26. Ухудшение положения пролетариата при капитализме

(Материал подготовлен в рамках курса «Политическая экономия капитализма»)

26. Ухудшение положения пролетариата при капитализме

В ходе развития капитализма положение рабочего класса ухудшается относительно и абсолютно.

Что значит относительное ухудшение положения пролетариата?

Как мы уже знаем, значительная часть вновь созданной стоимости присваивается капиталистами, а рабочим достается лишь часть ее в виде заработной платы. Капиталистическое накопление ведет к тому, что доля заработной платы все время уменьшается по отношению к той стоимости, которая присваивает­ся капиталистами. Вот это и означает относительное ухудшение положения рабочего класса, то есть рабочие относительно капиталистов становятся беднее.

Допустим, что новая стоимость (v + m), созданная за год в какой-либо капиталистической стране, состав­ляет 100 единиц (тыс., млн. руб.), а величина зара­ботной платы рабочих (v) равна 70 единицам; тогда доля рабочих во вновь созданной за год стоимости, или, как говорят, в национальном доходе (ВВП), составит 70%, а доля капиталистов — 30%. Ухудшение поло­жения рабочего класса будет относительным, если доля рабочих во вновь созданной стоимости будет уменьшаться, а доля капиталистов соответственно уве­личиваться.

Предположим, что через несколько лет в этой стра­не доля заработной платы в новой стоимости, создан­ной за год, упала с 70 до 50%; тогда доля капитали­стов составит уже не 30, а 50%. Обратимся к фактам.

Доля заработной платы рабочих в обрабатываю­щей промышленности США во вновь созданной стои­мости составляла в 1849 г. немногим более 51%, в 1899 г. — 41, в 1929 г. — 36, в 1955 г. — 30, в 1966 г. — меньше 25%. В 2010 году суммарная заработная плата рабочих США составляла всего 6,7% ВВП страны.[1]

За те же годы доля неоплаченного труда рабочих, присвоенного капиталистами США, выразилась со­ответственно в следующих цифрах: менее 49, 59, 64, 70, более 75 и 93,3% всей вновь созданной стои­мости.

Не лучше ситуация и в экономике буржуазной России. Если в 1990 г., еще в СССР, суммарная заработная плата рабочих составляла 76,4 %, то в буржуазной России в 1999 г. три четверти дохода страны уходило в карман капиталистов, а рабочим доставалось только 25%[2].  В 2000-х годах ситуации еще более ухудшилась. В 2014 в экономике России доля ФОТ всего работающего населения страны, с учетом пресса налогообложения, в составе ВВП составила не более 20-23%[3]. Учитывая, что низкооплачиваемые слои населения (рабочие) среди всего работающего по найму населения страны занимают не более 50-55% (это средние данные по основным странам мира), получаем, что в 2014 году рабочие России получили дохода не более 10-12,6% ВВП страны. А всё остальное — примерно 87,4-90% было присвоено капиталистами.

Чем объяснить такое соотношение? Причина в том, что с ростом накопления капитала систематически по­вышается степень эксплуатации рабочих. Чем выше норма прибавочной стоимости, тем больше и масса ее. А последняя, как мы знаем, составляет львиную долю новой стоимости, созданной наемными рабочими. По­вышение нормы прибавочной стоимости и увеличение ее массы означают, что доля заработной платы умень­шается, отражая степень эксплуатации рабочих, и од­новременно увеличивается доля стоимости, присваи­ваемой капиталистами.

Другим ярким проявлением относительного ухуд­шения положения пролетариата служит снижение доли рабочего класса в национальном богатстве (сюда вхо­дят кроме вовлеченных в процесс воспроизводства природных богатств все фабрично-заводские, транс­портные и другие предприятия с их оборудованием, предметы потребления, произведенные в предыдущие годы, — одежда, обувь, мебель, автомашины и т. п.). Богатство, созданное трудом рабочего класса и всех трудящихся, узурпировано капиталистами, которые составляют всего лишь незначительную прослойку на­селения.

Пропасть между буржуазией и пролетариатом углубляется не только потому, что капиталисты все больше и больше обогащаются, а рабочему классу до­стается меньшая доля национального богатства. Клас­совые интересы буржуазии и пролетариата противопо­ложны и абсолютно непримиримы еще и потому, что с развитием капитализма положение рабочего класса ухудшается не только относительно, но иногда и абсо­лютно.

