабости) непосред­ственно руководить массовой работой. Но для социал-демократии, пе­реживавшей первую пору своего роста и развития, рабочие кружки 80-х гг. вместе с ра­бочим движением 80-х и последующих годов явились тем необходимым условием, из которого очень скоро выросло прямое руководство социал-де­мократией массовым рабочим движением (90-ые гг.).

  1. Крупнейшие социал-демократические организации 80-х гг.: «Освобождение Труда», «благоевцы», «брусневцы»

Из крупных социал-демократических организаций 80-х гг. мы имеем:

а) группу «Освобождение Труда», организовавшуюся в 1883 г. за границей (Г.В.Плеханов, Л.Г.Дейч, П.Б.Аксельрод, В.И.Засулич, В.Н.Игнатов);

б) в Рос­сии — группу Благоева, впоследствии одного из вождей болгарской ком­партии, действовавшую с 1883 по 1887 г., в которую входили Благославов, Латышев, Благоев, Герасимов, Андреев, Хари­тонов, Петровский и Лавров,

и в) группу брусневцев, сформировавшуюся к концу 80-х годов, в которую входили интеллигенты В. С. Голубев, Иванов, Баньковский, Косинский, Странден, Красин, Цивинский, Радзевич, с одной сто­роны, и, с другой стороны, рабочие: Богданов, Евграфов, Шелгунов, Буянов, Мефодиев, Руделев.

Центральное положение среди них занимает группа «Освобождение Труда» во главе с Г. В. Плехановым, образовавшаяся из бывших чернопередельцев, которую совершенно справедливо считают основоположницей россий­ской социал-демократии, следовательно, и  российской коммунистической партии.

Отдельные работы Карла Маркса стали известны русской интелли­генции очень рано. Особенно серьезный интерес пробудился к учению марксизма, когда в 70-ом году в Санкт-Петербурге вышел первый том «Капи­тала». Однако учение народничества еще долго властвует над умами российской интеллигенции. И даже рабочие из «Южно-Русского союза» и «Северного союза русских рабочих», первыми  пробившие в нем брешь, не могут пока окончательно встать на социал-демократические позиции. В конце концов, и основатель «Северного союза» С. Халтурин окончательно скатывается на народнические позиции и встает в ряды «Народной Воли».

Причины такого медленного проникновения марксизма лежат в хозяйственной отсталости России, крайней молодости русского рабочего движения и полном господстве в области революционной мысли револю­ционной интеллигенции.

Эта последняя до поры до времени не могла выделить ни одной группы, сумевшей бы встать на точку зрения пролетариата, т. е. усвоить по-настоящему учение Карла Маркса. Еще меньше могли сделать это первые рабочие-революционеры, ибо усвоение марксизма, с одной сто­роны, и научная разработка его в русских условиях, борьба с народни­ками и т. д. и т. п. — с другой, требовали огромной суммы знаний, которыми в тех жесточайших условиях полнейшего бесправия пролетариата не могли еще располагать первые русские рабочие-революционеры.

Самая влиятельная группа, начавшая именно разработку револю­ционной теории применительно к российским условиям, была группа «Освобождение Труда». А так как без революционной теории не может быть и революционной партии, то именно поэтому группа «Освобождение Труда» и считается основоположницей российской революционной социал-демократии.

В сентябре 1883 г. вышло составленное Г. В. Плехановым оповеще­ние: «Об издании библиотеки современного социализма». Задачи би­блиотеки сводились:

1) к распространению идей научного социализма,

2) к критике господствовавших среди русских революционеров учений,

3) к разработке вопросов русской общественной жизни с точки зрения научного социализма.

Такими книжками оказались труды Плеханова: «Социализм и политическая борьба» — вышла в 1883 г. — и «Наши раз­ногласия» — вышла в 1885 г.

Первая покончила с противопоставлением политической борьбы борьбе за социализм, разъяснив и доказав, что борьба за социализм и борьба поли­тическая связаны между собой неразрывно.

Вторая книга била глав­ным образом по народническому учению о самобытном развитии России, доказав фактами, что Россия уже вступила на путь капиталистического развития. В ней утверждалось, что, вопреки мещанско-крестьянскому социализму народ­ников, «инициативу коммунистического движения может взять на себя лишь рабочий класс российских промышленных центров — класс, освобо­ждение которого может быть достигнуто лишь путем его собственных усилий».

Эти две книги заложили первые камни в фундамент марксизма в России, но, тем не менее, в программных вопросах, как мы это увидим сейчас, долго оставались еще неясности и недоговоренности.

