К 115-летию ленинской «Искры»

В конце декабря 1900 года в самодержавной России вышел первый номер рабочей газеты, приобретшей впоследствии всемирную известность и ставшей основой, вокруг которой сформировался в единую революционную политическую партию — партию социал-демократов-большевиков — российский рабочий класс, одержавший в октябре 1917 года великую историческую победу над своими угнетателями и построивший первое в мире государство рабочих и крестьян — могучий и до сих пор никем  непревзойденный СССР. Назвалась эта газета «Искра». Ее идейным вождем и вдохновителем, предложившим именно такой путь создания партии рабочего класса — через общерусскую рабочую газету — был Владимир Ильич Ленин.

И до «Искры» революционеры, в том числе и социал-демократического направления, пытались издавать рабочие газеты. Но ни одной из них не удалось получить сколько-нибудь широкую известность, не говоря уже о том, чтобы стать общероссийской газетой, которую бы страстно читали русские рабочие на фабриках и заводах во всех уголках огромной России. «Искре» это сделать удалось.

В чем был ее секрет? К сожалению, о нем теперь знают немногие. История партия большевиков, как, собственно, и революционная теория Маркса и Ленина, сегодня, когда капитализм окончательно разложился и полностью готов к своей окончательной гибели, и когда эта теория и драгоценный опыт борьбы русского рабочего класса востребованы как никогда раньше, не пользуются популярностью у наших левых и «коммунистов».

Особенностью «Искры» было то, что это была не газета, издававшаяся интеллигентами для рабочих, какими, как правило, были все прежние издававшиеся в царской России (собственно, и за рубежом тоже) рабочие газеты, это была газета самих рабочих — она состояла в значительной степени из корреспонденций рабочих и материалов, написанных ими самими. Рабочие через газету обменивались друг с другом опытом классовой борьбы с угнетающими их предпринимателями и царским правительством, а редакция газеты, состоявшая из революционеров-интеллигентов, анализировала и обобщала этот опыт, четко и ясно отвечая на самый злободневный и насущный вопрос рабочих-читателей «Как бороться?». Последнее и обеспечило «Искре» небывалую популярность в пролетарских массах дореволюционной России и стало залогом консолидации вокруг нее всех революционных сил страны.

О том, как создавалась большевистская «Искра», сколько труда было в нее вложено лично Владимиром Ильичем Лениным, великим вождем победоносного русского рабочего класса, говорить можно много. Но мы не будем повторять за другими. Мы просто дадим слово тем, кто стоял сам у истоков большевизма в России — старым подпольщикам-большевикам, работавшим вместе с Лениным и вместе с ним и «Искрой» строившим самое дорогое, что было у нашего рабочего класса — его большевистскую партию.

Ц.  С.  Зеликсон-Бобровская

К 50-летию выхода первого номера ленинской «Искры»

Полвека прошло с тех пор, как рабочий класс нашей Родины в преддверии гигантских битв, которые ему тогда предстояли, получил из рук Владимира Ильича Ленина могучее идейно-политическое оружие — ленинскую «Искру». С выходом в декабре 1900 года первого номера «Искры» был заложен идеологический и организационный центр для основания боевой пролетарской партии в царской России. «Искра» явилась «общерусской политической газетой, подготовившей идейное и организационное сплочение партии»[1].

* * *

Конец XIX — начало XX века.

Противоречия капитализма достигли крайней степени обострения, капиталистический мир вступал в эпоху империализма и пролетарских революций.

Ленин называет империализм загнивающим капитализмом. Противоречия этого загнивающего капитализма с особой силой проявились в царской России, которая, по определению И. В. Сталина, была в то время «очагом всякого рода гнёта — и капиталистического, и колониального, и военного, — взятого в его наиболее бесчеловечной и варварской форме»[2]. Варварский гнет неудержимо толкал на революционную борьбу, центр мирового революционного движения переместился в Россию.

Перед рабочим классом России, перед его партией встали неотложные задачи — политически осмыслить борьбу, придать ей наиболее целесообразные организационные формы. Но партию, по выражению И. В. Сталина, сверху донизу разъедали кустарничество и кружковщина, идейный разброд составлял характерную черту ее внутренней жизни. Местные органы партии, местные комитеты, группы и кружки находились в состоянии полной организационной разобщенности.