Всеобщий закон капиталистического накопления неумолимо приводит к ухудшению положения рабочего класса. Но этот закон, как и любой другой экономиче­ский закон, действует как господствующая тенденция и пробивает себе дорогу сквозь уйму различных про­тиводействующих явлений.

«…Капита­лизм, — писал Ленин, — имеет тенденцию порождать и усиливать нищету, которая достигает громадных раз­меров при отсутствии… противодействующей тенден­ции».

Одна из таких тенденция, самая главная — это классовая борьба рабочего класса за свои материальные классовые интересы. Всем известно, что рабочий класс капиталистических стран неустанно ведет экономическую борьбу, организует стачки и за­бастовки, чтобы воспрепятствовать наступлению капи­тала на свои самые насущные интересы. Поэтому буржуазия всех высокоразвитых капиталистических стран в свое время была вынуж­дена пойти на уступки рабочим, в частности на установление 8-часового рабочего дня. Это замечательное достижение рабочего движе­ния — один из факторов, противодействующих усиле­нию нищеты пролетариата.

Возьмем и другой фактор, моральный. Победа со­циалистической революции в СССР, успехи строитель­ства социализма в Советском Союзе и ряде других стран Европы и Азии вынудили буржуазию развитых капиталистических стран пойти на частичные уступки своему рабочему классу в отношении за­работной платы, условий труда и социального обеспече­ния. Абсолютное обнищание рабочего класса в этих странах на время затормозилось. Но как только капиталистам удалось уничтожить социализм в СССР и  странах Восточной Европы, они тут же стали сокращать социальные гарантии, отбирая назад все сделанные ими раньше уступки трудящемуся населению своих стран, в том числе вновь удлинять реальный рабочий день.

Последнее показывает, что никакие противодействующие тенденции не в силах «отменить» всеобщий закон капиталистического накопления, а значит и относительное и абсолютное обнищание пролетариата. Тен­денция к безграничному увеличению прибавочной стои­мости, повышению степени эксплуатации будет дейст­вовать до тех пор, пока существует капитализм. И уничтожена может быть только вместе с ним.

Излюбленным аргументом буржуазных ученых, отрицающих снижение жизненного уровня рабочего класса, служит ссылка на то, что 100 или 150 лет назад рабочие не имели даже понятия о телевизорах, стиральных машинах, компьютерах и т. п. С этим никто и не спорит. Действительно, многие рабочие в ряде развитых капиталистических стран имеют телевизоры, стиральные машины, компьютеры, сотовые телефоны и даже автомашины. Но эти факты ни в какой мере не проти­воречат выводам  теории марксизма-ленинизма об ухудшении положения пролетариата в капиталистическом обще­стве.

Действительно, некоторая часть рабочих в капстранах имеет достаточно высокую заработную плату. Но и она, как правило, не может позволить себе просто взять и купить все эти предметы на свою заработную плату. Этим высокооплачиваемым рабочим приходится лезть в кредиты, засовывая голову в петлю, и тем самым обогащая капиталистов еще больше, и одновременно ухудшая свое материальное положение — ведь за эти кредиты им придется годами рассчитываться с капиталистами, урезая тем самым возможности удовлетворения других своих потребностей.

Именно легкая возможность купить ту или иную вещь в кредит создает внешнюю видимость благополучия в капиталистическом обществе развитых стран. Потому что если бы не кредиты, то 90% этих рабочих пришлось отказаться и от машин, и от компьютеров, и даже от сотовых телефонов и стиральных машин. (О кредитах подробнее мы поговорил в другой части нашего курса политэкономии капитализма.)

С другой стороны, уровень жизни этой группы рабочих вовсе не показателен для всех слоев пролетариата развитых капиталистических стран, тем более для ра­бочего класса всего капиталистического мира. Гораздо большее число пролетариев, которые не могут позволить себе те же телевизоры и сотовые телефоны даже в кредит, не говоря уже о машинах и пр., потому что той мизерной заработной платы, которую они получают, им не хватает даже на еду.

