О гласном надзоре и «хронометраже»

hello_html_m53239d4dСегодня одной из форм борьбы фабрично-заводской администрации против передовых рабочих и рабочих-активистов вновь становится гласный надзор за ними и «хронометраж». Проще говоря, против наших товарищей применяются, соединённые в одно целое, резкое повышение интенсивности труда, т.е. производственной нагрузки, — с той целью, чтобы физически измотать рабочего, лишить его пауз в работе, и прикреплённый шпик – «хронометрист», который, как хвост, сопровождает рабочего весь день и ходит с ним всюду — вплоть до туалета и того закутка, в котором рабочий обедает.

Этот «хронометрист» фиксирует каждый шаг рабочего, официально ведёт хронологическую запись всех его производственных и непроизводственных действий в течение рабочего времени. Шпик администрации пункт за пунктом дотошно отмечает, какую операцию выполняет рабочий, сколько времени на неё ушло, сколько времени проходит от конца одной операции до начала другой. Этот же шпик фиксирует, куда рабочий ходил в течение дня, сколько там был, с кем говорил, как долго обедал, сколько раз прерывался для курения или туалета, сколько минут курил и сколько минут отправлял в туалете свои естественные нужды.

Вообще говоря, целью хронометража производственного процесса является изучение трудовых движений рабочего — с тем, чтобы удалить из них все лишние, паразитные движения и перемещения. С помощью хронометража устанавливается средняя продолжительность каждой производственной операции. Хронометраж обычно проводят разовым порядком по заранее составленной программе (плану), изучая действия одного или нескольких рабочих на конкретных узких участках производства — с целью найти скрытые резервы увеличения производительности труда по конкретным операциям

Но в условиях капитализма хронометраж проводят с целью усиления эксплуатации рабочих, с целью повышения интенсивности их труда до предела и выше всякого предела. При хронометраже отслеживают, как правило, работу наиболее сильных и ловких рабочих, которые могут показать максимальную производительность труда. Выявив такую производительность, капиталист и его администрация делают её обязательной нормой для всех рабочих предприятия, за невыполнение которой штрафуют, лишают премии, увольняют и т.п.

Ясно, что такое повышение трудовой нагрузки измочаливает и калечит рабочих, снижает их реальную зарплату, делая рабочих по факту ещё беднее и обездоленнее (истраченное на капиталиста здоровье ведь нужно восстанавливать, на что нужны дополнительные денежные средства и немалые, которых нет!), но при этом даёт хороший рост прибыли для капиталиста.

Но в случае с нашими активистами весь этот хронометраж, затеянный под предлогом «улучшения производственного процесса», имеет и другие, а именно репрессивные, а следовательно классово политические цели. Налицо открытый фашистский террор против рабочих и зачатков их организации. И если социал-фашисты, оппортунисты и леваки кричат, что, мол, нет у нас сегодня проявлений открытой террористической диктатуры, то их нужно тыкать лицом в многочисленные факты, например, вот такого гласного надзора и «хронометража».

С другой стороны, своим криком об отсутствии фашизма в России все эти «левые» крикуны, нередко именующие себя к тому марксистами, доказывают, что на живом производстве они не бывают, связей с рабочими коллективами у них нет, а о реальном положении рабочих они судят из своей головы, по кабинетным умозаключениям, а не по практике жизни.

Итак, шпику-хронометристу строго предписывается следить, с кем рабочий-активист общается в течение дня, с кем из рабочих заводит разговоры, в том числе, обменивается репликами на ходу. Всех тех, с кем у нашего товарища, попавшего под «хронометраж», были разговоры или обмен репликами, шпик фиксирует и затем докладывает администрации. Так у хозяев и высшего руководства предприятия формируется список потенциально опасных смутьянов, «запачканных» общением с передовым рабочим. (И это тоже форма репрессий против рабочих, которых таким образом прислуга капиталистов как бы предупреждает, мол, будете общаться не с теми, с кем надо, выставим за дверь\лишим премии и т.п.)

Во-вторых, поскольку наши активисты пытаются агитировать на ходу, поскольку вынуждены всё делать сами, поскольку вынуждены почти открыто раздавать рабочим листовки и большевистские материалы, постольку шпик самим своим присутствием и надзором препятствует как «неуставным» контактам активиста с рабочими, так и распространению листовок в коллективе.

Но при этом шпион проинструктирован так, что он должен время от времени как бы «уставать», «отдыхать», «забывать» о своём долге, «расслабляться», т.е. как опытный провокатор, исчезать на минуту-другую из поля зрения рабочих — для того, чтобы те расслабились, начали спокойно беседовать и брать листовки и агитматериалы у активиста. Тут полицейский замысел администрации не в том, чтобы ещё раз убедиться, что активист говорит с людьми и раздаёт листовки (как правило, активист «засвечен» давно, и хозяева, в общем, знают, чего от него ждать), а в том, чтобы выследить других рабочих «на горячем», на факте взятия листовок или большевистских материалов.

Такие рабочие, коль они интересуются марксизмом, тянутся к агитатору или, как чаще всего бывает, начинают, наконец-то, просыпаться для борьбы «за пятачок», против удлинения рабочего дня, роста нагрузки, интерсивности труда, против беззаконий и хамства, по мнению администрации, вскоре могут составить активную организованную массу, которая с помощью рабочей организации — ячейки, профсоюза или фабзавкома начнёт «бузить» и требовать, отстаивать свои интересы и права. А главное, эта небольшая масса, 10–15% рабочих, может в нужный момент потянуть за собой и всё заводское «болото» — отсталую, пассивную, малосознательную массу рабочего коллектива, которая не понимает ещё целей революции и необходимости борьбы за социализм, но при известных условиях может быть поднята и организована для борьбы за близкие и понятные экономические интересы.

И здесь роль рабочего костяка, т.е. не ячейки даже, в которой несколько человек, а тех десятков и сотен рабочих, которые «просыпаются» и тянутся к ячейке, чрезвычайно велика. Именно они могут развернуть в правильную сторону общее собрание коллектива, именно они и составят «приводные ремни» от ячейки ко всему рабочему коллективу и к рабочим соседних предприятий или предприятий отрасли.

И тут администрация совершенно права, что уже сейчас пытается воздействовать на эту только просыпающуюся массу думающих рабочих, классовое чутьё её не подводит, — дело будет именно так. Поэтому, чтобы как можно дольше продлить мелкомещанский «сон» рабочих, сохранить экономическую и политическую забитость коллектива и «классовый мир» на заводе (т.е., шире говоря, «классовый мир» в промышленности, а значит и во всей экономике страны), шпионам и «хронометристам» и предписывается выявлять десятки и сотни этих рабочих, которые активно вроде бы не работают по партийной линии, не «засвечены», но регулярно общаются с активистами, берут и читают «подрывные» материалы, всё чаще собираются и что-то обсуждают между собой.

Для чего выявлять всех таких рабочих — понятно. Другой вопрос — что с ними дальше делать? Они честно работают, дисциплину, в общем, не нарушают, штрафовать и увольнять «по статье» их вроде бы не за что. Но для того их и «берут на карандаш», чтобы знать, из кого составлять списки на сокращение в первую очередь, от кого изолировать не способный постоять за себя рабочий коллектив. Нет зацепки, чтобы выгнать потенциальных революционеров «по статье», значит, есть способ избавиться от них законно — с помощью массовых сокращений и «оптимизаций производства».

Но, спросят некоторые товарищи, не проще ли администрации выгнать нескольких активистов, которые и создают весь сыр-бор на заводе? Не проще. Не считайте буржуазию круглой дурой. У капиталистов громадный, многосотлетний опыт борьбы с рабочим движением, они отлично знают, что оно неизбежно рано или поздно становится революционным. С активистами буржуазия может расправиться довольно легко, организовав провокацию: «невыполнение плана», «прогул», драку, «опоздание» и т.п. Но поскольку даже забитый, несознательный и кумовской коллектив наглядно и длительно видит, как администрация издевается над их товарищем, над сознательным рабочим-одиночкой, как подводит его под увольнение, как «хронометрирует» его в течение недель, доводя до полного физического изнурения, постольку явная расправа с ним может обернуться против администрации и разбудить стихийное недовольство других рабочих, которые прекрасно поймут, что тот же самый меч висит и над их головами (за любую провинность!).

С другой стороны, хозяева понимают, что самой главной задачей, наряду с разгромом ячейки, которая без активной рабочей массы — как компас без корабля, является разгром самого «корабля», на котором (раз уничтоженная ячейка уже начала своё большевистское дело) может быть организована новая политическая ячейка. Поэтому шпионам и нужно выследить, по возможности, всех «просыпающихся» рабочих, всех, кто потянулся к марксизму, к борьбе за освобождение рабочего класса.