  1. Как происходила выработка с.-д. воззрений и первых программ

Как мы уже говорили, что революционерами, ставшими на точку зрения мар­ксизма и первыми начавшими разработку этого учения, являются группы чернопередельцев. «Черный Передел» организовался в 1879 г. после раскола на Воронежском съезде.

Народовольцы, потеряв надежду на крестьян­скую революцию и разуверившись в скором пришествия крестьянского социализма, нашли, как им казалось, выход в единоборстве революционной интел­лигенции с царизмом. Чернопередельцы этот вывод отвергли. Они пони­мали, что действовать без масс, действовать без народа — это дело немыслимое. Но, если действовать с массами, если действовать с народом, то надо сначала понять, из кого состоит этот народ, революционен ли он в целом, составляет ли он единое целое или он не един и в нем есть какая-то часть, которая в силу своего положения наиболее восприимчива к рево­люционному учению,  способна первой решительно схватиться с царским правительством и вести дальнейшую борьбу за социализм.

Внимательное рассмотре­ние русских условий, пребывание в эмиграции за границей, а значит и возможность, во-первых, ознакомиться на месте с западноевропейским рабочим движением и деятельностью западноевропейских социалистических партий, во вторых, в стороне от непосредственной схватки с самодержавием подвести итоги своему богатому революционному опыту, в третьих, отрицание террора как всеобъемлющего и единственного средства борьбы — все это слилось вместе и все это подготовило переход наиболее влиятельных чернопередельцев в лагерь марксизма.

Этот переход у самой выдержанной, самой теоретически подгото­вленной группы — «Освобождение Труда» — происходил не сразу.

Об этом свидетельствует выработка группой ее программы. Первая программа вышла в 1884 г., а в переработанном виде проект программы появился в 1888 г. Между программой и проектом существует боль­шая разница в смысле высвобождения группы от народнических воз­зрений (в первой программе признавалась еще  необходимость террористи­ческой борьбы, существовало требование государственной помощи производительным ассоциациям, аграрная часть программы являлась чисто крестьянской программой и т. д.).

Программа благоевцев, или, как они себя называли, «партии русских социал-демократов», еще путанее: крестьянство стоит еще на первом месте; выставляется требование к государству[1], чтобы оно оказывало помощь рабочим ассоциациям (характерное мелкобуржуазное утопическое требо­вание, сводящееся к тому, чтобы буржуазное государство через рабочие производительные артели насаждало бы социалистический строй и, стало быть, само себя уничтожало); земля должна быть передана народу на началах уравнительного землепользования, причем эта социализа­ция, т. е. форма землевладения, смешивается с социализмом, т. е. с изменением всего способа производства, и т. д. и т. п.

Даже позднейшая программа московского кружка Бруснева, напи­санная членом брусневского кружка Кашинским и относящаяся к 1892 г., носит в себе достаточное количество путаницы, где полити­ческий террор признается как главное орудие борьбы с самодержавием.

Нет ничего удивительного в том, что первые социал-демократические организации так медленно вырабатывали но­вое учение. Ибо надо было, во-первых, освободиться от целой бездны народнических предрассудков, да еще и переварить и усвоить учение марксизма применительно к условиям России, при медленном еще в конце 80-х и начале 90-х гг. развитии в России капитализма.

Одно усвоение марксизма при тогдашних условиях (невозможность легальных изданий, отсутствие переводов на русский язык и пр.) представляло огромные трудности. И главной заслугой группы «Освобождение Труда» в первые годы ее существования является как раз теоретическая и про­пагандистская работа и, одновременно, издание целого ряда трудов мар­ксистской литературы. На этих первых изданиях учились и воспиты­вались целые кадры русских революционеров социал-демократов; через них марксистские взгляды проникали в рабочие кружки и организации. Этот фундамент был заложен как раз ко времени, ибо после го­лода 1891 г. наблюдались два явления:

а) начинается чрезвычайно быстрое развитие капитализма в России

и б) имеет место резкий подъем общественного сознания, и в частности, прилив интеллигенции к революционному движению.

  1. Обстановка 90-х годов. Первые два периода социал-демократии.

С 1893 г. начинается расцвет российской промышленности, который продолжается вплоть до 1899 г. Этот расцвет раз и навсегда решил вопрос, пойдет ли Россия путем развития капитализма. Факты доказывали, что в России утвер­дился самый настоящий капитализм, ибо за 90-ые гг. XIX века было основано почти 6 ты­сяч фабричных и ремесленных предприятий; число рабочих с 1 мил­лиона 300 тысяч в 1887 г. перевалило в 1890 г. за 2 миллиона и т. д. Резко возрастает и стачечное движение рабочего класса.

