Праймериз: арифметика, массовость и торговые ряды

1. Подсчёт

Итак, праймериз в ДНРе состоялись. Это факт. Все формальные атрибуты буржуазных выборов были созданы, информации о проведении этих праймериз можно найти много, в этом недостатка нет. Ключевой тактический вопрос – явка избирателей на участки для голосования. По официальным данным ВрИК ДНРа, опубликованным в сообщении ДАНа (Донецкого агентства новостей) от 2 октября 2016 г., число жителей Донецка и его ближайших окрестностей, принявших участие в праймериз, составило 369 тысяч 617 человек[1].

Теперь немного арифметики. По имеющимся данным численность совершеннолетнего населения Донецка и примыкающих к нему населённых пунктов (город Моспино, пгт. Ларино, Старомихайловка, Еленовка, Александровка, сёла Андреевка, Любовка и Луганское) по состоянию на июль текущего года составила 895 тысяч человек (плюс-минус 2000). Таким образом, если мы поверим в официальную цифру явки избирателей этих населённых пунктов, то получается, что участие в голосовании по процедуре праймериз приняло 41,3% населения, имеющего право голоса. Можно, казалось бы, кричать о триумфе буржуазной днровской государственности, поскольку эта цифра официально должна подтвердить высокую по капиталистическим меркам явку, высокую «государственную» сознательность почти половины граждан. Однако не так всё просто.

Верх наивности ожидать от буржуазной статистики, отражения сколько-нибудь реального положения вещей, ибо такого в буржуазном государстве попросту не бывает. Но объективная информация нам, коммунистам,  о явке была нужна, как воздух, так как мы не можем бездумно перепевать буржуазных иллюзионистов, хотя и не анализировать их информацию тоже совершенно недопустимо. Что же делать? Практическое решение в данной ситуации было только одно: наблюдать за участками голосования и считать пришедших людей самим. Наших скромных сил хватило для внешнего наблюдения за шестью избирательными участками, расположенными в разных районах Донецка. Наблюдение мы организовали в две смены по 6 часов: первая – с 08.00 до 14.00, вторая, соответственно, с 14.00 до закрытия участков в 20.00. Для чистоты эксперимента наблюдение мы старались вести на участках, расположенных в местах с наибольшей средней плотностью населения, живущего в радиусе 300 метров от участка, так как 300 метров – это примерно 10 минут ходьбы для пенсионера, 5 минут – для здорового человека среднего возраста. Большие радиусы и малая плотность населения в районе избирательного участка объективно уменьшают явку населения и, стало быть, уменьшают вероятное число граждан, бросивших в урны бессмысленные буржуйские бумажки.

Поэтому мы заведомо усложняли себе задачу, ставили себя в наименее выгодные условия, и исходили при этом не из спекулятивной выборки участков в районах с наименьшей плотностью населения либо расположенных в радиусе свыше 500 метров от мест массовой застройки многоквартирными домами, как это делали на праймериз, например, некоторые украинские и немецкие журналисты, а исходя из того, что на выбранных нами участках предполагаемая явка избирателей должна быть максимально возможной. Это нам нужно было для того, чтобы получить среднюю явку по нескольким наиболее активным участкам, и распространить полученное значение на все остальные участки, на которых явка будет, во всяком случае, не выше этого максимума. Это необходимо было сделать, во-первых, потому, что мы пока не в состоянии охватить своим наблюдением все участки. А во-вторых, потому, что такой среднестатистический максимум ясно покажет общую, совокупную, качественную картину настроений трудящихся масс, их отношение к буржуазному государству ДНР.

Нам не нужна была никакая натяжка и заказная фальшивка. Прежде всего нам была интересна реальная ситуация с явкой в рабочих спальных районах, так как именно эта явка должна была показать уровень сознательности рабочего класса и косвенно – качество нашей коммунистической агитации и пропаганды в этих районах, в рабочих коллективах. Если трудящиеся валом повалят на участки и тем самым поставят нам (прежде всего, нам!) жирный кол, это будет объективная реальность, показывающая, что мы не работаем в массах, а только рассказываем друг другу, о том, как эту работу делать, или работаем недостаточно хорошо. И здесь у организации первичных ячеек нет никакого завышения своей роли, потому что десять сознательных рабочих-коммунистов – это минимум 100 — 200 распропагандированных трудящихся, которые не пойдут ни на какие праймериз. Да, на % голосующих на всяких выборах влияют много причин. Но здесь проявится ясная оценка рабочими левых, коммунистов, которая заключается в том, насколько широкие массы РК охватывают местные ячейки, насколько умело они ведут агитационную и пропагандистскую работу в коллективах, насколько просто и толково отвечают на текущие жизненные вопросы рабочих. И главное, насколько наш актив соответствует роли проводника и выразителя коренных интересов пролетариата, насколько продвинулись мы вперед к большевизму от хвостизма, от традиционных, надоевших, привычных, бесполезных КПУшно-витренковских болтунов и демагогов — к роли крупиц настоящего, реального политического лидера и организатора революционного класса. В этом был наш главный вопрос в днровском «праймериз» — своего рода наш маленький экзамен.

