Стахановское движение: что такое труд на себя

От редакции РП: 80 лет назад, 14 ноября 1935 в Москве открылось Первое Всесоюзное совещание стахановцев. Со всех концов Советской страны съехались на него рабочие и крестьяне, передовики социалистического производства, по инициативе которых в СССР в середине 30-х гг. развернулось широкое движение за освоение новой техники и повышение производительности труда, получившее название «стахановского движения» — по фамилии одного из передовиков Алексея Стаханова.

И.В.Сталин, выступавший на этом совещании, отметил колоссальное значение стахановского движения для построения социализма в Советском Союзе, назвав его «высшим этапом социалистического соревнования», путем, «на котором только и можно добиться тех высших показателей производительности труда, которые необходимы для перехода от социализма к коммунизму и уничтожения противоположности между трудом умственным и трудом физическим».

Именно благодаря стахановскому движению — огромному энтузиазму строителей советской промышленности и сельского хозяйства СССР смог стать величайшей и могущественнейшей державой в мире с самой передовой экономикой и самыми высокими социальными благами для всех его граждан, до сих пор недоступными ни одной развитой капиталистической стране мира. Благодаря стахановскому движению, не прекратившемуся, а только еще шире развернувшемуся в годы Великой Отечественной войны,  СССР смог добиться своей Великой Победы в мае 1945 года над гитлеровским фашизмом, а после войны — в непостижимо кратчайшие строки восстановить разрушенное страшной войной народное хозяйство на оккупированных врагом территориях, достичь и превзойти довоенный уровень жизни советского населения.

Не удивительно, что победившая в СССР в Перестройку буржуазная контрреволюция ненавидит всякое упоминание о стахановском движении. «Ученые лакеи буржуазии» за три десятилетия вылили на него столько лжи, что истинное его содержание и значение для Советской страны известно сегодня немногим. Практически ничего не знает о стахановском движении наша молодежь, родившаяся и выросшая уже при капитализме.

По этой причине мы решили в годовщину со дня  Первого Всесоюзного совещания стахановцев опубликовать обширный материал на эту, на наш взгляд, очень важную, тему, проясняющую многие малоизвестные страницы советской истории.

 Стахановское движение: что такое труд на себя

В «Замечаниях к программе германской рабочей партии» («Критика Готской программы») Маркс, в частности, пишет: «На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: Каждый по способностям, каждому по потребностям!»

Здесь из контекста нужно особо выделить положение Маркса о том, что коммунистический труд, речь идёт о нём, должен стать первой потребностью жизни человека, а не только и – это главное – не столько средством для жизни. Сказав это, мы тут же получим «перчатку» от буржуазии. Нам скажут, дескать, вот, вы стремитесь уничтожить капитализм, а ведь в нём только и реализован тезис о труде как первой потребности жизни. В самом деле, мы призываем (и даже заставляем) людей трудиться всё больше и интенсивнее — для того, чтобы труд стал смыслом всей их жизни, без остатка, так как мы говорим им, что лишь такой напряжённый труд может обеспечить все их жизненные потребности. С Марксом всё сходится, а вы его просто неправильно поняли: ведь он имел в виду всецело поглощающий труд, без остатка сил и свободного времени. Такой труд превращается в увлечение, и поэтому не уничтожает личность, а делает её материально и духовно богатой. И поэтому мы, капиталисты, вовсе не эксплуатируем беспощадно рабочий класс, а даём ему шанс сделать труд первой и единственной своей необходимостью. Зачем трудовому человеку распыляться на другие увлечения? У него должно быть только одно увлечение – работа. Разве гуманно предоставлять ему свободное время? – если он может использовать его, с нашей точки зрения, зря?

Ну, куда нам, кухаркиным детям, Маркса понять! Особенно когда его, по его же любимому выражению, «ставят с ног на голову». Когда умышленно путают свободно осознанную  потребность — с вынужденной необходимостью, труд в радость и удовольствие – с отвратительной тяжестью бегства от голода и нищеты, труд на страну, где всё своё — с работой на фирму, где всё чужое.

И всё же, зачем человеку работать больше и лучше? Буржуазные идеологи, если отбросить многообразную демагогическую мишуру, едины в формулировке причин: маленький человек должен много и хорошо работать для того, чтобы сохранить «священный и незыблемый», изливающий на избранных реки предопределённой благодати, великий и единственно реальный, обаятельный в своей тихой скромности и девственно чистый в благих намерениях, овеянный могуществом рынка и купивший на корню почти всю европейскую философию «строй всех мыслимых свобод и демократий, самых равных возможностей и самых разнообразных шансов». Ибо только этот строй (добавим тихо: с его кальвинистским «человеколюбием», выраженным в прогрессе от костра и дыбы – к безработице и нищете. Какой «гуманизм»! Какие отцы «милосердия»!) может превратить тайные желания отдельного богатого извращенца в закон. Человек должен трудиться больше и лучше, утверждают они, чтобы поймать свой шанс, который и вынесет маленького забитого труженика к заветной и заповедной мечте, позволит ему, наконец-то, стать богатым и из категории мелких биологических существ перебраться в категорию «настоящие люди». Только этот «волшебный» строй показывает человеку, что он сам виноват в том, что он беден и слаб, виноват только потому, что он лентяй, он мало и плохо работает. Провидение, мол, очень любит великих тружеников.

Но ему этот же строй даёт уникальный шанс: работать много, работать без устали, без отпусков и почти без выходных, соглашаться работать сверхурочно и при этом рассматривать проклятый 8–ми часовой рабочий день как большевистское искушение, как грех, с которым нужно бороться. 10! 12! 14! часов неустанной работы на фирму – вот девиз настоящего человека, решившего кардинально изменить к лучшему свою жизнь. Тут же навстречу такому благородному желанию летит вся пропагандистская машина. Тут же в изобилии приводятся примеры «успешных и счастливых», живущих уже где-то в Майами или вблизи побережья французской Ривьеры. Они, как утверждает пропаганда, все как на подбор «selfmade man», т.е. люди из низов, из ничего, «сделавшие себя сами», разбогатевшие неустанным трудом ума, рук и ног. Ущемлённый сравнением не в свою пользу, недовольный собой, но воодушевлённый примерами ныне богатых и далёких, но вчера ещё таких же, как и сам, маленьких и трудолюбивых экономических крошек, человек набрасывается на работу, предлагает шефам нагрузить его ещё и ещё, стыдит коллег, считающих семью и здоровье детей ценностью высшей по отношению к служебным обязанностям. Он становится рабочей элитой фирмы, верным «партнёром» администрации. Ему даже вешают медаль на грудь за беззаветный трудовой подвиг на капиталистической ниве. А затем, на волне перепроизводства ему же его «партнёры» дают пинка под зад. Через несколько лет такой трудяга — ловец «американской мечты» опускается до уровня жителя фургона, обрастает струпьями и вшивой бородой, но всё ещё верит старому телевизору, из которого какой-нибудь пастор Доллар говорит ему: ничего, старина, твой шанс ещё впереди. Верь в него, работай больше, работай сильнее! И старина верит, что жизнь его ещё наладится, и потому артритными пальцами гордо поднимает по утрам национальный флаг над своей помойкой и поёт гимн обществу самых равных шансов на успех.

Этого несчастного жаль. Он так до конца своих окаянных дней и не понял, для чего человеку нужно много работать, и от чего на самом деле зависит такое трудно понимаемое сейчас счастье человека в своём труде.

Но было время, когда понимание своей личной ответственности за успехи и благополучие родной страны было доступно большинству людей. Было время, когда богатство страны, достаток и успех всех людей ставились конкретным человеком в прямую зависимость от количества и качества своего личного труда. У рабочего обоснованно возникало и крепло чувство хозяина государства. Рождался непобедимый человек – творец, который получал высшее удовольствие не от денег, а от результатов своего творческого труда. Ему хотелось работать хорошо, хотелось давать стране, народу, а значит, и себе, своей семье, близким людям всё больше и больше всех возможных благ, и самого лучшего качества. Одним из диалектических, материализованных выражений этого высокого, благородного чувства было стахановское движение.

Алексей Стаханов

Зачинателем всесоюзного движения за поднятие производительности труда был Алексей Григорьевич Стаханов. Стаханов родился в революционном 1905 году в семье крестьянина-бедняка деревни Луговой Орловской губернии. С 1914 по 1926 годы бат­рачил. В 1927 посту­пил на шахту и уже в первые годы работы стал од­ним из лучших шахтё­ров. Начав работу тор­мозным, проработав в течение 2-х лет коного­ном, Стаханов в 1930 г. перешёл на работу отбойщика за врубовой машиной, на которой оставался до 1933 г. За эти годы шах­та, как и весь Дон­басс, получила боль­шое техническое оснаще­ние. К тому времени значительно вы­росли политическая активность, культурный и технический уровень, материальная обеспеченность рабочих.

С 1933 г. Стаханов работает забойщиком на отбойном молотке. Он непрерывно повышает свою квалификацию, даёт высокие показа­тели производительности труда, помогает в учёбе и работе отстающим, не переставая искать пути, которые привели бы к резкому повышению добычи угля и вывели бы отстающую шахту из прорыва. Парторг шахты Мирон Дюканов, чутко следивший за ростом передовых шахтёров, поручил Стаханову обучение отстающих забойщиков. Стаханов тесно связал свою трудовую деятельность с рабо­той партийной организации шахты. Речь И.В. Сталина о кадрах на выпуске академиков Красной армии 4 мая 1935 пробудила в Стаханове, как и у большинства советских людей, огромный творческий энтузиазм.

А творческую энергию было куда приложить. Дело в том, что на шахте, где работал Стаханов, так же как и на других предприятиях, лава делилась на несколько уступов; в течение смены в ней работало 8—9 забойщиков. Забойщик дол­жен был отбивать уголь и сам же крепить уступ. Такая организация труда и ряд сопутствующих технологических неудобств сильно снижали производитель­ность труда. Норма добычи угля не превы­шала 13—14 т на выход. Стаханов решил осущест­вить совершенно новый способ добычи угля: разделить труд, обеспечить отбивку угля по всей лаве при условии, что крепление уступа будет производиться особым работ­ником — крепильщиком. В результате такой реорганизации, накануне Междуна­родного юношеского дня, 31 августа 1935 г., ра­ботая непрерывно на отбойном молотке с двумя крепильщиками, Стаханов сломал установлен­ные нормы, дав в течение штатной смены 102 тонны уг­ля. Правильная организация труда и макси­мальное использование техники дали воз­можность Стаханову 19 сентября того же года установить но­вый рекорд — 227 тонн угля в смену. В течение 2 следующих ме­сяцев шахта стала стахановской. Это привело к резкому повышению добычи угля. Значи­тельно повысился и заработок рабочих.

Стаханов газета

Этот рекорд вызвал необычайный подъём масс. Позже товарищ Сталин писал: «Пример Стаханова… положил начало массовому дви­жению рабочих и колхозников за повышение норм выработки, за новый подъём производи­тельности труда». Это массовое движение получило название Стахановского движения.

Что это было за явление? Это массовая фор­ма социалистического соревнования, всенарод­ное движение за повышение производитель­ности труда. Стахановское движение возникло в годы второй пятилетки как прямое следствие и дальнейшее развитие великих побед социализма, ликвидации эксплуататорских классов, как следствие осу­ществления технической реконструкции всего народного хозяйства и роста политической созна­тельности, активности и технических знаний трудящихся.

Уничтожение эксплуатации че­ловека человеком, превращение труда в не­посредственно общественный труд, явилось одним из источников Стахановского движения. Советский человек работал не на буржуазных эксплуататоров, а на себя, на своё общество; его труд имел общественное значение и гарантировался обществом, в то время как при капитализме труд всегда имеет част­ный, личный характер. Советскому строю были присущи иные стимулы к труду. Труд в СССР был делом чести, делом славы, делом доблести и геройства. Передовые люди, повышавшие производительность труда, были окружены всеоб­щим вниманием, заботой и почётом.

Стахановское движение, будучи подготовлено всем предшествующим развитием социалистических форм организации труда, массовым развёртыванием соцсоревно­вания, вместе с тем представляло высшую форму соцсоревнования, знаменовало новый этап в его развитии. Новое заключалось прежде всего в том, что Стахановское движение было связано с насы­щением промышленности, сельского хозяйства, транспорта новой передовой техникой. Эта техника, однако, не могла бы быть использова­на до конца без кадров, овладевших ею в полной мере. Воспитание новых, технически грамотных и под­готовленных кадров, осуществивших на деле сталинский лозунг — дополнить пафос строи­тельства пафосом освоения, — являлся одним из важнейших источников Стахановского движения.

Около ста лет назад Энгельс в «Принципах коммунизма» писал: «Подобно тому, как в прошлом столетии крестьяне и рабочие в мануфактурах изме­нили весь свой образ жизни и стали совер­шенно другими людьми, когда оказались вовлечёнными в крупную промышленность, точно так же общее ведение производства силами всего общества и вытекающее отсюда новое развитие производства будет нуждаться в совершенно новых людях и создаст их». Социалистический строй воспитал таких людей. Эти, по выражению Сталина, «новые люди из рабочих и работ­ниц, освоившие новую технику, послужили той силой, которая оформила и двинула вперёд стахановское движение».

В ноябре 1935 состоялось первое Всесоюзное совещание стахановцев, в котором принимали участие руководители СССР. В своей речи на этом совещании Сталин вскрыл всемирно-историческую роль Стахановского движения как движения за коммунистический труд, движения, подготовлявшего в условиях социализма предпосылки для перехода к высшей фазе общественного развития — коммунизму.

Собственно, начало Стахановскому движению положил своим первым рекордом не только Алексей Стаханов. Через несколько дней уже упоминавшийся парторг шахты «Центральная – Ирмино» Мирон Дюканов вырубил 115 тонн угля за смену. Но и этот успех был перекрыт забойщиком этой же шахты Концедаловым, давшим 125 тонн за смену. Все эти достижения, учитывая последующий абсолютный рекорд Стаханова – 227 тонн за смену — во много раз превысили существо­вавшие в стране нормы выработки угля, а также показатели производительности труда в развитых капиталистических стран (для сравнения: производительность рурского забойщика в Германии на отбойном молотке равнялась за смену 10,1 тонн, а по лучшим шахтам — 16-17 тонн).

Стахановское движение очень скоро стало развиваться во всех отраслях промышленности. Так, например, кузнец Горьков­ского автозавода им. Молотова Бусыгин 11 сентября 1935 года отковал за смену 1001 коленчатый вал вместо 675 по норме. Через несколько дней Бусыгин довёл выработку до 1146 ва­лов, превысив тем самым американские нормы выработки, принятые на заводах концерна «Дженерал Моторс». 13 сентября 1935 года фрезеровщик Московского станкоза­вода им. Орджоникидзе Гудов выполнил сменную норму на 410%. Позже на обработке других дета­лей Гудов дал ещё более высокие показатели производительности труда.

Не отставали от машиностроителей и их смежники — металлурги. 14 декабря 1935 года стахановцы доменной печи Макеевского металлургического завода добились рекордного коэффициента использования печи — 0,57. Спросят, много это или мало – для 1935 года?  Речь идёт о коэффициенте использования полезного объема (КИПО) – об отношении полезного объема печи к ее суточной производительности, основном показателе работы доменной печи. Судите сами: величина КИПО в самых современных доменных печах в РФ обычно равна 0,6—0,7, что позволяет на печах объемом 2000 м3 получать в год до 1100 тысяч тонн чугуна. Поэтому для уровня развития металлургической науки и техники 30 – 40–х годов КИПО, равный 0,57 — это не просто высокий, это выдающийся показатель.  КИПО в политическом смысле стал прямым доказательством пробуждения высшего коллективного творчества рабочих и инженеров, рождения у советских людей созидательного вдохновения, массового гения — этого невиданного в истории явления, которое Ленин называл первейшим залогом успешности строительства социализма, живым творчеством масс.

Макар Мазай

Всеобщую известность получил стахановец металлургии — сталевар Мариуполь­ского завода им. Ильича Макар Мазай, 26 октября 1936 года снявший 15 тонн стали с 1 м2 пода мартена, в то время как нормой считался съём 4 — 5 тонн, а на лучших европейских мартенах составлял 5,2—7,6 тонн с 1 м2. Мировой рекорд съёма стали поставил сталевар завода «Ко­минтерн» Чайковский, снявший 18 тонн стали с 1 м2 пода.