Здесь надо сказать, что в расправе администрации с рабочим-активистом тоже не всё так просто. С ним могут расправиться в два счёта — если коллектив будет сидеть и помалкивать, если он не сделает попыток к созданию хотя бы элементарной легальной организации — профсоюзу, а в профсоюзе — к реальной борьбе по защите законных прав своих и своего товарища. Но с рабочим-активистом будет гораздо труднее расправиться, если за него открыто вступится весь коллектив или подавляющее его большинство, если он станет трясти свой профком, контролировать его, требовать от него не согласовывать никакие незаконные увольнения, сокращения и немедленно опротестовывать все фашистские выходки администрации.

Именно здесь будет очень велика роль тех самых 10–15% рабочих, которые уже понимают, что активист ранее в одиночку боролся за них и вместо них, в одиночку делал вместо них их организационно-техническую, агитационную и профсоюзную (настоящую профсоюзную!) работу. Именно здесь люди начинают наглядно понимать, что одного человека для борьбы и защиты коллектива от капиталистического террора маловато, что необходима крепкая рабочая организация на предприятии, которая включала бы в себя и нелегальную ячейку, т.е. политический «компас», и действительно работающий профсоюз.

В наших нынешних условиях профсоюзу надо уделить особое внимание, необходимо сделать его существующим и работающим не на бумажке, не как бюро по сбору взносов, распределению путёвок и новогодних конфет. Вроде бы союз есть, а как дело обострилось, как случился конфликт с работодателем, — его и нет. А нет потому, прежде всего, что рабочие самоустранились от своего собственного активного участия в профсоюзе, потому что относятся они к нему, как к формальности, как к декорации, а не как к боевой организации, жизненно им необходимой, не как к своему кровному делу, от выполнения которого зависит все их материальное положение. Нужен не безвольно-соглашательский придаток к администрации, визирующий сокращения, увольнения, штрафы и срезание расценок, закрывающий глаза на производственный травматизм и безобразные условия труда рабочих, а настоящий боевой орган экономической борьбы, орган коллективной защиты рабочих, т.е. организация самих рабочих, ведущая их в бой за повседневные, близкие и понятные вопросы заработной платы, труда и быта и подготавливающая рабочих для политической борьбы за власть. Кроме самих рабочих во главе со своим передовым большевистским активом действовать внутри профсоюза некому, при этом одной большевистской фракции в профкоме мало: фракция должна опираться на распропагандированную ею рядовую профсоюзную массу, т.е. на профсоюзное большинство.

Что же делать рабочим, если они столкнулись с гласным надзором и другими проявлениями фашизма у себя на производстве?

Во-первых, понять, если хотите — зарубить себе на носу, что без рабочей организации на заводе или фабрике бороться с фашизмом тяжело, если вообще возможно. Буржуазия и её администрация часто действуют выборочно, запугивая рабочих, показывая террором против конкретного рабочего, что они могут сделать со всем коллективом, если он «будет плохо себя вести». Но вполне понятно, что выгнать или доконать можно одного, двух, трёх человек, а если «плохо себя ведут» 100, 300, 500, 1000 рабочих, то ещё неизвестно, кто кого доконает. Во всяком случае, своих активистов рабочая масса вполне способна защитить, это было доказано всей исторической практикой борьбы рабочего класса, в том числе опытом большевиков, это доказывается и сейчас, на наших глазах там, где рабочие держатся друг за друга. Бывает так, что администрация долго не может «сожрать» и одного толкового активиста, что уж говорить, если за него вступается большая часть организованного коллектива. Ведь для капиталиста пойти на открытый конфликт со всем рабочим коллективом означает гарантированно лишиться всей своей прибыли, а это цель его существования.

Поскольку почти везде ячейки только оформляются, они малочисленны и слабы, постольку вся их работа на данном этапе направлена на создание, активизацию или борьбу за то, что есть под рукой, т.е. за профсоюзные первички на предприятиях. Это правильно, так как ячейкам нужно использовать те структуры и инструменты, которые есть, а не мечтать попусту об идеальных рабочих организациях. Рабочие пока ещё боятся политики, держатся от нее в стороне, они не хотят в одиночку конфликтовать с цеховой или заводской администрацией (не чувствуют пока своей силы!), но при этом они вполне сочувствуют ячейке или активисту и готовы идти на конфликт массой, живущей пока по принципу: «все пойдут — и я пойду». Это принцип «болота», принцип неуверенных в себе людей, не понимающих целей и задач борьбы. Но и это болото на сегодня хлеб: так как пока на большинстве предприятий единственная готовая массовая рабочая организация — это заводская профсоюзная первичка, и у сознательных рабочих и ячейки нет иного выхода, кроме как использовать для начала эту первичку для реальной борьбы по текущим вопросам, в том числе, и за спасение своего товарища.

Нужно отвыкнуть от крайне выгодной для буржуазии мысли о том, что профсоюз — штука бесполезная для рабочего, что он не нужен, что он — это конфетно-путёвочная и банкетная контора, поглощающая рабочие взносы, и только. Каким будет профсоюз — боевым органом рабочих или главным органом хозяев по торможению и сливу классовой борьбы, — это зависит от самих рабочих. Надо напомнить нашим рабочим ещё раз, чтобы стало ясно до тошноты, что ячейка или активисты самостоятельно развернуть профсоюз и заставить его работать не смогут, не хватит ни кадров, ни сил. Ячейка должна в своей профсоюзной работе постоянно опираться на рабочее большинство в профсоюзе, на общее собрание и его решения.

Это означает, во-первых, что те рабочие, которые уже состоят в профессиональном союзе, должны состоять в нём не формально, а фактически, т.е. каждый должен работать в профсоюзе, письменно и устно указывать на проблемы, существующие на предприятии, вести профпропаганду, организовывать стенды, шевелить и беспокоить профком снизу, лезть в профсоюзные дела, чаще собирать собрания, переизбирать предательский профком, если он совсем никуда не годиться, требовать ревизий, аттестации рабочих мест, оценки охраны труда и т.д. и т.п. Лени и пассивности здесь места нет. Лень и пассивность — это залог нищеты и бесправия для каждого рабочего.

Это означает, во-вторых, что там, где профсоюза нет, он должен быть создан. Причём дело не столько в том, кем он будет создан, администрацией или рабочими, дело в том, чтобы рабочие шли в такой союз и там работали, будь он хоть трижды жёлтый и фашистский. Бывает так, что администрация препятствует инициативной группе рабочих в организации профсоюза «снизу», а сама тут же перехватывает инициативу и организует профсоюз «сверху». Естественно, она создает такой профсоюз, какой ей надо, и формирует профком из управляемый ею лиц. Но это не должно смущать и приводить рабочих в состояние проигравших. Проиграет тот, кто сам устранится от работы в таком профсоюзе. И в таком профсоюзе можно и нужно работать. И такой профсоюз можно превратить в настоящий орган борьбы рабочих за свои права. Все в руках самих рабочих.

Нужно ли в этом случае заводить свой параллельный профсоюз? Если ячейка, передовые рабочие и инициативная группа уверены, что в такой союз войдёт большинство рабочих предприятия, то да, смысл есть, но с тем прицелом, чтобы такой рабочий профсоюз смог впоследствии преодолеть раскол рабочего коллектика, постепенно перетащив на свою сторону всю остальную часть трудового коллектива. Если такой уверенности нет, если профсоюз, организованный «снизу», будет малочисленным и раздавленным (а это будет пока что сплошь и рядом, учитывая политическую малограмотность и неопытность наших рабочих)), или коллектив разделится на две части, каждая из которых будет проводить политику «своего» профсоюза, то создание такого союза недопустимо, так как это распыление сил, глупость и абсурд, это раскол трудового коллектива, которым непременно воспользуется капиталист-хозяин предприятия. Получится не массовая боевая единая организация пролетариата, а квартет из басни Крылова, в котором будет кто в лес, а кто по дрова.

Второй момент: поскольку передовым рабочим нужно учиться быть хорошими адвокатами, постольку при всяком проявлении фашисткой полицейщины у них на предприятии нужно поднимать большой шум по поводу законности гласного надзора и всех этих «хронометражей», которые «мешают рабочим выполнять свою работу» (пусть будет и такой аргумент, если он на пользу и в интересах рабочих!). Можно сослаться и на буржуазные законы. В «основах конституционного строя» всех буржуазных конституций сказано, что никто не может подвергаться ограничению свободы или ограничению прав без судебного на то решения. А все нижестоящие законы и положения не могут противоречить конституции, а могут лишь конкретизировать и расширять права человека и гражданина, указанные в конституции.