В чем же конкретно проявляется абсолютное ухуд­шение положения рабочего класса? Вкратце можно ответить так: в ухудшении условий труда и жизни. Трудовая деятельность рабочего и его жизнь тесно связаны. Ведь те же ухудшения условий труда, его безопасности, длительности и интенсивности, и пр., прямо ведут к износу биологического организма рабочего. А здоровье рабочего имеет прямое отношение к уровню и качеству его жизни. Не меньшее влияние на жизнь рабочего оказывает и уровень заработной платы, а также занятость рабочих в целом. Если высока безработица и зарплаты крохотные, то о какой нормальной жизни тут можно говорить?

По одному только параметру безработицы в стране, резко ухудшающему положение рабочего класса в целом, видно, что закон абсолютного и относительного обнищания пролетариата при капитализме это не выдумка, а реально существующая действительность. Ни один беспристрастный человек не может отри­цать тот очевидный факт, что за всю историю капита­листического общества никогда не было столь большой армии безработных, как это наблюдается в современ­ном капиталистическом мире. Безработица во всех странах капитала стала хро­нической, мало того, она непрерывно растет, достигая поистине умопомрачительных цифр.

Возьмем, к примеру, США, страну, которую ученые лакеи буржуазии превозносят как страну все­общего изобилия. Минимальные размеры полной без­работицы составляли в конце XIX в. 200—300 тыс. человек, в первом десятилетии XX в. — 600—700 тыс. во втором десятилетии — 800—900 тыс. человек. А с середины XX века их численность исчисляется многими миллионами человек! Цифры настолько показательны, в том числе относительные, то есть в процентах по отношению ко всему трудоспособному населению страны, что американское правительство не придумало ничего лучшего, как просто скрывать их, примитивно подделывая государственную статистику.

 По официальным, значительно заниженным данным, полностью безработных было в США в 1947 г. было  2,1 млн. человек, в 1950 г. — 3,1, в 1951 г. — 1,9, в 1954 г. — 3,6, в 1958 г. — 4,7, в 1961 г. — 4.8, в 1962 г. — 4,0, в 1963 г. — 4,2, в 1971 г. — более 5 млн. безработ­ных. Какова численность безработных сейчас, официальная статистика умалчивает, цифры настолько страшные, что правительство предпочитает давать относительные цифры, в процентах, а не абсолютные. Причем, уменьшенные в разы.

В августе 2015 г. в интервью журналу Time тогда еще кандидат в президенты Дональд Трамп сделал следующее заявление:

«В реальности уровень безработицы в нашей стране, вероятно, 21%. Не 6%. Не 5,2% и не 5,5%. Я говорю о реальном уровне безработицы: вообще-то, я на днях видел график нашей реальной безработицы, и 90 миллионов людей не работают. Точнее, 93.»[4].

Через год эта цифра стала еще выше Уровень безработицы в США (реальный) в ноябре 2016 года составил 22,8% трудоспособного населения страны. Это в среднем. Среди молодежи даже официально он выше в полтора-два раза.

Наличие гигантской армии безработных характерно сейчас для всех капиталистических стран. Если в 1971 г. численность официально зарегистрированных безра­ботных в странах развитого капитализма достигала 9,2 млн. человек, а на начало 1972 г. — 10,6 млн., то в 2016 году в мире было зарегистрировано около 200 млн нетрудоустроенных. В 2017 году эксперты прогнозируют сокращение рабочих мест еще приблизительно на миллион[5]. Это, повторяем, официально, то есть занижено в разы. Факти­чески количество безработных значительно больше. Например, буржуазная статистика не считает безра­ботными тех, кто работает хотя бы несколько часов в неделю, а таких в мире не просто сотни миллионов — миллиарды!

Скрытое аграрное перенаселение также совершен­но не учитывается статистикой буржуазных стран. Но ведь это тоже сотни миллионов, а то и миллиарды трудящихся, обреченных на нищен­ские условия жизни!

Безработица ухудшает положение пролетариата абсолютно. Это происходит по ряду причин:

во-первых, огромная, к тому же возрастающая часть рабочего класса вынуждена влачить полуголодное и голодное существование;

во-вторых, размеры и длительность безработицы снижают уровень жизненных средств, приходящихся в среднем на каждого рабочего;

в тре­тьих, безработица способствует усилению степени экс­плуатации рабочих, так как дает возможность пред­принимателям увеличивать интенсивность труда, удли­нять рабочий день, ухудшать условия труда рабочих;

в-четвер­тых, наличие безработицы способствует снижению номинальной заработной платы;

в-пятых, средства на пособия по безработице в значительной своей части представляют вычет из заработной платы работающих рабочих.