Haряду с ростом капиталистической промышленности растут и капиталистические отношения в деревне: крестьянское хозяй­ство становится все более и более товарным. А это в свою очередь вызывает расслоение деревни: на одной стороне растет кулацкое хозяй­ство буржуазного типа, на другой — все более пролетаризирующаяся беднота. Голод 1891 г. и последующее развитие промышленности, сопровождавшееся массовым стачечным движением, не могли не оказать решающего влияния на настроение буржуазной интеллигенции.

Таким образом, социал-демократические организации в 90-ые гг. развиваются:

а) при наличии массового рабочего движения;

б) при при­ливе интеллигенции под знамена марксизма.

Социал-демократия вступает в новую пору, в новый период своего существования.

«Первый период обнимает около 10 лет, приблизительно 1884—1894 гг. Это был период возникновения и упро­чения теории, программы социал-демократии. Число сторонников нового направления в России измерялось единицами. Социал-демократия су­ществовала без рабочего движения, переживая, как политическая партия, процесс утробного развития», — писал В.И. Ленин.

На смену этому периоду пришел второй — с 1894 по 1898 г. «Социал-демократия появляется на свет божий, как общественное движение, как подъем народных масс, как политическая партия. Это — период дет­ства и отрочества. С быстротой эпидемии распространяется повальное увлечение интеллигенции борьбою с народничеством и хождением к ра­бочим, повальное увлечение рабочих стачками. Движение делает громадные успехи»[2], — отмечал В.И.Ленин.

  1. Рабочее движение и социал-демократические организации в 90-х годах. От кружковщины к массовой агитации.

За 6 лет с 1894 по 1899 г. в стачках участвовало не менее 500 тысяч рабочих. При этом больше половины стачек пришлось на крупные промышленные предприятия. Рабочее движение 1894 — 1899 гг. приняло в России впервые характер общеклассового движе­ния.

Если в прежние годы лишь намечалась борьба за уменьшение ра­бочего дня, велась борьба против понижения заработной платы, про­тив вопиющего беззакония со стороны администрации, то теперь борьба имела определенную цель: реальное изменение условий жизни пролетариата в области действительного уменьшения рабочего дня, увеличения заработка, охраны труда и т. п. Случаи единовременного выступления рабочих целых отраслей производства или какой-то территории целиком были пока редки.

И тем не менее, в результате массового стачечного движения рабочий класс сумел все-таки вырвать у царского правительства законы в свою пользу — главнейший из них от 2 июня 1897 г. — о рабочем дне для всех рабочих в 111/2 часов в сутки. С другой стороны, единообразие требований и лозунгов рабочих, несмотря на их разрозненные выступления, достигалось на этот раз повсе­местной единообразной агитацией социал-демократов.

Социал-демократические организации, переживая свой утробный период, 1884—1894 гг., вели преимущественно кружковую пропаган­дистскую работу. Положительное значение этой работы состояло в том, что она вырабатывала первые слои революционеров-социал-демократов из ра­бочих. Уже маевка 1891 г. в Санкт-Петербурге, устроенная брусневцами и охватившая почти 200 человек, показала рост передовиков-рабочих. Однако эта маевка показала также и отрицательную сторону кружковщины: стремление лишь к усвоению чистого знания, желание отгородиться от «непросвещенной» еще массы и т. п. Наиболее ярким образцом уродливого искажения задач кружковой пропаганды является, например, взгляд одного нижегородского марксиста, который не считал рабочего социал-демократом прежде, чем тот не изучит всего Маркса.

В начале 90-х гг. целый ряд социал-демократи­ческих организаций начинает переходить от пропаганды в кружках к агитации в массах, к выпуску листовок о фабричных безобразиях и притеснениях рабочих и т. п.

Рост рабочего движения неизбежно поставил перед социал-демократами эту задачу — взять экономическую борьбу рабочих в свои руки и руководить ею.

  1. «Экономика» в рабочем движении и «политика» в партии

«Стачки 90-х гг., — говорит т. Ленин, — показывают нам (по отношению к прежним) гораздо более проблесков сознательности: выставляются определенные требования, рассчитывается наперед, какой момент удобнее, обсуждаются известные случаи и примеры в других местах и т. д. Систематические стачки выражали уже собою зачатки классовой борьбы, но именно только зачатки… У рабочих не было, да и быть не могло, сознания непримиримой противоположности их инте­ресов всему современному политическому и общественному строю, т. е. сознания социал-демократического»[3].