Ясно, что цена буржуазному закону невелика, ясно и то, что администрация в своей классовой борьбе против рабочих плевать хотела на букву буржуазных законов (ее законов! которые она напишет как ей надо и сколько надо!), но это вовсе не значит, что рабочим не надо протестовать против насилия, тыкая капиталистом носом в ими же определенные «правила игры», т.е. не поднимать шум, не писать жалобы на телевидение, прокурору, СМИ или не подавать в суды. Надо обязательно! И прежде всего, для того, чтобы о фактах произвола и полицейщины узнали как можно больше рабочих и других трудящихся на других предприятиях, которые тоже станут бороться за свои права.  Надо — хотя бы для того, чтобы попробовать сыграть на внутриклассовых противоречиях буржуазии, на ее конкурентной борьбе друг с другом. Бывает так, что к администрации или хозяевам того или иного предприятия есть интерес или «претензии» со стороны тех или иных капиталистических групп, отдельных капиталистов или буржуазного государства. Эти «претензии», создающие угрозу смены хозяина или санкций против высшего руководства завода, рабочим можно и нужно использовать для того, чтобы легально добиться выполнения той или иной нормы действующего закона, которая на руку рабочим, или заставить администрацию попятиться в том или ином конкретном вопросе. Такая возможность иногда есть, её не надо преувеличивать, но ей не стоит и пренебрегать: нелегальные методы классовой борьбы вовсе не исключают использования всех доступных легальных приёмов и методов борьбы против капиталистов.

Третье. В том, что рабочий активист «попал под раздачу» администрации, большая часть вины лежит на рабочем коллективе. Рабочие видели и понимали, что активист долгое время работает в одиночку, стараясь охватить собой весь коллектив, все цеха и участки. Он старался дать листовки и материалы во все бригады, он старался переговорить и провести короткую агитацию среди всех доступных ему рабочих. Он использовал для этого и рабочее время, когда люди собраны на заводе, и личное, нерабочее время, стараясь организовать маёвки, собрания, встречи и т.д.

Кто ему помогал во всей этой работе? Никто. В лучшем случае и время от времени один-два человека, которые, может быть, составят в будущем ядро ячейки. Ясно, что даже в таком относительно простом и техническом вопросе, как печать и распространение листовок, активист был вынужден действовать сам, хотя если бы по одному рабочему с каждого участка\цеха взялись бы помочь в этом деле, толку для всего коллектива было бы на порядок больше. Никто пока что не зовёт открыто к вооружённой борьбе, никто пока что не требует от рабочих непосредственного членства в большевистской ячейке, но оказать посильную помощь агитатору, призывающему рабочих бороться со своим бесправием и прогрессирующей нищетой, надо, рабочие должны подтвердить делом свои слова о том, что они его поддерживают, сочувствуют, думают также, как он и готовы бороться за самих себя, за общее рабочее дело.

Многие рабочие говорят так: я, мол, тебя понимаю и согласен с тем, что вы пишете в листовках; я поддержу вас, но никаких документов и воззваний я подписывать не буду, ни в каких руководящих органах борьбы я тоже участвовать не буду пока что.

Хорошо, пусть так, но можно помочь активисту в технических вопросах, в том, например, чтобы взять у него пару листовок и дать их почитать у себя в бригаде. Активист будет разгружен от беготни по заводу, а стало быть, риск того, что его поймает администрация и обвинит в том, что он не работает, а шляется по территории, снизится. Даже при самой незначительной помощи рабочей массы, при самом примитивном распределении нагрузки риск раскрытия ячейки и рабочих активистов резко снижается. А значит возрастают шансы на улучшение экономического положения для каждого рабочего на предприятии, потому что коллективная борьба рабочих за свои права всегда дает результат, больший или меньший.

В конце концов, если уж товарищи-рабочие заявляют о том, что содержание листовок правильное и нужное, что они сочувствуют активисту, то почему же они до сих пор считают, что борьба за их собственные кровные интересы — это персональное дело этого активиста или ещё двух-трёх передовых рабочих? Не пора ли понять, что это дело общее и коллективное, а актив — это не «революционеры по найму». Актив указывает рабочим наиболее правильный и эффективный путь классовой борьбы, путь большевизма, актив — это штаб коллектива.

Но штаб без армии — это бесполезная контора, равно как и армия без своего штаба — это ослепшая бестолковая толпа. Поэтому если армия хочет побеждать, ей нужно сохранить и защитить свой штаб, помочь ему во всех текущих делах. Не настолько уж трудны и опасны эти текущие дела ячейки или активиста, чтобы рабочим шарахаться от них, как чёрт от ладана. Да, минимальная классовая сознательность, смелость, рабочая смекалка и ум здесь нужны, но что же это за рабочий человек, который лишён всех этих качеств? Это не рабочий получается, а забитое животное, которое восстаёт лишь тогда, когда ему уже режут горло.

Четвёртое. Явный и наглядный фашистский террор против рабочих на предприятии показывает, что к методам экономического принуждения рабочих к труду всё больше будут примешиваться методы насильственного, силового  характера. Элементы лагеря и казармы есть уже сейчас, например, на некоторых нережимных предприятиях вводится система увольнительных записок или специальных разрешений на выход за территорию завода в обеденный перерыв, хотя по закону в личное время рабочий может ходить, куда угодно, кроме мест с ограниченным доступом, разумеется.

Такое полу-лагерное положение буржуазия мотивирует «заботой о безопасности рабочих», «борьбой с терроризмом», некими «интересами общества и промышленности» и т.д. Часть рабочих верит в эту ложь, будучи податливой на аргументы буржуазных чиновников. Эта податливость, половинчатость и идейная нерешительность рабочих может быть побеждена только в ходе постоянной борьбы, когда сами рабочие раз за разом будут убеждаться на своём опыте, что невозможно добиться нормальной человеческой жизни в рамках капитализма. Ограничение свободы рабочих со стороны администрации — это уже не экономическое наступление на уровень жизни, а наступление политическое, когда рабочего в прямом смысле и с помощью фашистского государства хотят превратить в классического раба-каторжника.

В свою очередь политическое наступление буржуазии должно подводить даже самые отсталые массы к пониманию того, что экономическая борьба за повышение зарплаты, расценки, условия труда, длительность рабочего дня и т.п. является недостаточной, что капиталисты и их государство уже не в состоянии организовать хозяйство и дать рабочим мало-мальски нормальные условия жизни, права и свободы. Штрафы ныне подкрепляются надзором, а режим работы — полицейским спецназом на проходных. Всё это показывает рабочим, что «поправлять дела» надо не только в хозяйстве одного завода, но и в политике, т.е. во всем государстве, во всей стране.

Пятое. Активисты должны понимать, что листовки, которые они сегодня распространяют на своих предприятиях, должны не только информировать и агитировать по тем или иным фактам, событиям или тенденциям на заводе. Это только часть дела.  Само распространение листовок не должно заканчиваться, когда то событие или вопрос, которым посвящена листовка, исчерпываются или решаются. А часто бывает именно так: отлегло от задницы — и листовки побоку.

Но смысл-то в непрерывности агитации, в том, чтобы действовать с таким прицелом, чтобы постепенно рабочие стали бы ждать очередную листовку, стали бы требовать от активиста ответа, почему события идут, а отклика на них нет. Постепенно листовка может и должна превратиться в регулярный заводской рабочий листок, освещающий положение дел не только на своём предприятии, но и в районе, области, отрасли, а листок — в филиал рабочей партийной газеты той или иной страны.

Как бы то ни было, принцип листовочной работы на сегодня остаётся прежним: по каждому острому вопросу или событию на предприятии нужно выпускать листовку с объяснением что к чему и «с чем это едят». Рабочие должны привыкнуть к листовке, должны нуждаться в ней, как курильщик в сигарете, она должна постоянно агитировать и разворачивать рабочее мнение в нужное большевистское русло. Здесь, как уже говорилось, задача актива и массы сочувствующих одна — наладить  выпуск и оперативное распространение листовок на предприятии. Если этого не сделать, то грош цена и активу, и особенно тем рабочим, которые заявляют ныне о своём сочувствии коммунистам. Сочувствие без практической посильной работы есть ложь и лицемерие, есть, в конце концов, предательство своего класса.

М. Иванов

О гласном надзоре и «хронометраже»: 55 комментариев

  1. Спасибо! Очень ценные советы, надо ими пользоваться. Действительно, что-то уже надо начинать делать, а то с каждым годом жизнь рабочих людей делается всё хуже и хуже…Судя по тому, какие новые законы принимаются, значит народ всё-таки бездействует… Люди, давайте подниматься с колен!

  2. //Итак, шпику-хронометристу строго предписывается следить, с кем
    //рабочий-активист общается в течение дня, с кем из рабочих заводит
    //разговоры, в том числе, обменивается репликами на ходу. Всех тех, с
    //кем у нашего товарища, попавшего под «хронометраж», были разго
    //воры или обмен репликами, шпик фиксирует и затем докладывает
    //администрации.