Нельзя не учитывать и такой момент: рабочий ка­питалистических стран всегда не уверен в завтрашнем дне, в любой момент он может оказаться без куска хлеба, без возможности его заработать. И когда у ворот заводов и фабрик стоят люди, готовые от голода согласиться на условия значительно худшие, чем те, которые предо­ставлены уже работающим, эта неуверенность многократно усиливается. Буржуазный миф о возможности при капитализме «полной занятости» оказался самым настоящим издевательством — рабочий класс постоянно страдает от массовой безработицы, от неуверенности в завтрашнем дне. Несмотря на отдельные успехи эконо­мической борьбы рабочего класса, в целом его поло­жение в капиталистическом мире постоянно ухудшается.

При характеристике жизненного уровня трудящих­ся очень важное значение имеют условия труда.

«В силу своей противоречивой, антагонистической природы, — указывал К. Маркс, — капиталистический способ производства приводит к тому, что расточение жизни и здоровья рабочего, ухудшение условий его су­ществования само причисляется к экономии в приме­нении постоянного капитала и, следовательно, к сред­ствам повышения нормы прибыли».

Но это не что иное, как человеконенавистничество в высшей степени, хоть и прикрытое нейтральными словами об «оптимизации», «рационализации», «экономии», «эффективности», «инвестиционной привлекательности» и т.п. Капиталисты стре­мятся экономить на технике безопасности, не заботят­ся о создании благоприятных условий труда, о механизации наиболее трудоемких и опасных для здоровья рабочих процессов. Если к началу XX столетия в передовых страна капиталистического мира насчитывалось 620 опас­ных для здоровья видов труда, то уже в 1933 г. их стало около 900. В последующие годы это количество еще больше возросло. Резкое усиление интенсивно­сти труда вызывает физическое и психическое истоще­ние рабочих, ведет к возрастанию производственно­го травматизма. В 1969 г. число американских рабочих, пострадав­ших от производственного травматизма, составило 2,2           млн., из них 14,6 тыс. погибли. Американские ученые в начале 70-х годов XX века отмечали, что каждые 11 секунд один рабочий получает травму. По официальным данным министерства труда США, в то время из каждых 100 рабочих, которые приходили на производст­во, 73 человека на протяжении своей трудовой жизни подвергались травме или же погибали.

Теперь, в конце второго десятилетия XXI века, ситуация с производственным травматизмом рабочих стала многократно хуже. По данным Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ)[6], ежегодно в мире происходит около 125 млн. несчастных случаев на рабочих местах, а 220 тыс. рабочих погибает. Смертность от травм, полученных на производстве, занимает почетное третье место среди основных причин смертности в мире, после онкологии и сердечных заболеваний (которые также имеют прямое отношение к негативным условиям труда наемных работников, ибо их провоцируют стрессы, получаемые людьми на работе). В 2016 году в мире каждую секунду травму на производстве получали четверо рабочих. Каждые 3 минуты несчастный случай на рабочем месте заканчивался гибелью рабочего. Но даже эти ужасающие цифры не отражают истинного положения дел на современных капиталистических предприятиях, так капиталисты-работодатели обычно скрывают факты несчастных случаев, и многие травмы рабочих на рабочем месте официально не регистрируются. (В России такое происходит в 9 случаях из 10, как минимум.) Причем в области производственного травматизма лидируют наиболее развитые страны капитала — Япония, Германия, США, Франция, от которых  не сильно отстает буржуазная Россия, даже с своими уменьшенными в разы официальными цифрами.

Чрезмерно тяжелый, изнурительный труд усиливает потребность рабочих в хорошем медицинском обслуживании. Но оно с каждым годом становится все менее им доступным — оплата медицинских услуг настолько велика, что для боль­шинства рабочих она просто не по карману. И если в самой развитой стране капиталистического мира — США больше трети населения (трудящиеся) лишены всякого медицинского обслуживания, то что тут говорить о зависимых и колониальных странах Азии, Африки и Латинской Америки! Даже в России, где еще не так давно по историческим меркам существовала лучшая в мире система здравоохранения, обеспечивающая абсолютную доступность медицинских услуг каждому гражданину СССР, теперь, после двух с лишним десятилетий капитализма, значительная часть трудящихся не имеет возможности обратиться за медицинской помощью.