Рабочее движение 90-х гг. вы­ставляло экономические требования, рабочие боролись за сокращение рабочего дня, за повышение заработной платы, за правильную выдачу заработка, за уплату «коронационных»[4] денег и т. д. и т. п.

Еще в № 1 «Рабочего» (газета группы Благоева) основоположник русской социал-демократии Г. В. Плеханов писал, обращаясь к рус­ским рабочим: «Без экономической независимости вы никогда не бу­дете в состоянии воспользоваться вашими политическими правами, без политических прав вы никогда не добьетесь экономической независи­мости…». Борьба экономическая, следовательно, неразрывно связана с борьбой политической.

Как же могут быть разрешены задачи рабо­чей борьбы?

«Они могут быть разрешены только силою»,— указывал Г. В. Плеханов.

Первое поколение русских социал-демократов, воспитавшееся в «утробный период», целиком разделяло эти воззрения. Говоря о со­циал-демократах этого периода, вступивших в движение 1894—98 годов (второй период), т. Ленин писал: «Многие из них начинали револю­ционно мыслить как народовольцы, почти все в ранней юности востор­женно преклонялись перед героями террора. Отказ от обаятельного впечатления этой геройской традиции стоил борьбы. Борьба заставляла учиться читать нелегальные произведения всяких направлений, зани­маться усиленно вопросами легального народничества. Воспитанные на этой борьбе, социал-демократы шли в рабочее движение, “ни на минуту” не забывая ни о теории марксизма, озарившей их ярким светом, ни о задаче низвержения самодержавия».

За время с 1895 по 1897 г. разрозненные рабочие кружки пытаются в крупнейших центрах России создать более круп­ные централизованные объединения.

В Санкт-Петербурге создается «Петербургский союз борьбы за освобожде­ние рабочего класса». Во главе союза стоит т. Ленин; в него вхо­дят: Радченко, Мартов, Сильвин, Ванеев, Потресов, Крупская, Ляховский, Якубова, Старков. Союз руководит стачечным движением, вы­пускает листки, но ни на одну минуту не опускает из виду задач политической агитации и пропаганды: для целей последней, наряду с агитацией на почве насущных нужд рабочего класса, решено было издавать журнал «Рабочее Дело».

Примерно так же обстояло дело в Москве, где к 1896 году окончательно оформился «Московский рабочий союз».

Кроме Петербургского и Московского, складываются социал-демо­кратические рабочие союзы в Екатеринославе и Киеве.

Общей чертой этих организаций второго периода является, с одной стороны, участие социал-демократических организаций в массовой борьбе пролетариата и руководство ею; с другой стороны, социал-демократы не отрывают политические задачи от экономической борьбы; в-третьих, во главе организаций стоят кадры испытанных работни­ков, прошедших долгую школу первого периода партии.

Наличием всех этих условий объясняется:

а) выросшее влияние социал-демократии на рабочее движение,

б) огромный успех в борьбе с народничеством,

в) правильное использо­вание первого союза с буржуазным либерализмом, в то время существо­вавшим под флагом марксизма (так называемый «легальный марксизм»).

  1. Буржуазное движение и социал-демократия; борьба с легальным народничеством.

Первые произведения Плеханова «Социализм и политическая борьба», «Наши разногласия», как мы видели, были в первую очередь направлены на критику народнических воззрений. Действительно, мар­ксизм должен был в первую очередь покончить со всеми предрас­судками, которые остались от старых народнических учений.

Вторая половина 80-х годов и первая половина 90-х с каждым годом насчитывали все меньше и меньше нелегальных народни­ческих организаций. «Народная Воля» существовала только по имени. На смену нелегальным революционным организациям народничества приходит легальное народничество. Журнал «Русское Богат­ство» становится его центром. Главные силы «легальных народников» — Н. К. Михайловский, Южаков, Кривенко, Николай — он, Даниельсон, В. Воронцов (В.В.), Кочаровский, Карышев и др.

Чем отличалось легальное народничество от революционного народ­ничества?