    В Белорусии делается гораздо проще. Есть должность ‘начальника службы безопасности’ на заводе. Фактически — замдиректора. Туда ставят отставника из ‘конторы’ (если предприятие крупное) или из милиции или прокуратуры (если поменьше). Затем он с санкции руководства начинает создавать там агентурную сеть. Самый простой вариант — ловят ‘несунов’ и ставят перед выбором — стучать или сдают в милицию с заявой. Сейчас могут действовать попроще — банально ставят перед выбором между сотрудничеством или непродлением контракта. А в РБ сейчас если в семье есть неработающий владеющий квартирой, то ему ПОВЫШЕННЫЕ тарифы на ту же воду.

    О том что такая система создана на БелАЗе писали не раз уже. Скажу сразу, что ‘службу безопасности’ несколько ‘своеобразная’ раздача премий в цехах и хроническое шулерство с выработкой в пользу ‘своих’ людей НЕ ВОЛНУЕТ.

    1. Да в общем-то стукачи были и есть всегда. Я например начал в коллективе работать с 2004 года, и на собственных граблях убедился, что стукача вычислить несложно — как правило это человек с отлично подвешенным языком, который мало что делает, но много болтает. Это и есть те самые уши, которые доносят начальству о настроении в коллективе. На перекурах, за столом или иным образом располагая к себе остальных трудящихся, данные товарищи иногда «какбэ невзначай» поднимают злободневные темы и смотрят реакцию )
      ну а потом, через месяц-два начинаются вызовы к начальству тех, кто мину вовремя не разпознал.
      Поделитесь планами с коллегой — тот поделится с «ушами». Если это вредит компании — возьмут на карандаш. И будут делиться со следующим работодателем и дальше.

      На мой взгляд, коллектив трудящихся сплачивает беда. Товарищи с подвешенным языком мгновенно перестают быть участливыми и целиком и полностью стоят на позициях буржуя. Вот так их и отличаешь от активистов коммунистов, тоже умеющих говорить. Да и как правило левые товарищи от работы не отлынивают.

      Тут в разделе литература была ссылка на биографию Кагановича — почитайте, Вам будет интересно.

      Насчет борьбы alex правильно говорит — ситуация очень простая: если капиталист допустит сплочение коллектива, то он ничего с ним не сможет сделать. А сейчас, на фоне сокращений и прочего, народ реально начинает думать о защите своих прав. И когда однажды сокращенный в очередной раз видит надвигающееся — он уже знает, что «работать больше, за двоих» — это путь в никуда.

  3. //Другой вопрос — что с ними дальше делать? Они честно работают,
    //дисциплину, в общем, не нарушают, штрафовать и увольнять «по ста
    //тье» их вроде бы не за что. Но для того их и «берут на карандаш»,
    //чтобы знать, из кого составлять списки на сокращение в первую оче
    //редь, от кого изолировать не способный постоять за себя рабочий
    //коллектив

    Есть понятие ‘краткосрочный контракт’. Наняли на год — свободен. При принятии на новую работу — звонят на предыдущую. В маленьких городах это это скатывается просто в ужас. Засветился в чём — то — просто не продлевают контракт.

    Ещё вариант ‘оптимизации’ — это перевод задач на субподряд сторонней конторе через ‘тендер’. Туда могут нанимать или бесправных внешних гастарбайтеров или тех же внутренних, которые готовы работать за меньшие диньги.

    //Но поскольку даже забитый, несознательный и кумовской коллек
    //тив наглядно и длительно видит, как администрация издевается
    //над их товарищем, над сознательным рабочим-одиночкой, как
    //подводит его под увольнение, как «хронометрирует» его в течение //недель, доводя до полного физического изнурения, постольку яв
    //ная расправа с ним может обернуться против администрации и
    //разбудить стихийное недовольство других рабочих,

    Поверьте мне. Сталкивался я с этим. ‘Коллектив’ может только коллективно над кем-то издеваться. В остальном ‘разбирайся сам. у меня жена и дети. Ты же их кормить не будешь’. А по поводу ‘кумовства’ — там вопросы решат с неформальными ‘авторитетами’ в чьём ведении нанятый рабочий.

    1. Не стоит так плохо думать о рабочих. С ними надо работать, а не уподобляться буржуям и их идейной прислуге, охаивая рабочий класс.

      1. Я никого не охаиваю, а просто констатирую то, с чем сталкивался в то время. С 1990-х годов менталитет очень поменялся. Сама ценность ‘коллективизма’ просто исчезла. Последнее, что я ещё наблюдал -это начало 2000-х. Дальше все вопросы привыкли решать сначала бесправными распределенцами, которых можно каждый год нанимать новых, а потом уже просто контрактной системой и закрытием глаз на любой беспредел селовиков (даже отставных). И в моём случае речь шла не о заводе, а о БЮДЖЕТНОЙ госконторе. Там ИНОЙ менталитет в принципе. И от рабочего класса там ОЧЕНЬ СИЛЬНО публика отличается. Привыкли, что кто-то должен что-то им делать.

        Дальше работал или в IT-сфере, где людей нанимали на конкретные задачи, а потом увольняли или с деклассированными элементами (там каждый был за себя и даже красть было не зазорно). Ну а ‘заложить’ кого-то руководству — никаких проблем.

        1. Я считаю, что говоря о рабочем классе следует обязательно помнить, что он существует не сам по себе, а в конкретных экономических условиях. Тов. Alex, Вы же сами писали, что рабочие 1917 и 1990 — разные люди.
          На что стоит обратить внимание в белорусских реалиях?
          1) лавинная деиндустриализация. В отличии от Украины и РФ, развал промышленности начался с некоторым запозданием и возможно, в замедленном темпе. Но последствия такие же: уничтожение квалифицированных рабочих мест и общее снижение технологического уровня. Значительный отток рабочей силы.
          2) Введение краткосрочных контрактов. С учетом хаоса в экономике, коллективы крайне нестабильны, редко кто находится на одном предприятии достаточно долго. Это затрудняет сплочение коллектива.
          3) Использование труда «распределенцев».
          Это один из наиболее сложных вопросов, это на мой взгляд даже философская проблема. Одно из ярчайших проявлений отчуждения труда и, в итоге, отчуждения личности. Требует отдельного рассмотрения.

          Сведу к общему знаменателю, то, как я себе представляю ситуацию. В РБ идем полным ходом разрушение рабочего класса, превращение его в деклассированный элемент.

          1. Вывод неверный. И условия «задачи» не верны. Белорусские реалии мало чем отличаются от реалий всех остальных республик СССР и стран народной демократии, где был реставрирован капитализм. Методы и цели классового врага одни и те же. Да, некоторые национальные особенности имеются в каждой республике\стране, но они существены только при конкретно-практической деятельности. О ней же пока речь вы вообще не ведете, вы рассуждаете «в общем и целом».
            Вывод же ложен потому, что имеет место не «разрушение» рабочего класса, и не депролетаризация, а напротив, гигантская пролетаризация иных слоев населения, которая в такой степени не наблюдалась в 20 веке. Это закономерная тенденция развития монополистического капитализма (империализма). Иного и быть не могло. Потому что при империализме господствует уже не класс буржуазии как таковой, а лишь его ничтожный слой — монополистический капитал, который противопоставляет себя всем остальным слоям общества, в том числе своим «одноклассника» — среднему и мелкому капиталу.
            Вы так и не поняли сущности капиталистического способа производства (при условии, что вы хорошо понимаете те понятия, которые используете, например, «деклассированный элемент» и т.п.)

            1. чем отличаются от реалий всех остальных республик СССР и стран народной демократии, где был реставрирован капитализм.
              /////////////////////////////////////////////////////
              В настоящий момент оно так. Отличие, может быть, в более большом количестве госсобственности.
              ////////////////////////////////////
              Вывод же ложен потому, что имеет место не «разрушение» рабочего класса, и не депролетаризация, а напротив, гигантская пролетаризация иных слоев населения, которая в такой степени не наблюдалась в 20 веке.
              ////////////////////////////////
              Вот тут у меня вопросы.
              1) Мы говорим о постсоветских странах. Какие классы существовали в СССР? Была теневая экономика с капиталистическими отношениями, потом в перестройку сделали «легалайз» для всяких фирмочек и кооперативчиков. Но все это сделало капиталистами в том или ином виде довольно малую часть населения. По факту, у нас появилось много пролетариев, довольно много деклассированных элементов и очень незначительный процент капиталистов, включая ипешников и.т.п.
              Не получается ли так, что процесс пролетаризации населения произошел УЖЕ?
              2)По деклассированным элементам: в наших условиях идет деградация и уничтожение промышленности, реального сектора экономики. Разве нет? Причем, идет не вынос промышленности в полуколоним (вывозить почти что некуда), а сворачивание всего, что не приносит прибыли.
              На Западе вынос промышленности привел к переводу занятости в сферу распределения. Но и это не спасает от роста армии безработных, особенно среди молодежи. Кое-где (Италия, насколько помню) это около 10-20%.
              Правильно ли я понимаю, что в наличии избыток рабочей силы?
              3) что остается делать ненужному работнику?
              В лучшем случае, соглашаться на любую работу. До сих пор не редкость, когда, например, инженер идет на СТО гайки крутить. В худшем пытаться начать «мутить бизнес» (и как правило, прогореть).
              Изучите этот документ, тут о частном секторе экономики РБ включая ипешников
              http://www.belstat.gov.by/ofitsialnaya-statistika/publications/izdania/public_compilation/index_9326/
              Как видите, был якобы даже рост числа фирмочек и ипешников. Данные не вполне объективные, поскольку не учитывают значительную теневую экономику.