В социал-демократических организациях преобладающим влиянием пользовалась российская разновидность международного оппортунизма, господствовал «экономизм» — направление, названное Лениным расплывчатым и мало определенным, но зато тем более устойчивым и способным возрождаться в разнообразных формах[3]. «Экономисты» отрицали необходимость политической борьбы рабочего класса, считая ее делом буржуазии. Социал-демократические организации, руководимые, «экономистами», вместо того чтобы вести борющиеся массы за собой, плелись в хвосте масс. Вместо революционного они пытались придавать борьбе масс тред-юнионистский характер.

Ленин, находясь в ссылке, был сильно озабочен кризисным состоянием партии. «Он понимал лучше, чем кто-либо другой, что «экономизм» есть основная ячейка соглашательства, оппортунизма, что победа «экономизма» в рабочем движении будет означать подрыв революционного движения пролетариата, поражение марксизма.

И Ленин стал громить «экономистов» с первых же дней их появления»[4].

Все внимание Ленина, особенно в последний год ссылки, было сконцентрировано на детальной выработке плана объединения русских социал-демократов. «Осуществить это объединение, выработать для него подходящую форму, освободиться окончательно  от узкой местной раздробленности — такова ближайшая и самая насущная задача русских социал-демократов»[5], —писал Ленин из ссылки в 1899 году.

Сущность ленинского плана сводилась к созданию центра, вокруг которого должны будут собраться распыленные до тех пор силы партии. Таким центром могли явиться прежде всего общерусская политическая газета, а также теоретический журнал, в которых будут выдвинуты требования завоевания социальных реформ с одновременной ясной и четкой постановкой вопросов борьбы за завоевание пролетариатом политической власти для организации социалистического общества.

Став идеологическим центром, газета и журнал должны были в то же время, по мысли Ленина, являться и организационным центром, при помощи которого можно будет в максимально короткие сроки подготовить нужные партии кадры революционеров-рабочих, способных выполнять возложенные на пролетариат России исторические задачи.

Вещей называет И. В. Сталин формулировку этих задач, данную Лениным почти 50 лет назад. «История поставила теперь перед нами ближайшую задачу, которая является наиболее революционной из всех ближайших задач пролетариата какой бы то ни было другой страны, — писал Ленин. — Осуществление этой задачи, разрушение самого могучего оплота не только европейской, но также (можем мы сказать теперь) и азиатской реакции сделало бы русский пролетариат авангардом международного революционного пролетариата»[6].

С огромным нетерпением ожидал Ленин окончания срока ссылки, который истекал 29 января 1900 года, чтобы приступить к практическому  проведению в жизнь намеченного им плана.

«Теперь у нас только и разговору, что о дороге»,— писала Н. К. Крупская матери Владимира Ильича.

Настает долгожданный день — 29 января 1900 года — день отъезда. Выехали в морозное утро. На станцию железной дороги едва успели к отходу поезда, ехали в 3-м классе…

* * *

Зная заранее, что в промышленном центре страны ему как бывшему ссыльному поселиться не дадут, Ленин избирает своим временным местом жительства город Псков, преимущество которого заключалось в близости к Петербургу. Отсюда, из Пскова, Ленин предполагал установить связи с нужными людьми, при помощи которых в ряде городов России будут созданы опорные пункты для будущей газеты. Газету предполагалось издавать за границей.

Одним из первых таких опорных пунктов стала Уфа.

Остановка на несколько дней в Уфе по дороге из ссылки была использована Лениным для совещания с находившимися там ссыльными социал-демократами. Ленин знакомит их с планом будущей газеты «Искра» — будущего центра притяжения сил партии.

Выступление Ленина в Уфе произвело, как говорил один, из участников этого совещания, впечатление неожиданно распахнувшегося в душной комнате окна, через которое ворвалась струя свежего воздуха.

По дороге из Уфы в Псков Ленин останавливается в Москве. Царские шпионы не выпускают его ни на минуту из поля своего зрения. Они докладывают по начальству, что в Москву нелегально прибыл Лалаянц — представитель группы «Южный рабочий» — для переговоров с Лениным[7].

По этому полицейскому документу можно судить, что встреча с Лалаянцем состоялась уже через несколько дней после приезда Ленина в Москву.