Это хорошо пояснено у В.И. Ленина в его замечатель­ной книге «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?»:

«Вера в особый уклад, в общин­ный строй русской жизни; отсюда — вера в возможность крестьянской социалистической революции — вот что одушевляло их (революционных народников), поднимало десятки и сотни людей на геройскую борьбу с правительством. Где же теперь эта вера, когда сами народники нынче убеждены, что деревня раскалывается? Деревня давно уже совершенно раскололась. Вместе с нею раскололся и старый русский крестьянский социализм, уступив место, с одной стороны, рабочему социализму, с дру­гой — выродившись в пошлый мещанский радикализм… Из политической программы, рассчитанной на то, чтобы поднять крестьянство на социа­листическую революцию против основ современного общества, — вы­росла программа, рассчитанная на то, чтобы заштопать, “улучшить” положение крестьянства при сохранении основ современного общества».

Таким образом, легальное народничество конца 80-х и 90-х годов представляло из себя течение, которое всеми способами старалось еще доказать правильность старых народнических учений о судьбах капи­тализма в России, о значении русской общины и пр. С другой стороны, крестьянская революция оказалась выкинутой вовсе у легаль­ных народников; вместо нее правительству предлагалось на почве осо­бых условий русской жизни (общины и т. п.) провести целый ряд спаси­тельных мер по части поддержки крестьянских артелей, деревенского кредита и т. д., могущих якобы поднять «народное производство». Вместо программы революционной борьбы получилась либеральная программа реформ, которые даже не требовались у правительства, а довольно кротко ему предлагались.

Если принять во внимание, что легальное народничество все свои силы прилагало к тому, чтобы всячески охаять марксизм и социал-демо­кратов, распространяя о последних нелепые сказки вроде того, что социал-демократы готовы способствовать развитию капитализма вплоть до того момента, когда «последний мужик выварится в фабрич­ном котле» (ибо только, дескать, тогда придет момент пролетарской революции, когда все станут пролетариями), то станет совершенно понятным, что социал-демократы вступили в самую ожесточенную борьбу с легальным народничеством, борьбу не на жизнь, а на смерть. В этом отношении особенно замечательна уже упоминавшаяся выше книга В.И. Ленина «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?», «Развитие капитализма в России» и целый ряд других его трудов первого периода деятельности. Огромное значение имела в борьбе с народничеством и книга Плеханова «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю».

9. Буржуазное движение и социал-демократия: союз с легальным марксизмом

Всего лучше и короче о сущности легального марксизма и союза социал-демократии с ним говорит В.И. Ленин в 1-й главе «Что делать?»:

«Это было вообще чрезвычайно оригинальное явление, в са­мую возможность которого не мог бы даже поверить никто в 80-х или даже в начале 90-х годов. В стране самодержавной, с полным порабощением печати, в эпоху отчаянной политической реакции… внезапно пробивает себе дорогу в подцензурную литературу теория революцион­ного марксизма, излагаемая эзоповским, но для всех “интересующихся” понятным языком. Правительство привыкло считать опасной только теорию (революционного) народничества, не замечая, как водится, ее внутренней эволюции, радуясь всякой направленной против нее кри­тике. Пока правительство спохватилось, пока тяжеловесная армия цензоров и жандармов разыскала нового врага и обрушилась на него — до тех пор прошло не мало (на наш русский счет) времени. А в это время выходили одна за другой марксистские книги, открывались мар­ксистские журналы и газеты, марксистами становились повально все…».

Чем была вся эта полоса?

«Ни для кого не тайна, что кратковременное процветание марксизма на поверхности нашей литературы было вызвано союзом людей крайних с людьми весьма умеренными. В сущности, эти последние были буржуазными демокра­тами». Надо ли было заключать людям крайним, т. е. революционным социал-демократам, союз с людьми весьма умеренными, т. е. легаль­ными марксистами? На это т. Ленин отвечал: «Бояться временных союзов, хотя бы и с ненадежными людьми, может только тот, кто сам на себя не надеется, и ни одна политическая партия без таких союзов не могла бы существовать. А соединение с легальными марксистами было своего рода первым действительно политическим союзом русской со­циал-демократии. Благодаря этому союзу была достигнута поразительно быстрая победа над народничеством и громадное распространение вширь идей марксизма (хотя и в вульгаризованном виде)», — пишет В.И. Ленин.

В 1894 г. вышла книга П.Струве (впоследствии — вождь белой эмиграции) под заглавием «Критические заметки к вопросу об экономическом раз­витии России». В.И. Ленин в статье «Экономическое содержание на­родничества и критика его в книге г-на Струве» сейчас же отметил особый характер марксизма Струве.