              1. Как последнее согласуется с моим тезисом о разрушении пролетариата? Помимо деградации профессионального уровня, когда труд невостребован, или востребован только низкоквалифицированный (та же отверточная сборка), имеем уход населения из «нормальной» экономики.
                Что это значит в условиях РБ?
                В отличии от стран Запада, у нас пособие по безработице почти отсутствует. его величина, кажется, 20 долларов. Но похожая картина и в РФ, и в Украине. Поэтому для пролетария есть:
                1. «Свой бизнеса» в виде перекупов, шабашек и.т.п. Не редко это происходит без регистрации, чтобы не платить налоги и избежать проверок. Естественно, и контракты не заключаются. Судебная система работает в целом на крупный капитал, как и законодательство. Итог — Прививается нигилизм к любой правовой системе, спорные вопросы между «бизнесменами», а также между «бизнесменами» и потребителями решаются или на честном слове, или иными внесудебными способами. Например, кулаками.
                2. Откровенно криминальные способы заработка, например, контрабанда. В приграничных районах это у нас довольно развито — например, перепродажа бензина в Польшу.
                3. Случайные заработки. Многие из 500 тыс. Тунеядцев живут так.

                1. К чему все это? Все это есть везде. И в РФ, и в других странах. Что вы все время выпячиваете Белоруссию, как будто на ней свет клином сошелся?

                  1. Уважаемый Alex!
                    Просто площадок, где адекватные люди с левыми убеждениями из Белоруссии могли бы и между собой и с товарищами из других ‘загонов’ пообщаться на политические темы НЕТ. Так что извиняйте, если перегибаем. РБ хронически варится в собственном соку. Надеюсь, ещё адекватные граждане присоединятся. Вместе будем марксизм изучать и разбираться в нашем дурдоме.

                    1. А кто вам мешает использовать соцсети, а еще лучше — собрать думающих людей из РБ в реале?
                      Поймите одно — РП не место для досужей болтовни. Мы здесь учимся бороться, и нам нужны не мнения, а знания, опыт такой борьбы, чтобы его использовать у себя в трудовых коллективах.

              2. «Какие классы существовали в СССР?»
                В разное время разные классы существовали. Смотря о каком периоде советской истории идет речь. Но в любом случае СССР не был бесклассовым обществом еще, рабочий класс и колхозное крестьянство — это 2 основных класса советского общества (неантагонистических!).

                «Была теневая экономика с капиталистическими отношениями,»
                В СССР не было никакой «теневой экономики», да еще с «капиталистическими отношениями»! Это все выдумки буржуазной пропаганды. Не могут существовать «капиталистические отношения» при отсутствии частной собственности на средства производства и наемного труда людей, лишенных средств производства, ввиду отсутствия таковых в СССР.

                «По факту, у нас появилось много пролетариев, довольно много деклассированных элементов и очень незначительный процент капиталистов, включая ипешников и.т.п.»
                С реставрацией капитализма в стране возникли новые общественные классы, и «деклассирование» можно понимать только так, — как исчезновение одних классов и возниконовение других классов, и следовательно, переход бывших членов одного класса в новый общественный класс — класс капиталистического общества.
                ИПшник отнюдь не всегда капиталист. ИП — это юридическая форма, а не политэкономическая сущность. ИПшник может сейчас быть и трудовой мелкой буржуазией (аналог ремесленника начала 20 века), и наемным рабочим. Нужно научиться отличать форму от содержания.

                «Не получается ли так, что процесс пролетаризации населения произошел УЖЕ?»
                Не населения — классов. Населения не существует, есть классы. Пролетаризация — это процесс перехода в класс пролетариев = людей, лишенных средств производства. Пролетаризация и произошла и еще продолжается. Она шла гигантскими темпами в период уничтожения социализма и реставрации капитализма. Все классы и слои советского общества были лишены СП и подавляющая часть людей стала пролетариями. Те, кому достались кое-какие СП (мелкая и средняя буржуазия, примыкающие к ним служащие, часть интеллигенции), сейчас разоряются, и скатываются в класс пролетариев.

                П. 2, извините, комментировать не буду — какая-то невнятная каша, далекая от марксизма. Экономика, кстати, всегда реальная, нереальной экономики не бывает.
                П. 3, по-моему, риторический, и тоже в комментариях не нуждается.

                За ссылку на официальные данные по Белоруссии спасибо. Хотя было бы лучше, если бы вы сами их проанализировали с точки зрения марксизма и подготовили бы статью по теме классового состав РБ и занятости, а РП бы ее опубликовал.

                1. //В СССР не было никакой «теневой экономики», да еще
                  //с «капиталистическими отношениями»!

                  Ну капиталистических отношений не было, но некоторый теневой сегмент, направленный на восполнение отсутствующих или дефицитных на рынке товаров или распределение излишков существовал. Сужу по своей семье. У нас с 1940-х годов было направление подработок — меховые работы (пошив шапок ‘таблеток’ и шуб). Но это было чисто внутрисемейной халтуркой.

                  Могу сказать, что в тех же 1980-х, которые я застал, существовало и разделение труда на этом ‘рынке’ между такими же структурами: кто-то разводил нутрий или ходил на охоту, кто-то занимался выделкой шкур, кто-то шил. Могли бы мы без этого обойтись? ЗАПРОСТО! Была эта экономика ‘теневой’? С точки зрения нынешних кодексов РБ — ДА! Мы же налоги не платили и документов не оформляли… Была ли у нас потогонная система? Нет. Были ли наёмные рабочие? Нет.

                  Подобных ‘схем’ хватало. Кто-то разводил коз и продавал молоко. Кто-то имея коня осенью и весной распахивал и т.д. огороды (у нас возле Орши хватало территорий среди ЖД путей, которые самовольно распахивались с 1940-х годов.). Были коптильни для холодного и горячего копчения (свиней разводили, а промышленных холодильников ‘ларей’ не было).

                  1. Могу только повторить сказанное ниже — о необходимости учебы. Если бы знали мл-политэкуономию, то вы бы поняли, что ваша «внутрисемейная халтурка» (как и все перечисленное в последнем абзаце) ни к какой «теневой экономике» отношения не имеет. Это НЕ бизнес, и НЕ капиталистические отношения. Это индивидуальное мелкое товарное производство (аналог ремесленничества), которое в СССР НИКОГДА не было запрещено.

                    1. ///////////////////
                      А кто вам мешает использовать соцсети, а еще лучше — собрать думающих людей из РБ в реале?
                      //////////////
                      Насколько знаю, регистрация в соцсетях требует указания телефонного номера. Что в условиях РБ автоматически означает деанонимизацию. До определенного времени это ничем не грозит, до момента, когда человек перейдет к иным действиям. Дальше в лучшем случае вызов на беседу, в худшем уголовная статья. Призывы к изменению государственного строя не пройдут безнаказанно, так что использования вконтактиков и одноклассников автоматически означает поставить под удар как себя, так и единомышленников. Почему не трогают участников «типа националистических» групп? Да потому же, что они как «неуловимый Джо» из анекдота никому не нужны. И более того, могут быть полезны.
                      Единомышленников искал, зондировал и зондирую настроения в коллективе. Пока результат такой — таковых нет. Несогласные есть, но дальше ругани на курилке дела не идут. О том, чтобы изучать теорию или тем более бороться, речи не идет. Обывательские разговорчики и реальные действия разные вещи. Мне один прямо сказал, вот ты поборись, а я посмотрю. Если получится, может и присоединюсь.

                    2. Что в условиях РБ автоматически означает деанонимизацию.
                      Только не разводите детский сад, ок? Если вы такой проблемы, как найти симку с «левым» номером решить не способны, о какой борьбе за социализм можно вести речь?
                      Пока результат такой — таковых нет.
                      Таковые есть и полно. В том числе большая часть тех, с кем вы разговаривали. Вы просто не научились работать с людьми, не знаете, как к ним подходить. + Мало еще знаете и понимаете сами. Говорю это с полным правом, поскольку мы сами прошли через этот этап. Это этап роста политической сознательности — от сторонника социализма до коммуниста. Если станете непрерывно учиться, овладеете громадным объемом знаний не только мл, но и истории, и других наук (настоящих наук, а не той чуши, которую буржуазия подает сейчас под видом науки!), то вас станут слушать, и будут разговаривать с вами всерьез. А пока вам нечего людям сказать, вы сами еще ничего не знаете, не знаете главного — КАК изменить эту жизнь, КАК вернуть социализм.