2 октября силами наших первичек было организовано наблюдение за избирательными участками по адресам:

а) в Будённовском районе:

— ул. Щетинина, 46а, школа № 124;

— ул. Большая Магистральная, 29, ДК «Юбилейный»;

б) в Ворошиловском районе:

— ул. Щорса, 27, школа № 14;

в) в Кировском районе:

— ул. В. Терешковой, 47, школа № 30;

г) в Куйбышевском районе:

— пр. Панфилова, 86, ДК им. Куйбышева;

д) в Ленинском районе:

— ул. Куприна, 64, ДК им. 21 съезда КПСС.

Наблюдатели располагались метрах в 40 – 50 от входа на избирательные участки в таких местах, откуда хорошо просматривался вход в здание, и длительное нахождение в которых не должно было вызывать подозрения у переодетых мгбшников или полицаев. Это были остановки общественного транспорта, автомашины на обочинах дороги или на парковке, лавочки в близлежащих скверах, на которых в воскресный день можно было бы читать книгу или писать в блокноте, забегаловки типа рюмочной, пивной или дешёвого кафе, в которых можно было подолгу сидеть за чашкой кофе с пирожком или за бокалом пива. Само собой, никто не запрещал творчески подходить к выбору мест для наблюдений, к перемене этих мест сообразно складывающейся обстановке. Единственное, на что было запрещено идти, это на постоянное присутствие на виду у членов избирательной комиссии, мгбшников и полицаев, которые постоянно крутились в холлах школ и ДК. Наблюдатели получили инструкции по возможности избегать встреч с друзьями или знакомыми и, кроме того, научиться скрытному ведению записей, чтобы не привлекать фактом записи излишнего внимания к себе.

Подсчёт тех, кто заходил в здание, производился с восьми утра до момента закрытия избирательного участка, в 20.00. Подсчитывались все взрослые посетители, начиная от юношей и девушек, которым по виду можно было уверенно дать 18 – 20 лет. Для того чтобы исключить подсчёт персонала школ и ДК, наблюдатели были на местах где-то за полчаса до официального открытия участков и видели, как собираются члены избирательных комиссий, технические работники, а также те, кто обязан по долгу службы присутствовать в зданиях, где размещались пункты для голосования. Для удобства счёт вёлся дифференцированно: если народ на участки двигался медленно, поодиночке или небольшими группами, легко поддающимися учёту, то счёт вёлся десятками, и каждый зафиксированный десяток обозначался в блокноте вертикальной чертой. Когда счёт доходил до сотни, девять чёрточек перечёркивались по диагонали, и начиналась новая сотня. Число таких перечёркнутых блоков означало число сотен человек. Но если входящих на участок для голосования становилось много, то, чтобы не частить с записями и не отвлекаться, счёт вёлся до сотни в уме, а затем каждая такая сотня помечалась крестиком.

Разумеется, наши люди могли сбиться со счёта. На этот случай была предварительная договорённость о том, что тот десяток, на котором произошёл сбой, учитывался как два десятка, и счёт начинался, таким образом, с конца следующего десятка. Например, человек сбился в счёте на пятом десятке. Значит, он должен был мгновенно продолжить учёт входящих на участки с цифры «70». Мы намеренно шли на возможное увеличение абсолютной погрешности счёта только «в плюс» чтобы затем, имея явное преувеличение числа тех, кто приходил на избирательные участки, не сомневаться в собственной объективности. Поэтому поправки в счёт не вносились и тогда, когда одних и тех же людей считали дважды. Человек мог зайти на участок, проголосовать, выйти, например, для того, чтобы подождать на улице тех, с кем пришёл. А подождав, выкурив сигарету, мог снова зайти в участок. На людях не написано, зачем он зашёл в школу или ДК, поэтому в общее число проголосовавших учитывались и те, кто, имея право голоса, не голосовал, а был лишь сопровождающим в своей компании, а также те, кто уже проголосовал либо ещё не голосовал на других избирательных участках.