Не отставали от машиностроителей и металлургов работники лесной и лёгкой промышленности. Так, рамщик крупнейшего лесопильного завода в Архангельске Мусинский выработал 221 м3 чистого соснового бруса при норме в 95 м3. Стал всем известен трудовой почин ткачих Марии и Евдо­кии Виноградовых, которые стали работать на 144 стан­ках вместо 16—24 по норме.

Но эти показатели высокой производительности тру­да отнюдь не явились пределом. Забойщик шахты № 1 «Кочегарка» в Горловке Пузанов вырубил 27 октября 1936 года 660 тонн угля, а забойщик Гудов 7 декабря 1937 года выполнил норму на 4582%. Кузнец автозавода им. Молотова Фаустов 14 сентября 1936 года отковал 1774 вала. 29 января 1936 года обтяжчик киевской обувной фабрики Гомулько за смену обтянул 3083 пары обуви, перекрыв сменную норму почти в семь раз.

От шахтёров и металлургов старались не отстать и транспортники. Машинист паровоза Донец­кой железной дороги Кривонос довёл техническую скорость товарного поезда до 47 км/час вместо нормы 30 км/час. Тем самым Кривонос опроверг на прак­тике вредительские теории «предела» ско­рости на ж.-д. транспорте. В январе 1936 г. машинист депо Тула Огнев довёл месячный пробег паровоза до 15168 км вместо обычных 7 — 8,5 тыс. км и тем самым положил начало движению пятнадцатитысячников.

При этом борьба ста­хановцев за высокие показатели выработки продукции, за её качественные показа­тели была тесно увязана с борьбой за лучший уход и культурное обслуживание станков, машин, мартенов и т. д. с тем, чтобы обеспе­чить длительный срок службы машин и оборудования. Харак­терен в этом отношении почин машиниста Папавина, который высокой культурой ухода за паровозом добился того, что паровоз про­шёл 803 тыс. км без капитального ремонта. Что это значит? Это значит, что рабочий использовал машину как свою собственную, холил и лелеял её, это значит, что такой человек уже не разделял свою личную и общенародную собственность, а считал личную собственность – общенародной, данной ему всем народом, а общенародную собственность – своей кровной, созданной, выращенной, построенной своим трудом и умом. И потому – особенно ценной и особенно сберегаемой.

Паша Ангелина

1935 год ознаменовался мощным подъёмом социалистического соревнования и в сельском хозяйстве. Яркие образцы высокой производительности дали представители индустриального труда в сельском хозяйстве — трактористы и комбайнеры. Тракторная женская бригада Паши Ангели­ной (Старобешевская МТС Сталинской обла­сти) обработала в среднем каждым тракто­ром 930 га посевных земель, сама же Ангелина обработала сво­им трактором 1225,5 га. Тракторист Тихий (Ново-Григорьевская МТС Днепропетров­ской обл.) на тракторе ЧТЗ обработал 2240 га. Комбайнер Колесов (Погроменская МТС Чкаловской, ныне Оренбургской обл.) убрал площадь в 751 га. Достижение Колесо­ва было превзойдено комбайнером Бориным (Сталинградская область) – убрано 780 га посевов. Наиболее высокую производительность на комбайне дал механизатор Полагутин – убрано 1005 га (Старо-Порубежная МТС Сталинградской обл.). Здесь приведены лишь несколько рядовых примеров трудовых достижений советских людей.

Величайших побед стахановцы добились и на многих других участках социалистического сельского хозяйства, одно перечисление и краткое описание которых потребует отдельной летописи.

Многие буржуазные учёные пытались и пытаются до сих пор представить высокую произ­водительность труда стахановцев как пере­напряжение в работе, как своего рода крайний тейлоризм. Но тейлоризм, как указывал Ленин, соединяет в себе наряду с научной организа­цией труда самое утонченное зверство капи­талистической эксплуатации.  Стахановское движение не имеет ничего общего с тейлоризмом. Основа стахановских побед – не «ожидание рабочим награды за сверхурочный труд», не «морковка, подвешенная перед мордой осла», не «научный отбор» рабочих, на деле являющийся скрытым гимном безработице и драке рабочих за вакантное место, не т.н. «экономическая и психологическая целесообразность для капиталиста», которая на деле представляет собой лагерный экономический фашизм, а овладение в совершенстве техникой. Сталин справедливо харак­теризовал стахановцев как людей, «вполне овладевших техникой своего дела и умеющих выжимать из техники максимум того, что можно из неё выжать». Стахановцы добились сочетания технологического совершенства в работе с овла­дением техникой. Они вводили в производство рационализа­торские приёмы, вносили изменения в техноло­гию производства, улучшали – без всяких буржуазных теорий «осла и морковки» — организацию труда.

Стахановцы

Наиболее общим и наиболее распро­странённым методом работы стахановцев яв­лялось последовательно проводимое разделе­ние труда. Это важнейший момент. Стаханов разделил работу забой­щика и крепильщика. Это позволило ему спе­циализироваться целиком на забое и тем са­мым поднять добычу угля. Этот же метод при­менил Бусыгин. Инициаторы новых методов работы вводят разделение труда на операциях и работах, которые раньше считались недели­мыми.

Ста­хановцы как люди культурные и технически подкованные совершенствовали технологию производства. Например, Бусыгин, увидев, что от 20% до 50% всего рабочего времени про­падало из-за медленного нагрева заготовок в печи, предложил изменить конструкцию нагревательной печи и ввести более жёсткие режимы нагрева. Гудов выступил новатором в технологии машиностроения; он предложил и доказал на практике преимущества высо­ких скоростей обработки металла и примене­ния большего числа фрез (13 вместо 7), он же предложил эффективный способ охлаждения обрабатываемой детали эмульсионной жидкостью на основе дешёвого минерального масла и воды.

Стахановцы вводят усовершенствования, до­бавочные приспособления, дающие значитель­ный эффект. Они борются за ликвидацию простоев оборудования, за сокращение холо­стого хода, за повышение коэффициента машинного времени. В некоторых случаях использование простых приспособлений даёт большой выигрыш ма­шинного времени. Так, Гудов применил по­воротный стол, на котором укрепил два однотип­ных приспособления. Пока одна партия де­талей фрезеровалась на одном приспособле­нии, стахановец закреплял другую партию на другом; так потеря машинного времени сводилась к минимуму.

Стахановцы рациона­лизируют и регулируют эргономику рабочего места и свои собственные движения. Обувщик Сметанин тратил точно 13—14 секунд на пару обуви без порывов и без спада производительности. Кузнец Бусы­гин, изменяя силу ударов и объединяя некоторые из них, начал ковать коленчатый вал не с 22 ударов, как полагалось по американским нормам SAE, а с 15—16, а потом с 10. Этот стиль работы стахановцев отметил Сталин, указав, что стахановцы — это люди, «дающие образцы точности и аккуратности в работе, умеющие ценить фактор времени в работе и научив­шиеся считать время не только минутами, но и секундами».

Важнейшим элементом стаханов­ской работы являлась высокая производствен­ная культура. Бережное отношение к обору­дованию и инструментам, абсолютная чистота, аккуратное хранение инструментов, заготовка рабочих деталей по маркам и номерам, пра­вильная организация рабочего места, всё это — необходимые условия повышения про­изводительности труда.

Правильная организация труда характерна и для стахановской работы в сельском хозяйстве. Стахановцы полеводства боролись за правиль­ный севооборот; они осуществляли передо­вые агротехнические комплексы в их тесной связи и взаимозависимости, как то:

— организация снегоза­держаний;

— глубокая вспашка земель;

— хорошая под­готовка семян;

— сев в сжатые сроки;

— своевре­менный подъём паров;

— систематическая борьба с сорняками;

— правильное размещение растений на посевной площади;

— проведение подкормки растений удобрениями и многое другое.

Именно успешный опыт передовых колхозников сломал все пределы и существовавшие ранее теории о плодородных и неплодородных землях.

Примеры передовых борцов за повышение производительности труда воодушевили ши­рокие массы рабочих и колхозников. Речь шла о том, чтобы от отдельных рекордов перейти к общему, так сказать, плановому подъё­му производительности труда в целом по цеху, заводу, отрасли.  Так, по почину горняков Донбасса на предприятиях страны стали создаваться стахановские смены. На шахте им. Дзержинского стахановская смена за 6 часов выполнила суточную программу и овладела той проектной мощностью, которой на шахте предполагали достигнуть только через 10 лет (!). Стахановская смена сборочного цеха харьковского завода им. Орджоникидзе выпустила за смену с конвейера 200 тракторов вместо обычных 72-х.

Важнейшей составляющей Стахановского движения, органически связанного с новой и новейшей техникой и наукой, стал отказ от старых технических норм и выдви­жение «снизу» новых, более высоких технических и технологических нормативов, пересмотр проектных мощностей предприятий. Это означало, в первую очередь, поиск и открытие резервов производительности и качества внутри существующего производства, а затем – и создание новых, дополнительных мощностей без капитальных вложений в расширение производства. Этот факт является в своей основе глубоко революционным. Так, в мар­теновском производстве всеми учебниками и академическими руководствами устанавли­валась максимальная загрузка печи в 50— 60 тонн при максимальной нагрузке в 1,5 тонны на 1 м2 пода. В ответ стахановцы доказали возможность загрузки в печь 100 тонн и, таким образом, довели максимальную нагрузку до 4 т на 1 м2 пода. На автоматах и обмоточных станках механических цехов заводов автотракторного электрооборудования стахановцы достигли производительности в 1,5 раза более высокой, чем на заводах американской фирмы «Automat» (концерн «Дженерал электрик»); в шариковом цехе завода «Шарикоподшип­ник» стахановцы выпускали 116 кг шариков в час, а итальянская норма подшипникового цеха завода «FIAT» устанавливала предел производительности в 50 кг шариков в час.

Сопоста­вление старых технических норм оборудования прокатных цехов металлургических заводов и новых норм, определённых на основании опыта стахановцев, даёт нам следующую картину:

— годовая производительность проката листовой стали по старым нормам определялась в 130 тыс. тонн, а по новым — 200 тыс. тонн;

—  соответ­ствующие цифры по стану 500 «Кроссконтри»: 320 тыс. тонн и 1 млн. тонн;

— по блюмингу производ­ственная мощность была повышена в 15—16 раз.

Учитывая опыт работы стахановцев ещё в самом начале развития Стахановского движения, декабрьский Пленум ЦК ВКП(б) 1935 года обязал хозяйствен­ные и профсоюзные организации пересмотреть нормы выработки. В начале 1936 г. нормы были повышены. Эти повышенные нормы к концу того же 1936 г. перевыполнялись. В 1937 и в начале 1939 гг. нормы вновь были пересмотрены. Тем не менее, уже к концу 1939 г. и эти нормы зна­чительно перевыполнялись:

—  по угольной промышленности центра и Урала на 30—33%;

— по машиностроению на 24—28% и т. д.

Суще­ствовавшая на автозаводе им. Молотова норма отковки коленчатых валов — 1300 штук, в пересчёте на 8-часовой рабочий день – 1486 штук  (а рекорд Бусыгина в 1935 г.  — 1146 валов) пере­выполнена в июле 1940 г. кузнецом Фаустовым, отковав­шим 2250 валов. Норма слесарной обработки штампов для коленчатых валов была 65 ча­сов, в 1940 г. – уже 35 часов. Общий результат повышения производительности труда на автозаводе сказался в следующих цифрах: в 1934 г. на изготовление грузовой машины требовалось 157 часов, в 1940 г. — только 85; на выпуск легковой машины М-1 в 1936 г.  трати­лось 478 час, а в 1940 г. — 189 час. Средняя про­изводительность отбойного молотка в 1936 г. составляла 13,2 тонны против 6 — 7 тонн в 1934 году.

Значение Стахановского движения не только в том, что оно бес­пощадно сломало старые технические нормы и создало прогрессивные нормы, соответствующие новому техническому оснащению промышленности СССР. Всемирно-историческое значение Стахановского движения состоит прежде всего в том, что оно открыло воз­можность достижения такой производитель­ности труда, которая необходима для перехода от социализма к коммунизму. За один только 1936 год — первый год Стахановского движения, производительность труда в крупной промышленности выросла на 21%, а в тяжёлой промышленности — на 26%. В третьей пятилетке СССР начал об­гонять передовые капиталистические страны не только по темпам роста производительности труда, но и по уровню производства продукции. Так, по уровню добычи угля на одного рабочего СССР обогнал Ан­глию (на 1937 год: 327 тонн в СССР и 311 тонн  — в Англии), по выплавке чугуна на одного рабочего — Англию и Германию (в 1937 г. СССР — 711 тонн, в Англии — 550, в Германии – 505 тонн). На транс­порте техническая скорость грузовых поездов выросла почти на 50%; на столько же увеличился и суточный пробег паровозов в грузовом движении. Производи­тельность труда железнодорожников выросла вдвое.

Такое же повышение производительности труда имело место и в сельском хозяйстве. В 1935 году трак­тористов, обработавших свыше 1000 га на трак­тор, насчитывалось единицы. В 1936 г. их было 7913 человек, а в 1938 г. — уже 16113. В этом же году свыше 43 тыс. комбайнеров обрабаты­вало посевную площадь размером свыше 350 га. В 1935 г. один Полагутин убрал свыше 1000 га; в 1938 таких передовиков было около 500 человек.  Подъём производительности труда стал всеобщим. Тем самым Стахановское движение создало условия для всемерного роста производства и превра­щения СССР в самую зажиточную, самую богатую страну в мире.

Нас обязательно спросят: трудовые подвиги – это хорошо. Страна богатеет – это тоже хорошо. А как насчёт уровня жизни конкретного трудящегося человека – в его связи со Стахановским движением?

Мы не будем повторять, что уровень жизни советского человека определялся не только заработной платой, но и многими видами т.н. «скрытой зарплаты» в виде таких предметов зависти и тоски всех граждан капиталистических стран как безвозмездное получение жилья, бесплатные образование и медицина, условно платные коммуналка, отдых и культура, и многие другие блага, требующие для своего описания и анализа отдельной статьи. Мы коснёмся только заработной платы.

Громадное повышение производитель­ности труда имело своим результатом и зна­чительный рост уровня заработной платы. При росте численности рабочих и служащих за годы второй пятилетки на 124,6% фонд заработной платы вырос на 275,9%. Средне­годовая заработная плата рабочих увеличи­лась вдвое.

Система формирования зарплаты в СССР исходила из социалистического принципа оплаты по коли­честву и качеству труда, поэтому работа по-стахановски означала и стахановские за­работки. Заработки стахановцев повышаются в 2 — 3 раза и более против средней зарплаты при данной квалификации работника. Более подробно об этой стороне Стахановского движения можно прочесть в «Записках министра» А.Г. Зверева, бывшего наркома финансов СССР.

Крупнейшей победой второй пятилетки явилось создание новых кадров советской интеллигенции и широкое выдвижение новых работников во всех отраслях народного хозяйства. Среди этих новых кадров видное место занимают стахановцы, из среды которых вышел ряд крупных хозяйственников — ди­ректоров крупнейших предприятий, началь­ников дорог и других руководителей. Стахановское движение означало громадный рост культурно-технического уровня рабочего класса. Овладение стахановцами передовой техникой, выявление новых производственных мощностей, преодоление старых технических норм — всё это находилось в прямой связи с культур­ной революцией, произошедшей за годы вто­рой пятилетки. Культурная революция, в ча­стности, сказалась в росте общеобразователь­ной и технической подготовки трудящихся.

К концу 1935 года около половины рабочей моло­дёжи машиностроительной промышленности имело подготовку неполной средней или средней школы и только 13% не имело подготовки в объёме начальной школы. Введение госу­дарственного технического минимума повысило уровень технической подготовки основной массы рабочих. В начале 1936 г. 65% рабочей моло­дёжи имели производственную подготовку (сдали госу­дарственный технический экзамен, окончили шко­лы фабрично-заводского обучения, курсы и т. п.). Были организованы Стахановские школы, имевшие своей задачей повысить ква­лификацию рабочих в целях повышения про­изводительности труда и внедрить в массы стахановские методы работы. Сталин, отметив высокую профессиональную выучку стахановцев, указал, что Стахановское движение «содержит в себе зерно будущего культурно-технического подъёма рабочего класса, что оно открывает нам тот путь, на котором только и можно до­биться тех высших показателей производи­тельности труда, которые необходимы для перехода от социализма к коммунизму и уни­чтожения противоположности между трудом умственным и трудом физическим».

Улучшая технологии, процессы, разрабаты­вая новые рациональные конструкции, но­вые режимы использования механизмов, стахановцы обогащали науку и заставляли пересмотреть некоторые устаревшие её положе­ния. Опыт стахановцев имел громадное теоретическое значение, ибо по существу они своей практикой опровергли старую технологическую теорию производства и помогли науке выработать новые направления и методы исследования как в прикладных, так и в фундаментальных науках.

С другой стороны диалектическая связь науки и производства изящно проявилась в повышении технического и общекультурного уровня рабочих. Тот же фрезеровщик Гудов применил новый режим резания после того, как познакомился с технической литературой по этим вопросам, ознакомился с заграничным опытом, провёл с помощью инженеров ряд сложных математических расчё­тов. Стремление расширить свой кругозор, повысить свою квалификацию было ха­рактерно для всего рабочего класса СССР; оно определялось творческим характером труда в СССР, работой на себя, на своё государство. Отсюда — громадное развитие всех форм учёбы и охват ими значительной части рабочего класса. В 1938 г. всеми видами технической учёбы было охвачено более 6580 тыс. человек.

Рос культурно-технический уровень кадров и в кол­хозной деревне. Миллионы колхозников, рабочих совхозов овладевали основами агро­техники, зоотехники, повышали свою квалифи­кацию. В 1937 и 1938 гг. курсы трактористов и комбайнеров окончило 1211,4 тыс. человек. В колхозную жизнь прочно вошла практика организации широкой сети агро-зоотехнических кружков, которые охватывали значитель­ную часть колхозников. К 1940 г. было выпущено около 6000 книг и брошюр, освещающих опыт стахановцев, а так­же прогрессивную организацию ими конкретного производственного процесса.

В июне 1939 г. на харьковском заводе им. Молотова и уральском заводе тяжёлого машинострое­ния им. Сталина возникло движение много­станочников, которое с исключительной быстро­той распространилось по стране. В сентябре 1939 года на многостаночное обслуживание пе­решли сотни и тысячи рабочих. Так, в сен­тябре 1939 г. на 62 заводах Наркомата тяжёлого машиностроения многостаночники обслужи­вали 4430 станков, причём на 1 рабочего приходилось в среднем 2,4 станка.

Переход на многостаночное обслуживание был подгото­влен всем предыдущим развитием социали­стической промышленности, ростом её технической оснащённости, т.к. чем совершеннее станок, чем выше степень его автоматизации, тем больше станков может быть обслужено одним рабочим. Переход к многостаночному обслу­живанию был связан с совмещением профессий, возникающим на основе последовательно проведённого разделения труда. Это блестящий диалектический подход к организации производства: целесооб­разное сочетание различных операций произ­водственного процесса при определённом уровне механизации и автоматизации станков освобождает работника от значительной ча­сти труда по их обслуживанию и даёт ему тем самым возможность расширить число одновременно обслуживаемых единиц. Пере­ход на многостаночное обслуживание и сов­мещение профессий означает новую, более высокую ступень в развитии  советской промышленности. Стаханов­цы-многостаночники — это люди, обладающие высоким культурно-техническим уровнем и разносторонней квалификацией, это настоящая элита рабочего класса.

Стахановец-строгальщик депо Сталинград-I Немобов В.А во время войны

В годы Великой Отечественной войны на базе величайшего патриотического подъёма Стахановское движение получило новый, невиданный раньше, раз­мах. Все существовавшие показатели высо­кой производительности труда были значи­тельно перекрыты. Примеров этому очень много. Но наиболее примеча­тельно то, что трудовой героизм в годы Ве­ликой Отечественной войны стал народным, массовым. Это выразилось в перевыполнении норм по всем отраслям народного хозяйства, в беспримерных подвигах советских людей по строительству новых предприятий, по освоению нового производства, по восстано­влению разрушенных немецкими оккупан­тами предприятий. «Всё для фронта, всё для победы над врагом», «Работать по-фронтовому» — стало лозунгом масс.

Возникли новые формы Стахановского движения, массовое движение двухсотников и трёхсотников, т. е. рабочих, систематически выполняющих 2 — 3 производственных нормы. Движение двухсотников и трёхсотников пе­реросло в движение тысячников. Начатое на Урале фрезеровщиком Босым, оно перекинулось во все отрасли народного хозяйства. Особый размах получило движе­ние комсомольско-молодёжных бригад, до­стигших высокой производительности труда. Широкое распространение получили фрон­товые бригады, смены, цехи.

Новый подъём Стахановского движения был связан с дальнейшими улучшениями в области техники производ­ства и организации труда. На практике выявлялись новые формы участия рабочих в улучшении орга­низации производства, как, например, обществен­ные смотры организации труда на предприя­тиях.

В конце 1943 г. по почину московской работницы Е. Барышниковой зародилось широкое движение за улучшение производ­ства, за выполнение и перевыполнение про­изводственных заданий с меньшим числом занятых рабочих. Улучшения в организации технологии позволили на заводах танковой промышленности без ущерба для дела ликвидировать 115 мел­ких цехов, 513 производственных участков и более 600 бригад. Благодаря этому было высвобождено 2297 инженеров, техников и служащих и 3790 квалифицированных рабочих. Освобождающиеся инженеры, тех­ники и рабочие использовались на других участках и предприятиях и, в частности, для восстановления промышленности в районах, освобождённых от немецких захватчиков.

Стахановское движение во время войны являлось могучим средством укрепления могущества Советского Союза, залогом победы,  эффективным путём улучшения благосостояния широких масс. Впервые во время войны (в 1942 году) ряду стахановцев промышленности, транспорта, сельского хозяйства как новаторам производства были присуждены Сталинские премии. Только за первые 2 года войны свыше 50 тыс. рабочих и служащих за самоотверженную работу были награждены орденами и медалями СССР. Наиболее отличившимся трудящимся было присвоено звание Героя социалистиче­ского труда.

Выполнение первой послевоенной пяти­летки проходило в условиях мощного подъёма Стахановского движения. Оно разворачивалось в форме скорост­ных методов проходки в горной промышленно­сти, массового перехода на многостаночную работу на ткацких фабриках и т. д. Во всей стране массовый отклик получило движение, начатое по почину коломенских комсомольцев за переход канцелярских служащих на производство для восполнения недостатка в квалифицированных рабочих. В трудный для сельского хозяйства 1946 год, когда сильная засуха поразила значительную часть территории страны, именно стахановцы-колхозники показали путь к невиданно высоким уро­жаям. Страна быстро поднималась из руин, в планах был невиданный рывок в развитии всей промышленности и сельского хозяйства СССР. Основой, главной движущей силой такого рывка должны были стать и стали советские герои – стахановцы.

Клеветникам на Стахановское движение: давно слышим ваш слёзный вой о том, что, мол, в СССР бедный русский народ работал из-под большевистской палки, что рекордные показатели в советской экономике достигнуты не свободными творцами будущего в цехах и на полях страны, а «токмо в лагерях, невинными и умученными жертвами 37–го года», и что на свободе, мол, за спиной у каждого работяги стоял чекист с револьвером и заставлял работать. Что ж, мы не лгуны и не продажные истерички, поэтому только что спокойно и смело, ёмко и по делу с фактами в руках ответили на ваш вой и скупые пуританские слёзы. Читайте  нас внимательно!

И запомните: ваш век, век лгунов и буржуазных прихвостней, трещит и кончается. Вам становится неуютно. Ваш хозяин, капитал, мечется. И не мудрено: ведь среди кольев, которые скоро забьют в его сердце, кол имени Стаханова будет самым большим.

Вы считаете экономику «своим полем», но до сих пор тайком кусаете пальцы оттого, что капитализм был беспощадно бит на этом поле простыми рабочими и крестьянами.

Вы брызжете слюной и тычете пальцами в собственные фантазии «о страшных сталинских лагерях», потому что других аргументов у вас нет.

Уже нельзя отрицать превосходство свободного труда над капиталом, и поэтому вам приказали попросту вымарать сталинский СССР из официальной истории. Вам приказали глухо молчать о том, как на самом деле развивался экономический потенциал великой страны. Те из вас, которые всё ещё потрясают нашего обывателя своими учёными титулами и философской терминологией, видимо, учились в советских ВУЗах отвратительно. Там из вас вышибло объективность. Вы так и не смогли (а некоторые смогли, но не захотели открыто) признать тот простой факт, что людей нельзя силой заставить работать много и хорошо.

В наёмном капиталистическом рабстве, слегка ослабленную европейскую версию которого уже много лет вы на все лады восхваляете и вслед за Хрущёвым выдаёте за истинный социализм, наёмный раб трудится, чтобы физически выжить и сохранить жизнь семьи. Он категорически оторван от средств производства, он никак не влияет на распределение прибыли. Он чужд мыслям о сохранности и улучшении средств производства и сохраняет их лишь постольку, поскольку боится наказания за их порчу или поломку. Ему безразлична судьба как отрасли, в которой он работает, так и, по большому счёту, страны, в которой он живёт. Наёмный работник при капитализме – это социально-экономический квартирант, которого всегда могут вышвырнуть вон, как за пределы фирмы, так и за пределы общества, полноправным членом которого он себя до сих пор считает.

С другой стороны, даже объективная необходимость в повышении производительности и качества продукции, в модернизации производства принимается работниками отчуждённо, не как свой кровный интерес, а как ухудшение своего положения, так как рабочему здесь вполне очевидно, что рост и модернизация будут проведены за его счёт, в ущерб его настоящему и без всякой оптимистической перспективы его будущего.

Капитализм производит рабов – в отношении к чужой собственности, в отношении к ставшей чужой собственной стране. А раб желать процветания не может даже другому рабу, не говоря уже о рабовладельце или обслуживающем рабовладельца государстве.

В этом — лежащий на поверхности буржуазного общества тот самый, якобы «невидимый», «незамеченный» апологетами капитализма, закон его издыхания, выражающий принципиальную разницу между наёмным рабом капитала и свободным творцом коммунизма: шахтёр Алексей Стаханов первым показал на деле, что такое твёрдый рабочий шаг к великой цели, кто настоящие хозяева своей земли и как строится счастливое Будущее — будущее коммунизма.

Материал подготовил В. Бородаенко          

Стахановское движение: что такое труд на себя: 5 комментариев

  1. т.е. с правом присвоения капиталистической прибыли. Артель же — это кооперация, полусоциалистическая форма деятельности. Отсюда — колхозно-кооперативная собственность, существовавшая в СССР.

  2. Отличная статья, создать бы условия для современного стахановского движения, а то не работа а сплошное уныние

Добавить комментарий для Тимур Досаев Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.

*

code