При разговоре с Лалаянцем, как тот пишет в своих воспоминаниях «У истоков большевизма», Ленин очень интересовался состоянием революционного движения в крупных южных центрах — Харькове, Киеве и особенно, Екатеринославе (Днепропетровске).

Что касается основной цели приезда Лалаянца — приглашения Ленина от имени редакции «Южный рабочий» на партийный съезд в Смоленске, который она проектировала созвать летом 1900 года,— то тут Лалаянца постигла неудача: Ленин отрицательно отнесся к такому проекту.

Ленин доказывал, что при том хаотическом состоянии, в каком тогда находились социал-демократические организации, съезд ничего не даст. Партийному съезду должна предшествовать большая подготовительная работа по установлению основных программных, организационных и тактических принципов, на основе которых должна быть построена партия. Только по завершении такой подготовительной работы, говорил Ленин, должен быть созван съезд.

После свидания с Лалаянцем Ленин по дороге в Псков делает нелегальную остановку в Петербурге, где встречается с временно приехавшей из-за границы Верой Засулич — членом группы «Освобождение труда».

26 февраля 1900 года Ленин приезжает в Псков. В Пскове он устанавливает связи с местными социал-демократами, которых он в дальнейшем намечает использовать при практическом осуществлении своих планов, созывает совещание, на котором присутствуют, кроме его тогдашних единомышленников, и представители так называемого «легального марксизма» — Струве, Туган-Барановский.

Для этого совещания Лениным был подготовлен проект заявления от будущей редакции газеты «Искра» и научно-политического журнала «Заря». Но участие в совещании «легальных марксистов» создавало сложное положение.

С одной стороны, на «легальных марксистов» — Струве и Туган-Барановского — возлагались тогда еще надежды, что они будут поддерживать как в литературном, так и в материальном отношении «Искру» и «Зарю», ибо эти органы ставят себе целью организацию политической борьбы против самодержавия.

С другой стороны, при характеристике вреда, который приносят «экономисты», вдохновляемые «легальными марксистами», нельзя было не включить в заявление от редакции таких, например, строк: «русская легальная литература с той пародией на марксизм, которая способна только развращать общественное сознание, еще усиливает этот разброд и эту анархию, благодаря которой знаменитый (знаменитый своим банкротством) Бернштейн мог печатно перед всем миром заявить такую неправду, будто большинство действующих в России социал-демократов стоит за него»[8].

5 мая 1900 года Ленин получает паспорт для выезда за границу, но ехать еще нельзя — предстоят хлопоты, деловые свидания. Для того чтобы здесь, в России, закрепить базу для будущих органов печати, Ленин объезжает ряд городов, где проводит совещания, вызывает товарищей для переговоров. Во время одной такой нелегальной поездки в Петербург Ленин был арестован на улице, но вскоре был   освобожден и 16 (29) июля 1900 года выехал за границу.

* * *

В Швейцарии, в Женеве, предстояли переговоры, связанные с установлением правильных взаимоотношений с группой «Освобождение труда», возглавлявшейся Плехановым.

В процессе этих переговоров начались трения, принявшие особо резкий характер на совещании, состоявшемся в Корсье, в деревне близ Женевы, где в то лето жили Плеханов и Засулич.

Здесь при обсуждении ленинского проекта заявления от редакции Плеханов, рассчитывавший с самого начала забрать в свои руки все дело «Искры», а настоящим ее организаторам, главным образом Ленину, отвести второстепенное место, держал себя надменно, вызывающе. Так, когда Ленин зачитывал свой проект заявления, Плеханов не возражал против этого документа по существу, но, как говорится в полной возмущения знаменитой записи Ленина «Как чуть не потухла «Искра»?» (сентябрь 1900 года), «держал себя странно, молчал, никаких изменений не предложил… и только вскользь, мимоходом, бросил ядовитое и злое замечание, что он-то бы (они-то бы, т. е. группа «Освобождение труда», в коей он диктатор) уж, конечно, не такое заявление написал»[9].

Вопрос о привлечении Плеханова и его товарищей к активному участию в работе газеты и журнала Лениным с самого начала ставился так: «Мы представляем из себя самостоятельную литературную группу, — писал 5 сентября 1900 года Ленин. — Мы хотим остаться самостоятельными. Мы не считаем возможным вести дело без таких сил, как Плеханов и Группа «Освобождение Труда», но отсюда никто не вправе заключать, что мы теряем хоть частичку нашей самостоятельности»[10].

Поведение Плеханова на совещании в Корсье подтвердило правильность именно такого решения вопроса, особенно если учесть, что остальные члены группы «Освобождение труда» — Аксельрод, Засулич, Дейч — всегда покорно склоняли головы перед казавшимся им незыблемым авторитетом Плеханова. О том, что Плеханов, став редактором, сильно затормозил бы дело, Ленину сигнализировал и находившийся тогда в Женеве после побега из ссылки Николай Бауман, всецело в то время преданный Плеханову и все же доказывавший необходимость и территориально ставить издание «Искры» «подальше от стариков».

«Если старики,— говорил Бауман,— будут держать в своих руках фактическую редакционную работу, то это будет равносильно страшной проволочке, а то и провалу дела»[11].

Конфликт между Плехановым и группой «Искры» грозил полным разрывом — обстоятельство, испугавшее Плеханова, заставившее его капитулировать.

Длительные переговоры о формах сотрудничества между группой «Освобождение труда» и группой «Искры» привели в конце концов к соглашению, в первом пункте которого говорилось, что журнал «Заря» и газета «Искра» издаются и редактируются группой русских социал-демократов при редакционном участии группы «Освобождение труда».

После совещания в Корсье Ленин направляется в Германию, в Нюрнберг, к социал-демократу Адольфу Брауну, который обещал техническое содействие в печатании «Искры».

По совету немецких социал-демократов «Искру» решено было печатать в тайной типографии в Лейпциге. Редакция «Искры» и «Зари» должна была находиться в Мюнхене.

Из России Ленин уехал за границу легально. Но здесь, в Мюнхене, он и другие члены редакции решили жить по нелегальным паспортам, а такая предосторожность была не лишней, ибо департамент полиции проявлял особый интерес к именам Ленина и связанных с ним товарищей. Об этом свидетельствует ряд донесений из Берлина заведующего царским политическим сыском за границей Рачковского.

Рабочая редакция ко времени подготовки первого номера «Искры» состояла из Ленина, Засулич и Потресова, но главная трудность легла на плечи Ленина. Всю тяжесть подготовки номера даже с технической стороны пришлось ему принять на себя. В более чем скромной обстановке протекала напряженнейшая  работа Ленина.

«В сутолоке я живу довольно-таки изрядной, даже чрезмерной,— пишет Ленин в сентябре 1900 года Н. К. Крупской,— и это (NB) несмотря на сугубые, сверхобычные меры предохранения от сутолоки! Почти, можно сказать, в одиночестве живу — и сутолока тем не менее! Положим, это неизбежная, неотвратимая при всякой новизне положения сутолока…»[12].

В заявлении от редакции «Искры», которое решено было опубликовать еще до выхода первого номера газеты, отдельно, подчеркивалось, что социал-демократию не следует понимать как организацию, которая служит исключительно стихийной борьбе рабочего класса, удовлетворяющейся местной агитацией и «чисто-рабочей» литературой. Задачи социал-демократии гораздо шире. Она, социал-демократия, должна являться революционной партией, направленной против царского самодержавия и неразрывно связанной с рабочим движением[13].

«Только организованный в такую партию пролетариат, этот наиболее революционный класс современной России, в состоянии будет исполнить лежащую на нем историческую задачу: объединить под своим знаменем все   демократические   элементы   страны   и   завершить   упорную борьбу целого ряда погибших поколений конечным торжеством над ненавистным   режимом»[14].

Лениным были заготовлены три статьи для первого номера «Искры»: «Насущные задачи нашего движения», «Китайская война», «Раскол в заграничном Союзе русских социал-демократов».

В конце декабря 1900 года детище Ленина увидело свет — первый номер «Искры» был готов. Ленинская статья — «Насущные задачи нашего движения» — шла в номере передовой.

