Станкозавод им.Седина. Как рабочим не стать игрушкой в руках буржуазии. (продолжение)

Начало

Политика импортозамещения — последний удар по российскому станкостроению

Последний, заключительный удар по Краснодарскому станкостроительному заводу Седин нанесло российское правительство с его политикой импортозамещения.

Говорилось об импортозамещении у нас в стране  много, да вот только делалось все «с точностью до наоборот». В российских СМИ об этом писалось, и не раз. То с электроникой, необходимой, в том числе для производства самых современных видов вооружения, в России полный швах, причем до такой степени, что чуть ли не на 98% зависим от иностранных поставщиков, и при этом никаких существенных подвижек в развитии данной отрасли не наблюдается. То электронное машиностроение в нашей стране практически отсутствует, и отсутствует по той причине, что наши станки будут «неоправданно дорогими»[1]. А то, что «неоправданно дорогими» они становятся из-за бешеных цен на энергоносители при копеечной себестоимости последних, за что следует благодарить не кого-нибудь, а российские государственные энергетические монополии,  этот факт  российскую власть, готовую перегрызть глотку любому за интересы этих монополий, ничуть не смущает.

Казалось бы, уж станкостроение-то как главную отрасль экономики любого действительно независимого государства сия чаша должна была миновать. Ведь даже ребенку ясно, что ни о какой безопасности и самостоятельности страны в условиях, когда 90% станков (для производства всего!!!) мы покупаем за рубежом, говорить не приходится. Тем более что по заявлению Первого замминистра промышленности и торговли России Глеба Никитина сфера производства Станкозавода Седина — тяжелое станкостроение, ультрапрецизионное оборудование и пр. относилось вроде бы к самым важным направлениям импортозамещения, определенным российским правительством:

«Ключевыми направлениями импортозамещения мы считаем многокоординатную обработку, ультрапрецизионное оборудование, тяжелые станки, металлообрабатывающий инструмент.»

Однако это все были просто слова. Судить же приходится по делам, в том числе и наше правительство. А дела его оказались таковы, что именно госконтракт, заключенный Краснодарским станкостроительным заводом Седин с Минпромторгом в сентябре 2011 года, привел в итоге предприятие к сегодняшнему банкротству.

Для трудового коллектива, искренне переживавшего за дорогой ему завод, госконтракт — это был шанс, который никак нельзя было упускать. В кои-то веки государство российское обратило на уникальный завод внимание! Даже в кризис 2008-2009 годов, когда уже вовсю шли разговоры об импортозамещении и возрождении в стране станкостроения, завод, дышавший на ладан с самой Перестройки, не получил от правительства никакой помощи. А тут вдруг целый государственный контракт! Как не радоваться? Значит, вспомнили! Значит, нужны! Значит, еще поработаем на благо страны и народа!

Да не тут-то было. Государственный контракт был таким, что заведомо разорял предприятие, а вовсе не поддерживал его, не давал заводу новую жизнь и не возрождал производство уникальных высокоточных станков, действительно нужных стране и ее предприятиям. Стране-то и ее народу станки может и нужны, а вот бизнесу, крупным монополиям и отражающим его интересы российскому правительству нужны не станки, а прибыль. Это разница существеннейшая. Если большую прибыль можно получить, покупая станки за рубежом, производство их в России развивать не будут.

Есть и второй существенный момент, который в основном и тормозит возрождение в России станкостроения и иных стратегических отраслей экономики, уничтоженных этой же самой властью в Перестройку и после нее. Это возражения партнеров по международному бизнесу. Они настолько серьезны, что если не обратить на них внимание и «ослушаться шефов», то сегодняшнее противостояние с западом покажется российским олигархам и чиновникам раем. Нашу российскую «элиту» легко могут оставить без штанов — у мирового капитала есть для этого все возможности, в чем мы имели возможность убедиться за последние пару лет. Санкции запада так ощутимо ударили по нашим олигархам и чиновникам, что они поспешили пойти на уступки мировому капиталу, отказавшись от значительной части своих притязаний.

Вот потому «политика импортозамещения» подразумевала под собой совсем не то, что кажется простым российским гражданам, наивно полагающим, что российское правительство заботится об интересах страны и народа. А разговоры о «развитии станкостроения в стране» были не более чем простой демагогией, затеянной исключительно ради того, чтобы народ российский сильно не нервничал, вспоминая советское прошлое.

Все это наглядно проявилось в истории с госконтрактом сединцев, который оказался не столько способом поддержать предприятие, сколько добить его окончательно, причем добить с выгодой для «дорогих зарубежных партнеров».

Государственный контракт людям несведущим обычно представляется неким заказом, который делает государство (от его имени — государственные структуры) тому или иному предприятию, оплачивая его полностью. Понятно, сроки, технические задания и пр., но главное — это 100% оплата выполненных предприятием работ. Это как бы по определению, иначе какой же это госзаказ?

Государственный контракт, заключенный Минпромторгом от имени государства российского с Краснодарским станкостроительным заводом Седина, был иным — он был на паритетных началах. Т.е. то, что требовалось по нему разработать и изготовить, а это  «прецизионный обрабатывающий центр модульной конструкции для обработки особо крупных деталей с погрешностями менее + 4 мкм (Макроцентр)», делалось только на 50% за счет средств государства, а остальные 50% должен был вложить завод.  Причем сумма «вклада» немаленькая — 115 млн. рублей! То есть 20 лет дышавший на ладан и сидевший почти без копейки Станкозавод должен был где-то взять такие колоссальные средства, чтобы выполнить государственный заказ! По сути, сделать его практически за свой счет. Но это еще полбеды.

Было в этом госконтракте и еще одно условие, под которое, собственно, и «попал» КСЗС — это полная материальная ответственность за действия соисполнителей. У всякого нормального юриста волосы встанут дыбом, читая этот пункт (раздел III п.4а госконтракта № 11411): «Исполнитель (КСЗС — прим. В.К.) несет ответственность за действия соисполнителей, совершаемые ими в рамках НИОКР, как за свои собственные. Невыполнение соисполнителей обязательств перед Исполнителем не освобождает Исполнителя от выполнения условий настоящего государственного контракта…» Причем, в Приложении № 1 «Техническое задание» к госконтракту перечень соисполнителей указывается. То есть соисполнители определяются вовсе не Исполнителем госконтракта, а самим Заказчиком — Минпромторгом. Но из всех предприятий, реально участвующих в исполнении указанного госконтракта,  материальную ответственность несет только один — Краснодарский станкостроительный завод Седин!

В принципе, в рамках буржуазных договорных отношений, когда один коммерсант стремится надуть другого, подобные трюки  — повесить ответственность за действия всех на одного — возможны и встречают нередко. Но ожидать такого фортеля от государства, которое вроде как заявляет о своей заинтересованности в развитии российского станкостроения, которое с утра и до вечера твердит по всем СМИ об импортозамещении и т.п., очень сложно. Если, конечно, не понимать, что это государство из себя представляет на деле и каковы его истинные цели.

К сожалению, эти цели очень далеки от декларируемых. Если бы трудовой коллектив КСЗС заранее о них знал, он бы так не радовался заключенному с государством контракту, не слишком доверял бы своему руководству и действующей власти и может быть не оказался в такой ситуации, что вынужден теперь целый год сидеть без зарплаты. А руководство Станкозавода и МОАО в целом, если оно действительно хотело бы сохранить завод и уникальное сединское производство, от таких контрактов держалось бы подальше. Хотя переживать за собственников завода вряд ли стоит — они в накладе не остались, мало того, им «светят» колоссальные прибыли. Это только трудовой коллектив остался в дураках, как оно и планировалось изначально.

Для того чтобы выполнить госзаказ по разработке Макроцентра, Станкозавод берет кредит в банке «Кубань кредит» в размере 165 млн. руб. Свою часть работы КСЗС безукоризненно выполняет — конструкторы и рабочие завода, как оно и предполагалось, оказались на высоте. Уникальный обрабатывающий центр VMG 50 «Макроцентр» был готов точно в срок, сдан 29 ноября 2013г.

Да вот беда, подводит один из соисполнителей, указанных в госконтракте — Московский государственный технологический университет «Станкин» — его система ЧПУ «Аксиома», выполненная для Макроцентра, так и не заработала. В итоге вся материальная ответственность за неисполнение госконтракта легла на плечи Станкозавода Седина, который теперь должен был   выплатить Заказчику — Минпромторгу огромные штрафные санкции за чужую вину.

В «Информации о результатах проверки исполнения федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов РФ решений Президента РФ и иных нормативных правовых актов, направленных на развитие станкостроительной отрасли и на ускорение процессов импортозамещения», подготовленной Контрольным управлением Президента РФ (Пр-1363 14.07.2015), сказано следующее: «План выполнения контрактных работ был сорван МГТУ «Станкин», однако ответственность за невыполнение условий контракта понес лишь завод, так как типовая форма контракта не предусматривает применение санкций к соисполнителям.»

Вот так, кричим на всех углах о необходимости развития в стране станкостроения и тут же ссылаемся на «типовую форму», которая — ах, какая жалость! — «не предусматривает применение санкций к соисполнителям»! А что нельзя было «предусмотреть», изменив эту «типовую форму» так, как требуется, как лучше будет для дела? Значит, российскому правительству так «хотелось» развивать станкостроение, раз оно не удосужилось сделать даже такой ничтожной мелочи! Значит, именно это и требовалось — загнать завод в долги, предварительно выжав из его трудового коллектива ценнейший интеллектуальный продукт практически за копейки!

Что произошло далее, понятно — у предприятия, вынужденного платить штрафные санкции Минпроторгу, долги стали нарастать как снежный ком: проценты по кредиту, штрафные санкции банку за просрочку, задолженность по налогам и перед другими заказчиками, заказы которых пришлось отодвинуть ради выполнения госконтракта. А на второй год после исполнения госзаказа стала нарастать задолженность и перед своими работниками, поскольку стало ясно, что из накопившихся долгов предприятию уже не выбраться.

У всякого, кто всерьез начнет изучать ситуацию с банкротством Станкозавода, рано или поздно возникнет вполне закономерный вопрос — а зачем вообще нужен был заводу этот госконтракт? Чтобы был повод залезть по уши в долги?

Интерес государства российского более-менее понятен. Президент России Путин его «озвучил», выступая в свое время перед Федеральным Собранием. «Разумное импортозамещение – наш долгосрочный приоритет, независимо от обстоятельств», — сказал он. И тут же пояснил, что «спешка при решении задач импортозамещения» не нужна «в силу того, что ситуация далека от критической», поскольку «преимущественная часть европейских бизнес-партнеров не спешит подчиняться прихотям своих политиков.»

То есть «разумное импортозамещение» в понимании нашей власти, стремящейся из всего извлечь прибыль, означает такое «импортозамещение», которое не ущемляет интересы «дорогих зарубежных партнеров» и не требует серьезных вложений от государства, ибо нам не горит, и мы как покупали за рубежом, так и можем покупать далее. Но если «импортозамещение» происходит само по себе, без особых усилий и вложений российского государства, и если оно не злит международные ТНК, то мы его очень приветствуем. Только где ж его взять такое «импортозамещение», тем более в области станкостроения, если оно бывает только в сказках?

Кстати, обратите внимание на вектор, указанный Президентом — «долгосрочный приоритет». Это значит, что всякий наивный мечтатель, который всерьез поверит в «новую индустриализацию» в буржуазной России, в настоящее «импортозамещение» или в «развитие стратегических отраслей», может прямым ходом дуть в психушку — там ему самое место. Ничего этого не будет! Президент России, «лидер нации», четко и ясно говорит — «долгосрочное», и он костями ляжет, чтобы ничего этого в стране не было. Для того он на свое место и поставлен международным капиталом.

Ладно, с российской властью и ее интересом выяснили — там все говорится открытым текстом, было бы желание вдумываться в сказанное и сопоставлять его с действительностью. Интересен другой вопрос, на  что рассчитывало руководство завода, заключая контракт, заведомо не приносящий прибыли, и даже более того — требующий от самого исполнителя огромных затрат?

Мы задали его одному из бывших руководителей Станкозавода. Вот что он нам ответил: «Госконтракт не подразумевал получение прибыли, это была работа на проверку собственных возможностей.»

Хорошо, допустим, это так — захотелось руководству завода, его собственникам проверить возможности предприятия и его работников — они имеют на это право, ради бога, проверяйте! Только причем тут задержка зарплаты, да еще на целый год? Или руководство МОАО проверяло работников, как цыган лошадь, сколько они без зарплаты выдержат?

Наш собеседник в ответ на наше замечание, понимает ли он, что означает его ответ, начал оправдываться: «Мы изготовили уникальный станок, который должен заменить большую часть устаревшего оборудования. Под него должен был быть доработан цех, но это все было во второй части госконтракта, из которой нас выкинули. Вот какая была у нас выгода. Там и суммы и условия другие были.»

Допустим, что и это так, хотя такое объяснение не выдерживает никакой критики, и ниже мы поясним почему. Главный вопрос — почему, на каком, спрашивается, основании развитие частного предприятия осуществляется не за счет его собственника, а за счет наемных работников, которые никакими собственниками этого предприятия не являются? Не есть ли это безмерная наглость и грабеж искренних и честных людей, откровенное паразитирование на их еще советской сознательности, на их еще социалистическом отношении к труду?

Сколько лично вложили в развитие завода его собственники, как российские, так и иностранные? Ноль! НИЧЕГО, начиная с самого момента приватизации предприятия, которое у рабочих было просто украдено! И сейчас при выполнении госконтракта, результат которого — Макроцентр должен был стать для завода условием его будущего развития, они опять не затратили ни копейки своих личных денег, не ущемили себя и свои семьи ни в чем! А вот работники Станкозавода со своими семьями почти год живут в полуголодном состоянии. Так кто же тогда истинные хозяева предприятия? Это не Соболев с немецкими и китайскими капиталистами, а работники Станкозавода — те, кто делал госзаказ, кто тратил на него свои интеллектуальные и физические силы, кто год вместе с семьями не доедал, кто лишний карандаш ребенку не мог купить — и все только ради того, чтобы завод жил дальше!

Теперь, что касается выгоды от второй части контракта. Мы, разумеется, не знаем, какой могла быть вторая часть госконтракта, но вполне можем предположить ее условия, взяв самые лучшие.  Основываться будем на указанном выше документе, в соответствии с которым была заключена первая часть  госконтракта со Станкозаводом Седина — «Развитие отечественного станкостроения и инструментальной промышленности» на 2011-2016 гг.

В Паспорте подпрограммы (см. стр. 3, раздел «Сроки и этапы реализации подпрограммы» и стр. 4 раздел «Объемы и источники финансирования») четко указано, что на первом этапе государство российское не более как немного помогает кое-каким российским предприятиям, если они сами вполне состоятельны, выполнить некоторые научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР), финансируя половину их стоимости, чему полностью и соответствовал заключенный со Станкозаводом Седина госконтракт № 11411.

По поводу второго этапа говорится следующее: «на втором этапе (2014 — 2016 годы) при продолжении научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ планируются более значительные затраты на капитальные вложения, обеспечивающие создание производств разработанного механообрабатывающего оборудования и инструмента в российских организациях на условиях государственно-частного партнерства».

Внешне звучит красиво и многообещающе: «значительные затраты на капитальные вложения, обеспечивающие создание производств», и ни где-нибудь, а «в российских организациях»! Рисуются просто горы золотые, если не вдумываться! Вот только «на условиях государственно-частного партнерства», это во-первых, и во вторых, «значительные затраты на капитальные вложения» оказываются в соответствии с разделом «Объемы и источники финансирования» не просто незначительными, а прямо-таки крохотными! Ибо на все капитальные вложения, которое государство российское готово произвести ради развития станкостроения в России, заложено всего 2,55 млрд. рублей! Это, заметьте, на все российские станкостроительные предприятия, целенаправленно уничтожавшиеся почти четверть века, да еще в течение 5 лет — с 2011 по 2016 годы! Сумма не просто маленькая, а ничтожно маленькая — просто капля в море! Для сравнения вспомните сумму, которую то же государство российское с легкостью выкинуло на борьбу с АЧС — мы приводили ее выше в нашей статье — 2,6 млрд. рублей. Это даже больше, чем на все капитальные затраты по развитию российского станкостроения! Вот тебе и «развитие»!

Исходя из этого, вторая часть госконтракта со Краснодарским станкостроительным заводом Седина могла быть тоже только на ПАРИТЕТНЫХ началах, т.е. 50 на 50! Скорее всего, это был бы заказ Станкозаводу нескольких подобных Макроцентру обрабатывающих центров, причем опять-таки, по сути, за его счет! Ни о какой 100% оплате государством заказанных работ речи быть не могло — этого не позволяют условия вышеуказанной программы и самое главное из них — «частно-государственное партнерство»!!! А значит никакой прибылью для Станказавода и не пахло бы! Единственное, что опять гарантированно получил бы завод Седина — это колоссально возросшие долги перед банками, ибо деньги в размере нескольких сотен миллионов рублей (а сумма из «внебюджетных фондов», которую должен был бы привлечь Исполнитель по второму госконтракту, вряд ли была бы меньше) можно было бы взять только у них.

Отсюда со всей очевидностью следует только один вывод — вторая часть государственного контракта, на которую ссылается руководство Станкозавода и МОАО «Седин», не выплачивая работникам КСЗС почти год зарплату, никак не могла улучшить положение предприятия и не только не решала его финансовых проблем, а еще глубже загнала бы его в долги!

Возникает более чем странная ситуация — прибыли собственникам МОАО «Седин» от второй части госконтракта не светят, а по утверждению председателя профкома Муханова, гендиректор Соболев в данный момент бьется в Москве за то, чтобы его заключить! Что за ерунда такая?

Действительно, происходящее покажется полной ерундой, если не знать политэкономических законов капитализма и в частности его основной экономический закон — что капитал везде и всюду стремится не просто к прибыли, а к максимуму прибыли.

Что может дать максимум прибыли станкостроительному предприятию? Только серийное производство станков, к примеру, вот таких вот уникальных обрабатывающих центров типа Макроцентр VMG 50. Но где такое серийное производство даст максимальную прибыль? Разумеется, не в России, а там, где рабочая сила крайне дешева, ибо капитал получает прибыль только и исключительно от эксплуатации рабочих, и чем рабочая сила дешевле, тем прибыли у капиталистов больше. Например, в Китае рабочие готовы работать за 50-100 долларов в месяц. А в России на такие деньги физически не проживешь.

Кто мешает российскому капиталу создать какое-нибудь СП (совместное предприятие) с китайцами, внеся туда в качестве части своего вклада сединскую разработку? Да никто! Тем более что российскому капиталу это даст огромный финансовый выигрыш, а российскому государству  это позволит оказать серьезную услугу «геополитическому партнеру», что само по себе дорогого стоит в условиях сегодняшней непростой международной ситуации.

Надо же, мы как в воду глядели! Оказывается, именно это и было не просто задумано, а уже реализуется в полный рост! Еще в марте 2005 года гендиректор МОАО «Седин» Соболев под ручку с мэром Краснодара Евлановым, представляющим краснодарскую власть, договорились с китайцами о создании совместного предприятия «Далян-Седин-Шисс», которое как раз и будет производить обрабатывающие центры. Российское информационное агентство Регнум.ру сообщает по этому поводу следующее:

«Станкостроительный завод в городе Далян провинции Ляонин специализируется на выпуске токарно-карусельных станков, производство которых в 1950-х годах было организовано с помощью СССР. По словам присутствовавшего на встрече генерального директора МОАО «Седин» Игоря Соболева, сейчас стартовала завершающая стадия подготовки проекта производства в Китае для местного рынка суперсовременных станков класса «обрабатывающий центр». На совместном предприятии «Далян-Седин-Шисс» будет реализовываться идея долгосрочного кооперативного производства. Наладить выпуск продукции поможет техническая документация завода «Седин» по ноу-хау. Часть китайского персонала пройдет обучение в Краснодаре, остальные работники нового предприятия смогут перенять знания у консультантов МОАО «Седин», которые приедут для проведения занятий в Китай.

Как сообщил представитель немецкой стороны г-н Вольфганг Твардзиок, немецкая сторона взяла на себя обеспечение поддержки продукта на мировом рынке. Уже проведена работа по разработке проекта инвестиционного меморандума, установлены рабочие контакты с немецкой фирмой «Шисс — Мовег ГмбХ», организовано долгосрочное сотрудничество.» (выделения в тексте — С.А.)

И «дорогие немецкие партнеры» тут как тут! Ободрав как липку сединских рабочих и ИТР, теперь хотят ухватить свой кусок прибыли от эксплуатации китайских рабочих.

И местная краснодарская власть, наконец, показала свое истинное лицо обслуги капитала. Как насмешка теперь звучит недавнее заявление губернатора Кубани Кондратьева о том, что, мол, надо поручить мэру Краснодара Евланову разобрался с невыплатой зарплаты работникам Станкозавода Седина (см. в начале статьи). А Евланов, оказывается, давно уже с ними «разобрался». Точнее, помог руководству МОАО «разобраться», как «помогла» ему и российская власть.

Вот вам весь секрет госконтракта № 11411 и его истинная цель — выжать из Станкозавода Седина и его трудового коллектива все, что он еще может дать — интеллектуальный продукт (обрабатывающий центр Макроцентр VMG 50) — и выбросить за ненадобностью, а серийное производство таких обрабатывающих центров организовать в Китае, порадовав «дорогих иностранных партнеров».

Теперь понятна и цена всем обещаниям гендиректора Соболева — он врал работникам  Станкозавода в лицо и отлично знал, что врет. Он и не собирался с ними рассчитываться! Краснодарский станкостроительный завод Седина с повешенных на него кучей долгов должен умереть — он больше не нужен ни собственникам, ни российской власти! И убить его удобнее всего руками самих рабочих.

С.Агапченко, г.Краснодар

 


[1] https://docviewer.yandex.ru/?url=http%3A%2F%2Fwww.dtin.ru%2Fwp-content%2Fuploads%2F2014%2F12%2FIssledovanie-importozameshheniya-ot-Dream-Team-Investments.pdf&name=Issledovanie-importozameshheniya-ot-Dream-Team-Investments.pdf&lang=ru&c=56214daddbf5&page=3

Станкозавод им.Седина. Как рабочим не стать игрушкой в руках буржуазии. (продолжение): 2 комментария

  1. Спасибо, за искреннее сопереживание. Жаль, что такая ситуация с работниками завода проявилась именно в период кризиса. Желаю
    всем работникам завода удачных перемен .

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.

*

code