Не лучше ситуация у рабочих капиталистических стран и с жильем. Например, в США свыше 35% всего жилого фонда — 25,6 млн. жилищ — официально числятся как не удовлетворяю­щие санитарным нормам. Это лачуги и палатки (их не мало — 3 миллиона),  дома, «пришедшие в ветхость» (8,3 млн.) и пр. В Англии более 8 млн. семей живут в трущобах или в условиях чрезмерной скученности, а свыше 250 000 не имеют вообще никакого жилья.[7]

При таком материальном положении и рабочим, и их детям не до образования. Не случайно в США в начале 70-х годов око­ло 10 млн. взрослых не умели читать и писать. Из лиц старше 25 лет 8 млн. оставили школу, не доучившись до пятого класса. В Италии почти в то же самое время было 4 млн. неграмотных. Но если вы думаете, что ситуация на «культурном фронте» за полвека улучшилась, то вы сильно ошибаетесь. То, что происходит в этой области в самых «развитых» и «цивилизованных» странах капитала, просто потрясает:

  • В США 32 миллиона взрослых граждан не умеют читать (совсем не умеют!) — это 14% населения страны[8]. Процент выпускников старшей школы, которые не умеют читать — 19%.[9]
  • Из 80 млн. граждан Германии читать и писать не умеют 7,5 миллионов человек в возрасте от 18 до 64 лет[10].
  • Всего в мире не умеет читать 775 млн. человек, т.е. примерно 10.6 % населения планеты (7,3 млрд. человек)[11].

Вот такова действительность капиталистического общественного строя. На одном полюсе — небольшая горстка миллионеров и миллиардеров, присваивающих львиную долю всего богатства общества, а на дру­гом — подавляющее большинство населения — трудя­щиеся, материальное положение которых ухудшается и относительно и абсолютно.

Далее

К курсу «Политическая экономия капитализма»

[1] http://maxpark.com/community/13/content/5311850

[2] http://www.intelros.ru/readroom/alternativi/a1-2014/23383-problemy-i-tendencii-oplaty-truda-v-postsovetskoy-rossii.html

[3] http://maxpark.com/community/13/content/5311850

[4] http://www.vestifinance.ru/articles/61488

[5] http://vawilon.ru/statistika-bezrabotitsy/ .Данные по многим странам мира.

[6] http://vawilon.ru/statistika-proizvodstvennogo-travmatizma/

[7] https://work-way.com/blog/2017/11/08/angliya-chto-oktyabrskaya-revolyutsiya-sdelala-dlya-nas/

[8] https://www.statisticbrain.com/number-of-american-adults-who-cant-read/

[9] там же

[10] https://www.alumniportal-deutschland.org/en/germany/country-people/illiteracy-in-germany-illiterates-literacy/

[11] https://www.statisticbrain.com/number-of-american-adults-who-cant-read/

26. Ухудшение положения пролетариата при капитализме: 2 комментария

  1. Ужасающая статистика. Особенно о грамотности, просто в голове не укладывается. В школе (я учился уже в капиталистической России) рассказывали, что безграмотность в мире побеждена и т.п., что практически нет людей, не умеющих читать (только в странах Африки их число велико, но никак не в «развитых» странах). А оно вон как оказывается.
    А травматизм на рабочем месте буржуи и их холу скрывают всеми правдами и неправдами. Как-то был случай — рабочий-мигрант (конечно же необученный правилам безопасного ведения работ) упал с лесов (поставленных с чудовищными нарушениями), ударился головой, получил сотрясение мозга и ушиб спины. Так «бригадир» (мигрант, поставляющий капиталисту раб.силу, продающих ему своих земляков как раньше негров продавали европейцам) со своим помощничком этого работягу прятали от охраны объекта, на котором велись работы, позвонили друзьям, вызывали машину к забору режимного объекта, а потом взявши контуженного работягу под руки выволокли его за территорию через дыру в заборе. Увезли в больницу, оформили как бытовую травму (работяге и деваться-то некуда — его жизнью распоряжается «бригадир» и хозяин-буржуй). Если бы рабочий погиб на месте, то эти уроды его бы выволокли за забор и бросили бы как дохлую собаку — в этом никаких сомнений нет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь.