О социальном партнерстве или как Дерипаска стал «плохим буржуем»

У Марка Твена есть прекрасная книга «Принц и нищий». В ней рассказывается о двух мальчиках. Оба эти мальчика жили в одной стране в одно и то же время – в Англии времен Генриха Восьмого. Оба были одного возраста, и даже внешне были похожи как две капли воды. Но эти мальчики относились к разным классам, имели разное общественное положение. Один из них обитал на самом дне общества, был сыном нищего. Другой принадлежал к общественным верхам, был сыном короля и престолонаследником Англии.  Волею случая оба мальчика поменялись местами, поменялись общественным положением. И каждому из них показалось, что он попал не просто  в другое общество – а в другой мир. Каждому из них его новая жизнь казалось не просто непривычной – а странной и непостижимой.  Все было совершенно другое – быт, поведение, привычки, мысли, разговоры.

То же самое происходило, пока оба мальчика общались между собой. Оба говорили на одном языке – английском,  но понимали друг друга с большим трудом. Например, принц спросил своего нового знакомого – не запрещают ли его сестры своим служанкам смеяться, чтобы не запятнать свою душу грехом? (так поступали сестры самого принца, в духе пуританского ханжества, считавшего любую радость грехом). Когда же нищий, рассмеявшись, объяснил, что у его сестер сроду не было никаких служанок – сын короля долго не мог взять этого в толк. Он никак не мог понять – как у человека может не быть слуг? Если у сестер нищего нет служанок – то кто же тогда помогает им переодеваться, менять платья? И на этот раз уже нищий никак не мог взять в толк – разве  у человека может быть еще какое-то платье, кроме того, что на нем? Разве у человека два тела, чтобы иметь два платья?

Марк Твен не был марксистом. Но, не будучи марксистом, он силой своего таланта показал то, что утверждает марксизм: бытие определяет сознание. Классовая принадлежность человека определяет его классовую позицию, или иначе – отношение ко всем жизненным явлениям с точки зрения своего класса. Человек всегда будет думать и вести себя так, как ему диктует его классовое положение. Так, как принято в его классе, как требуют интересы его класса.

Для тех, кто смотрит на действительность открытыми  глазами, это вполне очевидно. Но немало таких, кто как раз закрывает глаза и видеть действительность не желает, а предпочитает пребывать в иллюзиях.  Наша мелкобуржуазная интеллигенция почти сплошь этим страдает.  И именно она любит предаваться мечтам о «социальном партнерстве». Она видит в своих мечтах,   как между классом угнетателей и классом угнетенных, между буржуазией и пролетариатом воцарится мир, и начнется полное взаимопонимание, согласие и сотрудничество. Буржуазия и пролетариат, не как антагонисты, а как «социальные партнеры», как единомышленники, дружно будут трудиться на общее благо страны. И инициаторами этого «партнерства» должны стать, по мнению наших сказочников, конечно же, имущие. Именно от их сознательности и доброй воли, от их патриотизма и чувства долга зависит «социальное партнерство».

Если  наши имущие  проявят достаточно доброй воли, если искренне захотят блага своей стране – тогда, мол, непременно осуществится  социальное партнерство. И все пойдет на лад. В заключение обращаются к имущим гражданам – взывают к их совести, уговаривают пробудить в себе гражданские чувства, стать патриотичными и сознательными, и начать это самое социальное партнерство.

Чтобы стало ясно, чего стоят все эти мечты о сознательности  имущего класса и о «социальном партнерстве» — расскажем историю, как олигарх Дерипаска  вдруг нашел в себе этих самых гражданских чувств и социального чутья немножко побольше, чем у его собратьев по классу, и предложил как раз нечто вроде «социального партнерства». И что из этого вышло.

На сайте «Независимой газеты» имеется статья Александра Горянина под названием  «Кто против Партнерского проекта?»[1].

Статья, хоть и написана в 2004 году, вполне актуальна и сейчас. Ибо сказка о социальном партнерстве никуда не делась. Наоборот – буржуазия, напуганная ростом рост социального напряжения, еще судорожней ухватилась за эту сказку и еще активней бросилась дурачить ею пролетариат.

Итак, статья Александра Горянина повествует о том, как олигарх Дерипаска предложил проект «социального партнерства». А его собратья по классу, вместо того, чтобы поддержать такую замечательную идею, приняли ее в штыки, набросились на бедного Дерипаску, осмеяли, вышутили, опозорили.  Непосредственно травлю осуществляли, конечно, буржуазные пропагандисты, «рупоры» крупного капитала, такие как, в частности, либеральные публицисты Дарья Ливен и Михаил Бергер. Но за ними, как отлично понимает автор статьи, стоит именно класс капиталистов, а вышеозначенные деятели всего лишь озвучивают его позицию.

Горянин пишет об этом с возмущением и прямо-таки с болью в сердце. Он прямо страдает за Дерипаску, превозносит его добрую волю и патриотизм, бросается защищать от нападок, словом – стоит за него горой. В его трактовке Дерипаска – капиталист совестливый, патриот, он заботится о благе страны и потому предлагает проект «социального партнерства». А те, кто противятся его идее – это представители капиталистов бессовестных, «ультралиберальных», в которых нет патриотизма, они не думают о благе страны, поэтому они и против «социального партнерства».

Во-первых, рассмотрим – в чем вообще состоял этот «партнерский проект» Дерипаски? И действительно ли он вдруг так воспламенился патриотизмом и так проникся гражданскими чувствами, что всей душой устремился к «партнерству» с теми, кого до сих пор без особых угрызений совести грабил, и, кстати, продолжает грабить до сих пор?

Во-первых, социальное партнерство будет состоять в том, что частный капитал должен будет «участвовать в развитии инфраструктуры страны путем объединения усилий государства и частного сектора (строительство автомобильных и железных дорог, мостов, портов, аэропортов, линий электропередачи, электростанций и др.)».

Горянин объясняет, как это должно будет выглядеть: «частный капитал привлекается к участию в решении самых сложных социально-экономических задач страны – к строительству объектов инфраструктуры, к предоставлению образовательных кредитов, к работам по улучшению экологической обстановки, к реформированию ЖКХ, к социально ориентированному жилищному строительству, к производству лекарств и медицинского оборудования. Не получает государственные подряды на эти виды работ (как, может быть, поспешил кто-то заключить), а участвует в их реализации, рискуя деньгами».

То есть, как мы видим, ничего такого убийственного для класса капиталистов Дерипаска не предлагает. Он предлагает лишь одно – чтобы капиталисты, стремясь к увеличению прибыли, при этом хоть сколько-нибудь считались с потребностями развития страны, чтобы вкладывали деньги не только в то, что принесет немедленную выгоду, а и в то, что принесет выгоду через определенное время – в шоссе и железные дороги, порты, аэропорты, электростанции (которые либо изначально, либо через какое-то время все равно станут собственностью капиталистов). Он не предлагает капиталу дарить свои деньги государству – а всего лишь инвестировать, вложить, чтобы получить назад с процентами плюс получить инфраструктуру (которая будет служить, в первую очередь, самому капиталу). Дерипаска всего-навсего предлагает капиталистам хоть сколько-то координировать свои действия и вместе делить издержки, используя для этой цели  государство.

Но даже это предложение Дерипаски господам капиталистам кажется тягостным и яростно ими отвергается. Они не желают думать даже о своем собственном будущем, не хотят нести ни перед кем ни малейшей ответственности, считаться с потребностями страны  и своего класса в целом. Они не согласны вкладывать свои средства в строительство инфраструктуры, которой, так или иначе в той или иной степени будут пользоваться и трудящиеся тоже. Они предпочитают, чтобы все расходы по строительству инфраструктуры взяло на себя государство из денег этих самых трудящихся – а они потом  явятся на готовое и приберут к рукам уже построенные железные дороги, аэропорты, электростанции и прочее.

Это что касается предложенного Дерипаской «объединения усилий государства и частного сектора».

Однако гвоздем «партнерского проекта» стало такое предложение Дерипаски: «чтобы олигархи заплатили государству 75–80% от величины выгоды, которую они получили в результате недоплаты за приобретенные производственные активы».

Речь идет о предприятиях, приобретенных во время приватизации, во время беспримерно наглого и циничного разграбления собственности советского народа, в результате которого новые хозяева заполучили, прибрали к рукам бывшие общенародные предприятия за бесценок, фактически бесплатно.

И вот теперь Дерипаска предлагает что-то вроде компенсации – вернуть государству часть (75-80 процентов) недоплаты за «прихватизированное»  в перестройку.

Именно это предложение и вызвало наибольшее глумление и наиболее ехидные издевательства у тех «ультралиберальных капиталистов», которые не обладают гражданскими чувствами господина Дерипаски. И именно за это предложение ухватился автор статьи в защиту Дерипаски, используя его как доказательство искренности и патриотизма сего сознательного капиталиста.

Однако что случилось? Почему Дерипаска выразил готовность вернуть часть украденного? Неужели в самом деле проснулась совесть?

Столько наворовать – это, конечно, не шутка. Может, ему в какой-то момент  самому стало неудобно? И сказал себе Дерипаска в момент внезапного просветления – «Эко сколько я нахапал, украл у российских трудящихся! Неловко даже. Нехорошо, надо и честь знать! Дай-ка верну хоть часть, облегчу совесть».

В принципе, подобное возможно. Бывали и такие случаи в истории. Однако их было настолько мало, что, как говорится в математике, ими вполне можно пренебречь. Это, во-первых.

А во-вторых, нам известны некоторые подвиги господина Дерипаски. На его счету десятки купленных за бесценок и сознательно разоренных предприятий и тысячи выброшенных на улицу рабочих. Год  с небольшим назад было хладнокровно обанкрочено градообразующее предприятие города Гаврилов-Ям – Гаврилов-Ямский льнокомбинат, около восьмисот человек выброшено на улицу. За два года «эффективный собственник» Дерипаска сознательно, умышленно и целенаправленно довел завод до полного разорения[2].  Теперь он благополучно уничтожает Жирекенский горно-обогатительный комбинат в Забайкальском крае[3].

По обкатанной, проверенной временем системе Дерипаска много раз покупал предприятия, набирал кредиты «на развитие», и затем сознательно и преднамеренно доводил предприятие до банкротства.

Значит, Дерипаска печется о благе страны –  и при этом уничтожает предприятия? Жаждет социального партнерства – и выкидывает за ворота тысячи рабочих?

Мы не так наивны, чтобы поверить в это. Господин Дерипаска  предложил свое «социальное партнерство» не потому, что он совестливей и патриотичней своих классовых собратьев – а потому что он хитрее и зорче, лучше их понимает, куда ветер дует и чем это пахнет.

Он раньше их почувствовал нарастание социального напряжения в нашем обществе и понял, к чему это может привести. А поэтому и раньше осознал необходимость что-то предпринять, каким-то образом себя обезопасить.

В статье Горянина об этом прямо говорится. Вот выдержка из статьи, после которой все становится ясно:

«А насколько все это актуально? Что ж, если считать, что вопрос о социальной напряженности в России – пустяк, что есть вещи поважнее (Дерипаска иронически подсказывает: членство в ВТО, участие в «большой восьмерке», переговоры с Евросоюзом, допуск западных финансовых институтов на российские рынки и т.д.), тогда от его предложения можно отмахнуться. Но, к сожалению, напряженность в нашем обществе – совсем не пустяк. Это понимают далеко не все, несмотря на общий алармистский тон наших СМИ.»

Понимают не все, а только наиболее чуткие и предусмотрительные капиталисты, как Дерипаска.  И далее:

«Положительные показатели развития страны и благоприятный для власти исход декабрьских выборов заслонили собой крайне тревожный процесс: ползучую делегитимизацию новой России в глазах ее граждан … Делегитимизация новой России происходит в головах людей и потому пока малоосязаема. Но вера в то, что их обокрали, мечта «отнять и поделить», убеждение, что все затеи власти не к добру, негативное восприятие наследия 1990-х годов и положительное – советских времен перестали быть присущи лишь пенсионерам.

Надо ли удивляться, когда внешне разумные люди начинают повторять, что в 1991 году произошла национальная катастрофа, что они… ограблены, жизнь стала невыносимой, а все происходящее в стране – чудовищно и аморально?.. Вместе с упадническими настроениями растет и ожесточение – причем, что особенно опасно, у молодежи… В студенческой среде входит в моду «антикапитализм» – хоть и детского уровня, но крайне задиристый. А также Ленин, Троцкий, Сталин, Берия, ГУЛАГ, большевики. В рядах коммунистических демонстрантов замелькали молодые лица. Не стоит забывать старые истины: студенты – могучая сила… Сегодня миллионы говорят себе (и другим): «Терпеть больше нет сил».

И вот на этом тревожном фоне звучит предложение, способное сгладить многие противоречия, снять значительные массивы напряжения. Олег Дерипаска, «знатнейший из баронов российской промышленности» (выражение Дарьи Ливен), предлагает стране проект социального партнерства…»

Яснее сказать невозможно. Так вот чем вызвано обуявшее вдруг нашего олигарха стремление к «социальному партнерству». Страх перед нарастающим социальным возмущением ограбленного российского пролетариата, боязнь революционного подъема, который вряд ли будет возможно остановить, стремление сберечь свое существование олигарха — паразита и эксплуататора – вот что движет им!

Дерипаска не дурак и понимает, к чему идет дело – к нарастанию и взрыву социального недовольства, к революции и крушению капитализма. И он ищет способ предотвратить или отсрочить революционный взрыв, спасти капитализм.  И таким средством он видит то самое пресловутое «социальное партнерство», а так же возврат этих «75-80 процентов недоплаты за приватизированные предприятия», которым он надеется «замазать глаза» российским трудящимся, забывая им при этом сообщить, что российское государство есть орган буржуазии, ее собственный аппарат, задача которого обеспечивать стабильность капиталистических отношений в российском обществе.

Ведь люди уже открыто называют приватизацию грабежом, приватизаторов – бандитами, перестройку – катастрофой. Ну, а что если предложить вернуть часть награбленного? Узаконить приватизацию задним числом, примирить народ с приватизаторами, оправдать перестройку? Ведь, как ни крути, а лучше откупиться, кинуть подачку и успокоить неимущих, чем дождаться революции и потерять все (а может быть, и голову). А кто там после сосчитает – восемьдесят процентов отдал Дерипаска – или два с половиной? Да и опять можно схитрить – сказать, что деньги Дерипаска возвращает, но только не отдает их – а «вкладывает», то есть, предоставляет государству в долг, чтобы потом получить их с процентами. И, в конце концов, так оно и оказывается: Дерипаска говорит, что нужно «реинвестировать на длительный срок (7–10 лет) вырученные от продажи приватизированного имущества средства в экономику нашей страны». Да и кто из трудящихся понимает, что ничего, по сути, Дерипаска и не отдает, он просто перекладывает из одного своего кармана в другой — из своего официального в свой же неофициальный, т.е. государственный, которым российские олигархи распоряжаются как душе угодно?

Главное, ход конем будет сделан, пропагандистский эффект получен, пролетариат в очередной раз обманут и одурачен «социальным партнерством» и великодушием Дерипаски и всего российского крупного капитала. «Справедливость восторжествовала», революционный взрыв предотвращен, капитализм в безопасности.

То есть, Дерипаска заботится именно об интересах капиталистов как класса. Он, как более предусмотрительный и хитрый, говорит им: надо теперь откупиться, сделать вид, что мы уступаем, чтобы потом не потерять все. Казалось бы, его классовые собратья должны быть ему благодарны – ведь за их же интересы гражданин борется… Вместо этого они злобно обрушиваются на его предложение, издеваются над ним, кто во что горазд.

И вот теперь мы подходим к главному. К той самой мелкобуржуазной песне, о которой мы говорили вначале – что якобы сам по себе капитализм и не плох, да вот беда — у нас в России капиталы попали не к тем людям. Это все оказались люди  слишком алчные, не радеющие о стране, совсем не думающие об общем благе. А вот если бы они были другие… Если бы они были люди патриотично настроенные, думали не о себе, а в первую очередь о стране, работали на благо общества… ну, тогда бы все было по-другому, и в капитализме было бы очень даже комфортно жить. Значит, надо капиталистов перевоспитать, окультурить, облагородить. Надо их убедить думать об обществе, а не о себе, работать во благо всех людей, а не на одного себя.

То есть совсем по пословице – если бы, да кабы.

Если бы капиталист был щедрым, а не расчетливым, великодушным, а не рвачом, если бы думал о стране, а не о прибыли, старался не взять, а отдать – то тогда он не был бы капиталистом.

Перевоспитать класс капиталистов? Вам самим не смешно, господа мелкобуржуазные мечтатели? Вот, смотрите – нашелся один капиталист, не более совестливый, просто более предусмотрительный, чем другие, и не из человеколюбия и патриотизма – а из вполне прагматичных классовых интересов — ради упрочения буржуазного строя. Он предлагает вполне прагматичную для капиталистов вещь: давайте, господа,  откупимся, пожертвуем малым, чтобы не потерять все, хотя бы сделаем вид, что жертвуем. Он хочет одного — сохранить капитализм, сохранить свой класс. И что же? Весь этот класс озлобляется против него и устраивает ему обструкцию!

Капиталист не желает отдать часть состояния, пойти на уменьшение прибыли – даже для того, чтобы в будущем сохранить свое существование. Он не способен думать о будущем. Та вещь, которой он служит и от лица которой действует – капитал – не может думать о будущем. У капитала есть только одно стремление и один закон – расти во что бы то ни стало, увеличиваться постоянно, всегда, каждую минуту и каждый миг. И если по случайности найдется капиталист, который видит дальше других и во имя будущего предложит пойти на уменьшение прибыли вот теперь – против него ополчится весь его класс. Весь класс капиталистов будет видеть в нем врага. Его обшикают, засмеют, объявят свихнувшимся, дураком, идиотом, клоуном, предателем, «плохим буржуем».

В сущности, это и произошло с Дерипаской и его «социальным партнерством». Никто из его классовых  собратьев даже не понял побуждений Дерипаски, не понял, что он действует так из предусмотрительности, из далеко идущих расчетов. Что он защищает как раз будущее классового общества и свои классовые интересы (которые являются и их классовыми интересами тоже!). Они поняли только одно – что вот сейчас хотят залезть в их карман, заставить их раскошелиться.  С какой стати!? И по какому праву!? И вот уже против «плохого буржуя» Дерипаски ощетинился весь класс, а его предложение объявлено нелепостью, чудачеством, идиотизмом, и пр.

И дело даже не в глупости и жадности. По-другому капиталисты не могут. Действовать подобным образом их заставляют законы капиталистического способа производства, законы капиталистической конкуренции. И, как оказалось впоследствии, по истечении десяти лет, с точки зрения благополучия и процветания собственного бизнеса — правы оказались как раз те капиталисты, которые не поддержали Дерипаску. Его бизнес терпит сегодня огромные убытки и фактически находится на грани банкротства[4], а те, кто был не готов делиться с трудящимися даже самым малым, за эти годы многократно увеличили свое состояние.

Так вот, если капиталисты не способны вернуть хоть часть украденного, ограничить хоть какими-то рамками свою ненасытность, даже для того чтобы предотвратить свою гибель в будущем —  возможно ли пробудить в них гражданские чувства и долг перед страной, как надеются мелкобуржуазные мечтатели? Можно ли их убедить, что грести под себя – плохо, а служить обществу – хорошо, если то, в чем их убеждают, полностью противоречит их ближайшим жизненным интересам? Потому даже если по большому исключению и отыщется вдруг такой «сознательный» капиталист – весь класс капиталистов ополчится против него.

Классовое сознание – не такая штука, которая меняется по чьему-то желанию или увещеванию. Оно напрямую зависит от материального экономического бытия этого класса. Если и случается, что представители одного класса вдруг встают на классовые позиции другого класса, то это исключение, а не правило. Не случайно же буржуазия после октября семнадцатого года взялась за оружие и готова была проливать море крови, лишь бы вернуть себе собственность и привилегии господствующего класса. А поэтому на мелкобуржуазных иллюзиях, будто капиталистов можно перевоспитать, уговорить, разжалобить — пора поставить крест.

Убедить волка не кушать овцу невозможно — он живет только потому, что съедает ее. Таковы законы капитализма. Не учитывать их, значит и далее жить в условиях постоянно растущей эксплуатации и усиливающегося угнетения.

Фатима Бикметова

Аудио

[1] http://www.ng.ru/ideas/2004-03-12/11_partner.html

[2] http://yarportal.ru/topic65719s30.html

[3] http://alexandr3.livejournal.com/1321596.html

[4] http://medialeaks.ru/news/ubyl-korporacij-rossijskie-giganty-terpyat-ubytki/

О социальном партнерстве или как Дерипаска стал «плохим буржуем»: 2 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.