Мы, несомненно, есть сторона, так сказать, заинтересованная в минимальной явке голосующих на участки, однако мы можем действовать в этом отношении только своей постоянной, настойчивой работой с людьми, а не так, как действует буржуазия через свою статистику, а именно, не можем выдавать наше желание за действительность. Малейший уход от правды к «выгодной информации», обман масс – это смерть политической организации рабочего класса. Мы этого не хотим и потому шли на заведомое увеличение интересующих нас цифр.

В итоге, к 20.00, то есть, за 12 часов работы избирательных участков, наши подсчёты посетителей показали следующее:

а) участки в Будённовском районе:

— ул. Щетинина, 46а, школа № 124 – 1883 человека;

— ул. Большая Магистральная, 29, ДК «Юбилейный» — 2012 человек;

б) участок в Ворошиловском районе, ул. Щорса, 27, школа № 14 – 1962 человека;

в) участок в Кировском районе, ул. В. Терешковой, 47, школа № 30 – 2354 человека;

г) участок в Куйбышевском районе, пр. Панфилова, 86, ДК им. Куйбышева – 2870 человек;

д) участок в Ленинском районе, ул. Куприна, 64, ДК им. 21 съезда КПСС – 2448 человек.

Итого по шести выбранным участкам проголосовало 13529 человек. Как уже говорилось, мы умышленно выбирали такие участки, вокруг которых наибольшая плотность расселения, и относительно которых вероятность явки голосующих наиболее высока. Не будет принципиальной ошибкой вычислить среднюю явку по этим шести участкам, принять её за общую вероятную явку и умножить её на общее количество избирательных участков, созданных для проведения праймериз. Итак, вероятная средняя явка по 6 участкам: 13529/6 = 2255 человек. 2255 человек * 118 избирательных участков = 266 тысяч 70 человек.

Разумеется, среди всех оставшихся 112–ти участков явка избирателей, равная либо превышающая 2255 человек, возможна едва ли на 1/4 от числа участков, поскольку 86 из них расположены в периферийных районах города, в районах с преобладанием одно и двухэтажных усадебных домостроений, в районах с низкой плотностью расселения горожан, наконец, в прилегающих к Донецку пгт, сёлах и городке Моспино. По нашим прикидкам получается, что реально могли проголосовать около 200 тысяч человек, с погрешностью расчёта в пределах 5%.

Но пусть будут 266 тысяч. А что заявляет ВрИК? Без малого 370 тысяч. Разница в 100 тысяч человек. Откуда такая уверенность в том, что в эту цифру поверят? А оттуда же, откуда взялась и массовость посещения участков. При общей численности совершеннолетнего населения Донецка и тех населённых пунктов, в которых проводился праймериз, равной 895 тысяч человек, 266 тысяч, которые с огромной натяжкой могли принять участие в голосовании, составляют 30% от общего числа. Реально участвовало тысяч 200, то есть, 22%. Грубо говоря, четвёртая часть. Много это или мало? И много, и мало. Очень много — в том смысле, что вместо 20 – 30 тысяч тех, кому эти праймериз классово (экономически и политически) интересны, на них пришло 200 тысяч. Рабочий класс в своём большинстве проигнорировал праймериз, что говорит о его правильном отношении к буржуазному государству и всем его политическим играм, призванным изображать «демократию».

Но всё же выгодную буржуазии массовку создавали многие коллективы учреждений и организаций. Эти слои населения в данном случае не пошли за пролетариатом, они не распропагандированы пока так, как это необходимо рабочему классу. Голосовали мелкие служащие, пенсионеры, студенчество, причём по предварительным прикидкам количество проголосовавших служащих как раз приблизилось к 100 тысячам человек, именно к той цифре, которую и предполагал Донбасский комитет. Особенностью момента в ДНРе является то обстоятельство, что количество служащих различных учреждений и организаций весьма велико. Число служащих как в производственной, так и в не производственной сферах местного производства сопоставимо с количеством непосредственных товаропроизводителей и относится (в тысячах человек) примерно как 89 к 104. Планировать дальнейшую работу и не считаться с этим обстоятельством сегодня уже нельзя. Праймериз это показали достаточно ясно.