                    3. Это НЕ бизнес, и НЕ капиталистические отношения. Это индивидуальное мелкое товарное производство (аналог ремесленничества), которое в СССР НИКОГДА не было запрещено.
                      /////////////
                      Так товарищ это признает, вопрос в том, что если до 50-х это не щемилось, то потом, не приветствовалось.

                      А что можно сказать о цеховиках и.т.п..?

                    4. Цеховики — это тоже НЕ капиталисты, ибо нет все тех же 2-х важнейших условий капиталистических производственных отношений: средств производства, находящихся в собственности цеховиков, и наемного труда людей, лишенных средств производства.
                      Цеховики паразитировали на станках\цехах, принадлежащих всему народу (общенародная собственность (государственная)). Это ХИЩЕНИЯ с точки зрения марксистской политэкономии и советского уголовного права, а не капиталистические отношения.
                      Далее, в СССР, поскольку все средства производства в промышленности были общественной собственностью, а значит собственность каждого гражданина страны, в принципе не существовало людей, лишенных средств производства. Отсюда — не было безработицы даже в помине! Напротив, была повсеместная нехватка рабочей силы. Отсюда — не было голодных и нищих, не имеющих возможность трудиться и заработать себе на жизнь.

                      Байки про «теневую экономику», якобы существовавшую в СССР, стала контра распускать в перестройку, чтобы провести лживую, гнилую идею в головах советских трудящихся, мол, якобы советский социализм сам родил капитализм, и это развитие советского социализма (неправильное!) было закономерным, иного «экономического» развития быть не могло. Тем самым скрывалось самое важное — классовая борьба, действия контрреволюции, поддерживаемой из-за рубежа.

                2. ////////////////////
                  Смотря о каком периоде советской истории идет речь. Но в любом случае СССР не был бесклассовым обществом
                  ///////////////////
                  Говорим об 80-х, как периоде распада. Однако, класса эксплуататоров почти не было. Если говорить о «нормальном» секторе экономики, а не криминальном, то не было вообще, до конца 80-х. Пролетаризация началась с легализации частного предпринимательства и кооперативного движения. Например, человек паял платы по сдельному договору — кооператив занимался приставками для телевизоров. Думаю, тут явное проявление продажи рабочей силы.
                  //////////////////////
                  Это все выдумки буржуазной пропаганды. Не могут существовать «капиталистические отношения» при отсутствии частной собственности на средства производства и наемного труда людей, лишенных средств производства, ввиду отсутствия таковых в СССР.
                  /////////////////
                  Не буду ручаться за правдивость, слышал, что единоличники в Средней Азии нанимали батраков. Цеховики и фарцовщики, это кто? Как более распространенный пример, использование заводского оборудования в личных целях. Последнее и сейчас есть.
                  Если рассматривать худшее, то происходит и кража материала.
                  Другой момент, насколько это имело влияние до определенного момента?

                  Далее, действительно произошло исчезновение классов советского общества, собственно, о чем я и пишу. И на счет ИПшников я тоже соглашусь, добавлю только что не редкость, когда ИПшник находится в положении БАТРАКА.
                  Основной вопрос в тезисе о том, что пролетаризация продолжается сейчас. Я пока считаю, что она завершилась еще в середине 90-х. Сейчас мы видим только «хвост». Собственно, Вы сами пишите:
                  «Она шла гигантскими темпами в период уничтожения социализма и реставрации капитализма. Все классы и слои советского общества были лишены СП и подавляющая часть людей стала пролетариями».
                  То есть имел место скачок, переход системы из одного состояния в другое.
                  При этом, масса всяких мелко-буржуазных элементов разорилась еще в те же 90-е, когда на рынок хлынул поток различного барахла. Тот мой пример с кооперативом, что приставки к тв делал, ну не думаю, что его владелец стал стивджобсом.
                  По второму пункту, доходим до главного момента.
                  1. Я имею ввиду, что экономика, основанная на производстве деградирует. Сколько заводов было уничтожено, знаете лучше меня. Или, пример, завод «диод», ныне оао » диод» занимается выпуском БАДов. Белорусский интеграл имеет значительную прибыль от сдачи в аренду площадей. Многии НИИ НАН РБ делают тоже самое.
                  2. На первый план приходит экономика другого вида, торговля и спекуляция. Но эти процессы же не создают продукт и прибавочную стоимость, я правильно понимаю?
                  Они получают прибыль из распределения уже созданного продукта.
                  Возможно не прав, вижу так:
                  Есть добывающая промышленность, есть отрасли, ее обслуживающие. Тут только тоже не все просто, многое оборудование сделано на западе. Есть транспортные магистрали. Эти отрасли создают возможность для функционирования торговли.
                  3. Деградация производства сокращает рабочие места. Во что превращается пролетарий, когда он не может продать свою рабочую силу по причине ее невостребованности?

                  По анализу классового состава РБ, что подскажите прочесть, чтобы иметь такую возможность. На что следует обратить внимание? Мы признаем, что знаний еще мало, это нужно исправлять.

                  1. Говорим об 80-х, как периоде распада.
                    Вот 80-е то, как вы говорите, «период распада» (разрушения и сознательного, а не распада! уж сколько РП об этом писал!), я бы сейчас брать в рассмотрении не стал. Во-первых, 80-е годы были разными, есть первая половина, до объявления Горбачевым контрреволюционных реформ, а есть 2-я половина, когда шел активный процесс разрушения социализма и одновременно процесс становления капитализма в стране. Вы сейчас, не имея необходимых знаний и самое главное — понимания диалектики, просто не разберетесь, как происходило уничтожение одних классов (социалистического общества) и возникновение других классов (капиталистического общества).
                    Разбирайтесь со всем постепенно. Не торопитесь, дойдете и до понимания этого наисложнейшего периода советской истории.
                    Начните с изучения капитализма, что это такое и «с чем его едят».

                    По пп. 1,2 могу только повторить сказанное — начните с серьезного изучения капиталистического способа производства, иначе путаница у вас будет продолжаться бесконечно. Вы мыслите хорошо, но не обладаете необходимым знаниями для ПРАВИЛЬНОГО мышления.
                    Аккуратнее со словом «экономика», в разных условиях — при социализме и при капитализме — она совершенно РАЗНАЯ. Суть экономики при социализме — удовлетворение потребностей людей соц. общества. Сущность капиталистической экономики — производство прибавочной стоимости (прибыли, если говорить обывательским языком). Отсюда и слово «производство» имеет 2 смысла: производство техническое — материального продукта (на заводах, фабриках, электростанциях, шахтах и т.п.), и производство прибавочной стоимости (ПС). Вот это последнее при капитализме и есть собственно «экономика».

                    Производство ПС делится на 2 части: производство товара (материального продукта), т.е. производство в техническом смысле, и его обращение (продажа на рынке), то есть изымание из товара прибавочной стоимости. Обращение товара (торговля) завершает цикл капиталистического производства (производства ПС) и является его неотъемлемой частью.

                    При таком (марксистском!) понимании становится ясно, что о «деградации экономики» мы вести речь не можем в принципе. Капиталистическая экономика и не думает деградировать, ровно напротив, она развивается по объективным экономическим законам капитализма. Капиталистическому производству (производству ПС) нет никакого дела, где именно технически производится товар, ему важно получение в итоге ПС, а это имеет место сейчас во все увеличивающихся масштабах.

                    Капиталист, стремящийся к получению ПС, переносит техническое производство туда, где ему выгоднее, где меньше заработная плата. То, что при этом в какой-то стране сокращается количество рабочих мест, ему только на руку, потому что в этой стране вслед за сокращением рабочих мест неизбежно упадет и заработная плата. Она будет падать до тех пор, пока не станет сверхнизкой (горсть риса, например!), и это поменяет ситуацию — капиталисту теперь станет выгодно вновь ставить заводы и фабрики в этой стране, потому что здесь у него будет ПС выше, чем где бы то ни было.

                    Отсюда вывод: реставрация капитализма в республиках СССР, в Белоруссии в том числе, не могла не привести к деградации промышленности и с\х, к уничтожению множества производящих продукцию предприятий, ибо только таким путем можно было создать миллионы безработных, готовых трудиться за низкую зарплату.

                    п.3. Безработные рабочие относятся к классу пролетариев, при условии, что они еще не потеряли надежду найти работу и не скатились к слой люмпен-пролетариев.

                    По анализу классового состава РБ, что подскажите прочесть,
                    Прочесть нечего. Нет пока такого материала — анализа, сделанного с позиций марксизма. Его нужно готовить. А длоя этого нужны грамотных марксисты, которых в РБ, видимо, пока не имеется. Возьмите на себя такую задачу.

    2. Краткосрочный контракт, я знаю, ест в США. У моего знакомого дочка там живёт. На авиапредприятии такая основа — отработал — гуляй. А так в РФ равнение на запад, то нас это тоже ждёт.

      1. На ‘Хартии 97’ была информация, что такую же схему с ‘односменной’ занятостью практикует в Чехии немецкий автопром. Напимают работников на одну смену и по окончании выплачивает деньги. Там речь шла о визуальном контроле компонентов, которые идут потом на конвейер.

  4. Ещё в копилку по поводу методов давления.
    https://charter97.org/ru/news/2019/6/28/339401/

    Работник оспорил самодурское поведение руководство на госконторе, а то в РБ не прощается. ‘Коммерсы’ могут просто уволить нахрен или ‘кинуть’ по деньгам, а в госструктурах руководство считает себя аватаром б-га на земле. Начинаются издёвки с ‘отсаживанием’. Я сам такое проходил (но там без мордобоя было). И ‘коллективу’ было на это ..глубоко. ‘Мы же бюджетники…’. За меня, правда, ‘вписалась’ часть руководства, но оно в итоге всё равно уволилось.

    На госконторах в Белоруссии беспредела ещё больше чем на ‘коммерсах’. И им ‘спускают’ гораздо больше огрехов. Начиная от нарушения трудового законодательства и оканчивая ‘киданием’ поставщиков. У нас госсобственность отчуждаема быть не может ибо это частное имущество табора семьи лукашенко.

    1. На самом деле, различие между коммерсами и госконторой в степени доступа к «административному ресурсу», и в некоторых случаях оно нивелируется. Например, формально структура частная, но государство имеет долю акций. Или, что тоже не редкость, владелец фирмы имеет родственника, знакомого в нужных структурах или тупо отстегивает бабки кому следует. Из практики: чуть не устроился в одну контору, занимавшейся установкой сигнализаций. Обещали кучу ништяков, но с условием обязательного обучения и сдельной з.п.
      Сразу вызвало подозрение то, что кабинет директора был увешан иконками, церковными грамотами и совместными фото с различными попами. Навел справки, оказалось, что набожный господин регулярно нарушает ТК, зарплаты не выплачиваются месяцами, наличествует текучка кадров.
      Но это все сходило человеку с рук.

    1. Может давайте в комментариях обсудим, что сейчас творится в сфере отношений между разными классами на заводах. Просто про РБ я высказал. Интересно узнать и про РФ, и про Украину.

      У нас своя специфика (краткосрочные контракты, распределение после ВУЗов и не только, законы о тунеядстве). Что-то из этого заимствует РФ, что-то нет… Вопрос в другом. Надо в любом случае решать, как противостоять всей этой мути.

      1. Противостоять этой мути можно только организовывая коллектив на борьбу за свои права. А для этого надо долго и нудно работать персонально с каждым в коллективе. Что бы у каждого, или хотя бы если и не у каждого, то у части коллектива в голове произошел сдвиг сознания. Без сознательного коллектива, всякая борьба становиться борьбой одиночки, которого быстро сливают за ворота.

  5. У нас, на складе, где я работаю, тоже стукачей разводят. Грузчик-киргиз попался на ложном больничном и ему предложили стучать на всех рабочих. За это его оставили на работе. Вскоре, его избили киргизы-грузчики, видимо закладывал. После этого он уволился. Среди уборщиц склада и офисов такая же история. Начальник старается разговорить женщин, дружески общаясь с ними…Потом выявляет из них самую работящую, которая не прочь пожаловаться на другие бригады уборщиц, приглашает в службу безопасности и там ей предлагают стучать на всех. Мы уже вычислили стукачек, их не любим, при них ничего не говорим. На каждом туалете написано объявление , что если мы что-то подозрительное заметим за человеком, то можно звонить по такому-то номеру…Охранники меняются, как перчатки, не успеваем запоминать в лицо. Один из них, увольняясь, сказал нам, что невозможно работать, администрация заставляет искать во всех поступках рабочих что-то нехорошее, писать на них докладные, иначе премии не будет… Многие охранники не выдерживают этого… Я разговорилась с грузчиком-киргизом, ему около 40 лет, он говорит, что если бы русские рабочие поддерживали бы гастарбайтеров, вместе сплотились бы, то можно ситуацию исправить… Ослабить давление на рабочих, уменьшить интенсивность труда… Но это всё сообща. Такие вот дела.

    1. Молодец грузчик-киргиз! Все правильно думает. Хорошо бы до российских рабочих это дошло, что нужно не конкурировать с «мигрантами», а объединяться и вместе бороться за права рабочих, скручивая в бараний рог капиталистов. И еще важнее, чтобы необходимость работы с рабочими-мигрантами осознали коммунисты (точнее те, кто пытается таковыми быть). Не воротили нос от них, а немедленно приступали к делу. Тем более, что возможностей для такой работы — тьма.

    2. //Охранники меняются, как перчатки, не успеваем запоминать в лицо.
      //Один из них, увольняясь, сказал нам, что невозможно работать, адми
      //нистрация заставляет искать во всех поступках рабочих что-то нехоро
      //шее, писать на них докладные, иначе премии не будет… Многие охран
      //ники не выдерживают этого…

      Я в шоке. Где их набирают? На бирже труда?
      В Белоруссии охранник это должность ‘блатная’ и по-факту зарезервирована за отставниками из МВД. У нас между ‘селовиками’ и гражданами во многом пропасть, как Каньон в США. Власти изначально всё свели к формуле ‘силовик [чиновник] всегда прав’ и в суде и т.д. И в итоге у нас давно уже есть ‘новое дворянство’ из ‘госслужащих’ (с отдельной пенсионной системой) и ‘селовиков’ (набирают как правило из жителей деревень и т.д. после службы в армии). А ‘продвинуться’ по службе или просто доработать до пенсии в 45 лет можно только откровенно подтасовывая документы, издеваясь над гражданами и т.д. Враньё в судах наших ‘правоохренителей’ стало уже банальностью как жёлте листья в сентябре. Реально наказвают единиц и то по мелочи. В итоге они ‘выходят’ на ‘некислую’ по белорусским меркам пенсию и с осознанием собственного величия и безнаказанности. В итоге избиения гиперах охранниками-отставниками (особенно этим славится ‘Корона’) уже ни для кого не секрет. То же самое и в метро, где вместо дежурного милицинера и пенсионерки у турникетов сейчас тусуется по 3 рыла в непонятной форме с дубинками и наручниками. А среди ‘труженников села’ в открытую хватаются тем, что ‘мой сын пойдёт милиционером после армии — будзець гарацких лупиць’.

      То же самое и по заводам.Извините, но у меня есть опыт работы на заводе и могу сказать, что реально эта ‘публика’ считает работяг просто говном, которого можно обшмонтать и т.д. Когда на просторах РФ ‘растворилась’ целая фура с продукцией ‘служба бизопасности’ не сделала Н И Ч Е Г О.

      1. Отвечу, хотя не Татьяна.
        Охранники разные. И набирают их иногда действительно на бирже труда. Изучайте политэкономию, тогда поймете как и почему капитал может заставить одних неимущих пролетариев становиться своей прислугой и душить других неимущих пролетариев.

        1. //Охранники разные. И набирают их иногда действительно
          //на бирже труда.

          Понимаете, Alex, Вы переносите некоторые моменты из РФ на РБ. В Росфедерации, конечно, есть ‘басманное’ правосудие и т.д., но ‘презумпции правоты милиционера’ в массовом порядке ещё нет, например, как и адвокаты частные присутствуют, а не из ‘коллегий’, которые предпочитают в ‘политику’ не лезть. Ну и ‘должностное лицо’ ещё не стало аватаром б-га на земле и ширмой, за которую можно прятаться и плевать в окружающих, а чуть что — орать об ‘оскорблении’ и ‘клевете’ даже если в твоих ответах в ‘вконтактике’ читатели увидели грамматические ошибки (как было в Жодино с одной ответственной за ‘культурку’ начальницей из исполкома). Даже если ты — мелкий чиновник.

          А относительно политэкономии и т.д. безусловно правы. Тут и её надо изучать, и историю откапывать от наносов вранья и ‘демократической интеллегенции’, и хрущёвско-брежневской хунты.

          1. Дополню:
            По поводу ‘ как ‘ : для этого можно просто включить говновизор. Сегодня с утра ‘порадовал’ РБК (да-да, он у нас в Белоруссии в том же Минске идёт в кабельной сети, а при желании можно и со спутника смотреть): ‘разборки’ между работниками на печально известных нефтяных месторождениях Казахстана, где были даже убийства рабочих активистов. То казахи лупят ливийца, то турка, то охрана лупит китайцев.
            https://www.rbc.ru/society/29/06/2019/5d176b0b9a7947251b3af1a3?from=from_main

            Причём в открытую по ТВ сказали, что у иностранцев более высокие зарплаты (на сайте этого нет).

            Кстати, у нас на ‘стройке века’ под названием БелАЭС в Островце хоть и не доходит до мордобоя и разборок между работниками из разных стран (вся площадка нашпигована дармоедами в штатском и запрещено проносить и фотоаппараты и телефоны), но работниками из России платят гораздо больше, чем белорусам, да и последние делятся ещё на вольнонаёмных из местного населения и работников подрядных организаций и подневольных (ЛТП и т.д.). Последние фактически работают за еду, ибо тех денег, что им платят на большее чем на курево не хватит.

              1. Ну я бы сказал, что Вы несколько..не правы. Во-первых, Вы смешиваете заключённых и ЛТПшников. Да-да, у нас в Белоруссии и ЛТП остались и вытрезвители. Разница в том, что в КПЗ, СИЗО и непосредственно на ‘зону’ попасть можно только при наличии ‘дела’, ‘приговора суда’ и т.д. А в ЛТП можно попасть на 1-2 года по ВНЕСУДЕБНОМУ постановлению (фактически, по решению комиссии). Иными словами — получили за год пару штрафов за распитие пива на улице или просто за то, что шли из гостей после застолья — готовьте вещи (прецеденты были). Конечно, в ЛТП хватает алкашни и дебоширов, но одно дело — изоляция, а другое — рабский труд. Заметьте, я не НЕ ГОВОРЮ про работу непосредственно заключённых. Если в РФ в эту систему влезли ‘коммерсы’, размещая в тюрьмах заказы и получая продукцию (в частности, спецодежду) по более низким ценам, то в РБ всё это является монополией государства.

                Ещё одна тенденция в РБ — перевод заключённых на самоокупаемость. Если человек попал по административке на ‘сутки’, то оплачивает своё нахождение там. Вариантом ЛТП является помещение семьи в СОП. Иными словами, если родители не работают официально или кормятся со своего хозяйства (в сельской местности хватает тех, кто не хочет за гроши и за сельхозпродукцию в колхозах и или мотается по заработкам или ещё что) комисия из гороно может поместить детей в детдом, а родителям вставить счёт на их содержание там. Повод — найдут. Реально доводили людей до самоубийств угрозами (реальные случаи). Никто наказан не был.

                А недавно (уже бывший( министр МВД озвучил идею целые колхозы формировать из заключённых. Иными словами, труд школьников и студентов сезонный уже не спасает. Будут переходить к откровенно рабскому круглогодичному.

          2. Вы плохо знаете реалии России. И слишком преувеличиваете страшилки РБ. У вас еще относительно терпимо, хотя тоже не сахар.

            1. Увааемый Alex, почему если ‘у нас ещё относительно терпимо’ под 1 000 000 жителей Белоруссии находятся в России или на заработках или на ПМЖ?

              И ещё: Вас государство ЗАСТАВЛЯЛО приватизировать по КОММЕРЧЕСКОЙ стоимости квартиры, полученные ещё в 1960-х..1980-х годах, как у нас недавно?

              1. Не лезьте в спор, не имея достаточной информации.
                Вы сказали глупость, это во-первых: приватизация — это не покупка на рынке, да будет вам известно, так что «приватизировать по коммерческой стоимости» нельзя в принципе. Можно заставлять выкупать, это да. Но не приватизировать!
                Во-вторых, РП сто раз писал об империалистическом характере буржуазной РФ со всей вытекающией отсюда колониальной или полуколониальной политикой в отношении бывших советских республик (из числа тех, до которых РФ может или ей позволяют «старшие партнеры» «дотянуться», ест-но). Но это не отменяет полуколониального, напрочь зависимого от европейского и американского капитала заратера самой РФ. Миграция в «цивилизованные» кап. страны из России за годы реставрированного капитализма колоссальна, в количественном отношении она намного превышает указанный вами 1 млн. человек.
                И третье, последнее, прекратите здесь на сайте постоянно писать о Белоруссии. Нашим читателям, конечно, интересно, что происходит в близкой нам республике, но не настолько, чтобы все время читать только о ней, да еще писания в сверхпреувеличенном стиле «вам всем еще хорошо, а вот у нас в Белоруссии хреновей всего!». Это уже просто смешно. Особенно по сравнению с республиками, например, Средней Азии, тоже, кстати, бывшими советскими.

                1. Терпимо в РБ было, лет 15..20 назад. У нас не успели произвести «прихватизацию» как в других странах бывшего СССР, при этом промышленность еще находилась в сносном состоянии и было множество контрактов с той же РФ, где некоторые отрасли были (и есть) в бедственном состоянии. Помогло и лавирование с дешевой нефтью, кредитами от всевозможных МВФ и.т.п. Сейчас кредиты надо возвращать, а халявная нефть кончилась.
                  Поэтому уже довольно давно произошел переход от державности к откровенному неолиберализму. И в правительстве рулят всевозможные Румасы.

                  1. В РБ была «прихватизация», но немного в иной форме — в форме ГМК (государственно-монополистического капитализма). Средства производства то перешли из рук всего народа Белоруссии в руки класса капиталистов. А вы говорите «не было приватизации».

                    1. //В РБ была «прихватизация», но немного в иной
                      //форме — в форме ГМК (государственно-
                      //монополистического капитализма).

                      Это да. Но!
                      Государство (фактически клан лукашенко и приближённые олигархи) не было единоличным прихватизатором изначально. Оно со 2-й половины 90-х годов и до нынешнего времени занимается ‘отжатием’ активов и консолидацией их у ‘нужных’ людей. Власти изначально боялись, что неподконтрольные ‘бизьнесьмены’ будут лезть в политику или хотя бы финансировать оппозицию. РБ это уже не государство, а поместье табора лукашенко, где развиваются внеэкономические методы принуждения к труду.

                    2. Вы пишете о том, что пока еще плохо понимаете. В том числе плохо понимаете историю развития, становления современного капиталистического государства Белорусь. Извините, не хочу заниматься здесь ликбезом. И комментировать такую обуыватенльщину не хочу. Отсылаю вас к классикам и учебникам по марксизму. Посоветую уделить особое внимание эпохе империализма.

                    3. В РБ была «прихватизация», но немного в иной форме — в форме ГМК (государственно-монополистического капитализма).
                      ///////////////////////////////////////
                      В этом отношении я согласен, в том плане, что народ лишился своей собственности. Но различия есть:
                      1) госсобственность — это общая собственность класса капиталистов. Не собственность конкретного лица.
                      2) в РФ и Украине, Прибалтике было распространено такое явление, как приватизация с целью уничтожения. Уничтожалось производство для возможности установления монопольной цены на товары определенной «своей» фирмы, в крайнем случае для возможности ввоза иностранных товаров (как понимаю, эти явления имеют свои различия). Также распространена скупка предприятий из-за земли. Разрушить радиозавод и построить торговый центр.
                      (
                      Последнее к вопросу — что происходит с пролетариатом? Рабочие места уничтожаются.
                      )
                      В РБ долгое время эти процессы были заторможены. Предприятия старались сохранять, чтобы не будоражить народ и проворачивать схемы освоения госсредств. Но это подошло к концу, теперь даже в центре Минска хватает заброшек или полумертвых цехов. Завод «Горизонт» например.

                2. Также предлагаю начать конструктивный диалог. Составьте список из наиболее интересующих вопросов, чтобы мы могли на них ответить и попутно на их базе заниматься самообразованием.

                    1. Конкретно, по вопросу с РБ. Это будет интересно всем, и возможно внесет ясность в некоторые более глобальные вопросы, вроде реставрации капитализма и его развития.
                      А для конкретно нас важно на практике изучать политэкономию

                    2. Интересен марксистский анализ ситуации в РБ, а не пустые умствования. Такого полно везде, и толку нет. Никому.

                3. Выгодней такое положение ? Иметь полуколонии из бывших республик для РФ, как для метрополии ? Чем вновь цельное государство ? Не есть ли это причина препятствующая идее нашего общего обьединения в границах СССР ? Ибо не только препятствует этому национальный капитализм защищающий свои привелегии перед чужим но и интересы собственных буржуев ?

  6. Бывает ещё так, что хронометраж требуют сами рабочие. После порезки норм. Потому что, зарплата резко падает. Вот у нас с июля чик-чик на 25%.

  7. О том, что сейчас нет фашизма — ложь!
    Я две недели назад устроился на завод на линию. Не успел я встать в линию и хоть чуть-чуть узнать операцию, как мне тот громила с ходу рявкнул » ты чё, давно по ебалу не получал?!»
    Теперь постоянно крутится где-то рядом.
    Со сменщицей поговорил в пересменке, мол, на этой операции как минимум два человека должны стоять. Она сказала, что можно привыкнуть, и что ей всегда кто-то да помогает.
    Мне в тот день никто не помог.

Добавить комментарий для Red_PestyZide Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.