Струве лишь зарегистрировал неизбежное развитие в России капитализма и его победу. То, что мар­ксизм есть учение революционного действия, революционной борьбы с капитализмом, то, что развитие капитализма обостряет борьбу клас­сов, и что марксизм ведет пролетариат на борьбу с капитализмом для окончательного его низвержения, — все это от Струве стояло весьма далеко. Подлинное революционное учение Карла Маркса, по мнению Струве, как раз нуждалось в пересмотре и критике, дабы были отбро­шены слишком многие «односторонности» и слишком «поспешные обоб­щения».

Революционный марксизм в лице В.И. Ленина сразу подметил суть легального марксизма — признаем капитализм, но революционное учение Карла Маркса будем пересматривать. Но союз-таки с ним заключил ради общей борьбы с народничеством, которую считал наибольшей опасностью для поднимающегося рабочего движения.

В 1897 г. вес­ной революционные и легальные марксисты работают вместе в журнале «Новое Слово», где «легальные» находятся под бдительным надзором «нелегальных». За закрытием журнала в декабре 1897 г., с января 1899 г. начинает выходить журнал «Начало», но в нем работают уже исклю­чительно легальные марксисты. В это время совершенно явственно начинает выступать кризис легального марксизма и его все более очевидное превращение в буржуазный демократизм.

10. Первый съезд РСДРП

Говоря о втором периоде истории социал-демократии, В.И. Ленин указывает, что «образование партии весной 1898 года было самым рельефным и в то же время последним делом социал-демократов этой полосы».

Ко времени первого съезда РСДРП, который произошел 1 марта 1898 г. в г. Минске, провалы в Петрограде и в Москве, произведшие страшные опустошения в тамошних социал-демократических союзах борьбы, были очень велики.

Попытки созвать съезд начались с 1896 г. Вследствие петербургских и московских провалов, съезд уда­лось осуществить лишь в 1898 г. Съезд был созван Киевским «союзом борьбы за освобождение рабочего класса». На съезде присутствовало 9 представителей:

— 4 от четырех союзов борьбы — Петербургского, Московского, Киевского и Екатеринославского (С. И. Радченко, А. Вановский, П. Л. Тучапский, К. Петрусевич),

— 3 от Бунда (А. Кремер, Мутник (Глеб) и Кац)

— и 2 от группы «Рабочей Газеты» (Киевский союз издавал обще­русский орган «Рабочая Газета») — Б. Эйдельман и Вигдорчик.

Хотя съезд не сумел выработать программы партии, значение его было чрезвы­чайно велико. Существовавшие до съезда «союзы борьбы», будучи по существу социал-демократическими, не принимали официально такого назва­ния. Это делалось намеренно из-за сообра­жений, как бы не отпугнуть сразу от себя широкие массы и т. д. Когда на первом съезде все союзы слились, то на всю Россию, на весь мир Российская Социал-Демократическая Рабочая Партия заявила о своем существовании.

Манифест партии был написан Струве, ибо вследствие провалов и ареста стариков, т. е. наиболее выдержанных социал-демо­кратов, в том числе и В.И. Ленина, оставшиеся практики социал-демократы оказались недостаточно теоретически подготовленными. Несмотря на отдельные неудачные места манифеста, партия в нем совершенно отделяется от народничества и народнических пережитков. В манифесте особенно выдвигаются задачи политической борьбы и политические задачи рабо­чего класса.

Съезд усилил и укрепил связь с отдельными организациями, которые возникли и развивались до сих пор совершенно самостоятельно. И хотя после съезда тотчас же начались повсеместные аресты и были арестованы почти все участники съезда со всеми документами, социал-демократические организации на местах пустили  глубокие корни, остановить их работу нельзя было никакими арестами.

Однако огромные провалы предыдущих лет вместе с провалами послесъездовскими, в соединении с целым рядом условий, о которых будет сказано ниже, не оста­новив работы социал-демократов, все же существенным образом способствовали тому, что характер и направление этой работы изме­нились, а дело создания партии было задержано.

[1] Само государство благоевцами объявляется «воплощением известного нравственного принципа»; то же обстоятельство, что государство «всегда служило интересам отдельных классов в ущерб народу», объясняется как следствие «узости этих принципов». Марксизма здесь, конечно, нет, ибо, по Марксу, государство есть орган классового господства, насилия одного класса над другими.
[2] В.И.Ленин  «Что делать?» — заключение.
[3] В.И.Ленин «Что делать?».
[4] За дни коронации царя (объявленные праздником) заводчики не заплатили рабочим.

Продолжение следует

Использованная литература:
— К.Шелавин История ВКПб, «Коммунистический университет на дому», 1925 г., №1

Часть 1

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.