В чём тут опасность? В том, что руками этих слоёв буржуазия создаёт себе так называемую «легитимность» — законное право на власть, якобы данное ей большинством народа, которым она постоянно демагогически прикрывается. Чем больше глупеньких наших трудящихся переступает пороги избирательных участков, тем формально более «законной» становится буржуазная власть. С другой стороны буржуазное государство с помощью состоявшихся выборов сваливает с себя всякую ответственность за свою политику на глупых избирателей, как бы говоря им всякий раз о том, что это, мол, они сами выбрали негодяев и эксплуататоров, предателей и бандитов. А раз выбрали – то терпите.

  1. Как рисовалась массовость

Около семи часов утра 2 октября к избирательным участкам начал подтягиваться всевозможный грузовой автотранспорт – от большого холодильного фургона до маленького самозанятого «пирожка». Вдоль дорожек, ведущих к зданию, в котором оборудован избирательный участок, на площадках слева, справа и напротив главного входа на глазах разворачивается настоящий колхозный рынок в миниатюре. На прилавках строятся ряды банок с продуктами, влажные сыры, глянцевые колбасы, бутылки, сочно переливается срез ветчины. Под прилавками и спереди-сбоку от них наваливаются сетки с луком, картошкой, баклажанами и прочими овощами. Продавцы устанавливают весы. Набор продуктов стандартный, типичный для любого небольшого магазинчика или рынка. Но обратим внимание на ценники. Видим, что цены, указанные там, процентов на 5 – 10 ниже, чем в розничной торговле. Так, например, колбаса «Молочная», которую многие уважают за старый «советский» вкус, стоит уже не 230 рублей за кило, как в магазине неподалёку, а 195. Психологический расчёт верен: 195 меньше, чем 200. Картошку продают по цене от 14 до 18 рублей, лук – по 12. Это на 2-3 рубля дешевле, чем на рынках.

В это же время электрики протягивают кабели, на крыльце здания появляются громкоговорящие колонки, и вскоре на площадке перед участком зазвучала негромкая музыка. Подтягиваются телевизионщики, расставляют камеры, настраивают освещение, ищут выгодные ракурсы. Постепенно, часам к 10-ти, площадки перед зданиями, в которых расположились участки для голосования, наполняются людьми. У прилавков возникают небольшие очереди. К 12.00 народу становится больше.

Движение массы на площадке можно описать так. Из тех граждан, что появляются в районе избирательного участка, примерно треть сразу же заходит в здание и, по-видимому, голосует. Выйдя из участка, почти все проголосовавшие останавливаются возле продуктовых лотков, из них примерно половина становится в очереди, а половина уходит. Две трети пришедших на площадки внутрь здания не заходят, а сразу же идут к прилавкам, где разделяются на три потока: первый, процентов 30, выстаивает очередь, что-то покупает и куда-то уходит; второй, тоже процентов 25-30, осматривает прилавки и, очевидно, не найдя ничего интересного, идёт дальше по своим воскресным делам. Наконец, третий, оставшийся, поток, процентов 40 – 45, идёт вдоль торговых рядов, осматривает продукты, и только затем направляется голосовать. Время от времени наступает такой момент, когда возле лотков с продуктами выстраивается довольно много людей. В этот момент масса состоит из тех, кто проголосовал и на обратном пути подошёл к лоткам, и тех двух третей, в которых все три потока одновременно оказываются возле продуктовых рядов. В течение нескольких минут образуется бесформенная очередь, похожая на раздувшуюся огромную гусеницу. Если снимать эту «гусеницу» на фоне входа в избирательный участок, то действительно получается, что вся толпа стоит именно туда. Поскольку камеры и фотоаппараты снимали людей с самых разных точек, отстоящих друг от друга на небольшом расстоянии, метр – полтора, то наверняка среди снимков и видеосъёмок найдутся наиболее выгодные виды, подтверждающие якобы высокую явку избирателей на участки.

Кратко подводя итог, можно сказать, что сама процедура, как говорят актёры, генерального прогона выборов в целом была соблюдена. Нам с ходу показали, сколько прибавочной стоимости, содранной с рабочих, будет выпущено на агитацию за нужных «народных кандидатов», в какой примерно пропорции будут врать насчет итогов предстоящих «настоящих» выборов. Показали также и тех лиц, которые запланированы буржуазией для занятия мест в низовом и среднем эшелонах днровской государственной машины. Важным является то обстоятельство, что основная масса трудящихся всё же понимает, что репетиция выборов – это ещё не выборы. А часть трудящихся уже отдаёт себе отчёт в том, что и буржуазные выборы – это никакие не выборы, поскольку рабочий человек, голосующий за кого-то на таких выборах, не получает никакой возможности выбирать между такими людьми, которые принадлежат к его классу, входят в его авангард, выражают и защищают его коренные классовые интересы. Политический выбор – это когда у рабочих есть реальная возможность наиболее полно удовлетворить свои экономические и политические интересы, поручая добиваться этого своим представителям и выбирая между тем из них, кто может это сделать хорошо, и тем, кто это может сделать это ещё лучше. Это и есть настоящий выбор, а не пустой буржуазный балаган.

Максим Иванов

[1] ВрИК огласила предварительные данные по явке избирателей, на участки пришли почти 370 тыс. человек _ ДАН.html

Праймериз: арифметика, массовость и торговые ряды: 2 комментария

  1. Извините, что не совсем по теме, но есть материал от противника. Упоминают Вас.

    «Пусть Рабочепутеец заходит к нам. Назовём его образно «МЛ-овец». Милости просим к нашему шалашу… Зарегаться — 5 минут, а вот выступить тут — целая эпоха борьбы с собой и своими фантомами…Я всегда ему говорил — сколько ты продержишься как трибун? Догмами далеко не уехать. Но — воз и ныне там…Догматизм опасен тем, что его носителя ничем не пробить. Так более того, своим догматизмом сам догматик наносит вред проповедуемому учению. Вместо того, чтобы трезво проанализировать минусы и ошибки, он стремится повторить их, тем самым углубляя их. В конце концов, догматик дискредитирует своё учение и выставляет его на посмешище. Кстати, очень интересный момент в этом… Ведь именно из-за таких как «Рабочий Путь» коммунизм и является утопией. Маяковский ещё в 1924 году бил тревогу — «И вылезло из-за спины РСФСР мурло мещанина»… Пока существуют все эти мелкие людишки, поставляющие замам рабсилу, ни о каком комстрое и мыслить нельзя! Более того, сам Ленин это понял перед своей смертью, сказав, — «К сожалению мы провалились, мы должны были видеть, что так вот просто взять и изменить многовековой менталитет нельзя!». Т.е. в том-же самом 24 году он фактически предсказывал развал, произошедший в 92! А типичный догматик не видит этого! Не хочет видеть! Не умеет видеть! Большинство людей уютно живёт в созданном ими же маленьком локальном мирке — семья, дети, охота, ламинат, машины и т.д. и т.п. Всё бы ничего, если бы не одно НО — когда приходят проблемы, то начинается жуткая расплата за всё это. Например, любая война — фактически это результат нашего конформизма вчера. Вчера мы не хотели вникать в то, что происходит рядом (люди, социум, общество и т.д.), уютно скрываясь от этого в своём тёплом мирке, а сегодня мужья, отцы, дети уже подыхают в окопах. Обидно, что народ не понимает, что сам и виноват-то в этом. Жуть просто какая-то… А догматик собирается «работать» с такими «массами»… Догматик не хочет искать минусов и ошибок в почитаемой им теории или учении. Например, очень важным вопросом комстроя является вопрос семьи. Ни один (!) комдеятель не занимался этим и ситуация шла самотёком. По строению семьи мы ничем не отличались от капстроя! Лишь Ефремов в «Часе Быка» немного приподнял этот архиважный пласт. Вот Вам, т-щ догматик, поле для работы. А не тупо стишки переписывать мне в почту… Я вообще считаю, что кроме самого Ленина идея соцстроя никому на фиг не была нужна. Да, согласен, были идейные коммунисты, кои пали на фронтах гражданской войны, тем самым, кстати, ослабив противостояние контрреволюции (и в частности «Рабочему Пути»)».

    1. Да мало ли кто злобствует на РП? Ясно, что холуям буржуазии не нравится, когда рабочий класс идет правильным путем — он для них опасен. А вы бы хоть ссылку дали, чтобы хоть знать, кто такие глупости пишет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.