«Перед нами,— говорилось в конце этой передовой,— стоит во всей своей силе неприятельская крепость, из которой осыпают нас тучи ядер и пуль, уносящие лучших борцов. Мы должны взять эту крепость, и мы возьмем ее, если все силы пробуждающегося пролетариата соединим со всеми силами русских революционеров в одну партию, к которой потянется все, что есть в России живого и честного. И только тогда исполнится великое пророчество русского рабочего-революционера Петра Алексеева: «подымется мускулистая рука миллионов рабочего люда, и ярмо деспотизма, огражденное солдатскими штыками, разлетится в прах!»[15].

Завершив к концу 1900 года работу по выпуску первого номера «Искры», Ленин ставит перед собой очередную неотложную задачу — создание искровской организации в России.

«…Непосредственной задачей нашей партии..,— писал Ленин в мае 1901 года (№ 4 «Искры»),— должен быть призыв к выработке революционной организации, способной объединить все силы и руководить движением не только по названию, но и на самом деле, т. е. быть всегда готовой к поддержке всякого протеста и всякой вспышки, пользуясь ими для умножения и укрепления военных сил, годных для решительного боя»[16].

Такая организация — сеть агентов «Искры» — создастся, по мысли Ленина, из активистов партии, которые займутся на первых порах снабжением «Искры» материалами, доставкой ее в Россию, правильным ее распределением в рабочих районах.

Вскоре эта организация начинает приобретать реальные очертания — вокруг газеты группируются пока отдельные видные революционные работники-практики — такие, как Бауман, Бабушкин, Книпович и другие.

С выходом первых номеров «Искры» И. В. Бабушкин, названный потом Лениным народным героем, регулярно посылает корреспонденции из Москвы, из Орехово-Зуева, Иваново-Вознесенска и других центров московской промышленной области.

Постоянную связь с «Искрой», с Лениным держит Л. М. Книпович, известная Ленину по петербургскому «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса». При посредстве Книпович, отбывавшей срок ссылки в Астрахани, устанавливается связь с соратником и ближайшим другом И. В. Сталина — Ладо Кецховели.

«Ладо Кецховели, — пишет Л. П. Берия, — являлся профессиональным революционером, выдающимся организатором ленинско-искровского подполья. Он умело сочетал глубокую и тщательную конспирацию с повседневной связью с рабочими Тифлиса и Баку, организовывая самые сложные и трудные революционные мероприятия… Всю свою многогранную революционную работу в Баку Кецховели проводил по указаниям Тифлисской руководящей группы РСДРП и товарища Сталина. Ладо систематически поддерживал с товарищем Сталиным письменную связь, а за указаниями и советом по важнейшим вопросам приезжал к товарищу Сталину в Тифлис и в Батум»[17].

Тайная типография, организованная тогда Ладо Кецховели в Баку, условно названная «Ниной», стала с сентября 1901 года печатать сталинскую «Брдзолу» («Борьбу») — первую нелегальную грузинскую социал-демократическую газету искровского направления. «Брдзола» являлась лучшей после «Искры» марксистской газетой в России. Первый номер ее вышел с передовой, написанной И. В. Сталиным. Ленинская «Искра» отметила выход в свет № 1 «Брдзолы» как событие большой важности.

В типографии «Нина» потом печатались издания «Искры» и перепечатывались отдельные номера самой «Искры».

В Архиве Института Маркса—Энгельса—Ленина сохранилось письмо Ладо Кецховели в редакцию «Искры», датированное 9 мая 1902 года. Оно написано непосредственно после провала Бакинской партийной организации, после произведенных там массовых арестов.

Письмо Кецховели в «Искру» свидетельствует о громадных трудностях, которые приходилось преодолевать агентам «Искры», организуя ее предприятия, охраняя эти предприятия от царских шпионов и провокаторов.

Вопросы распространения нелегальной литературы, и в первую очередь «Искры», занимали все время серьезное внимание Ленина. Еще в ссылке, в 1899 году, за год до выхода первого номера «Искры», Ленин в одной из своих программных статей («Насущный вопрос»), между прочим, указывает, что само название социал-демократической газеты облегчает ее распространение, поскольку она должна попадать в фабрично-заводские центры — в рабочие районы, где сами рабочие обладают многочисленными способами обмануть бдительность полиции.

Главная трудность заключалась в переправке литературы на «ту сторону» — в Россию.

Первую попытку транспортировать в Россию «Искру» постигла неудача. 3000 экземпляров первого номера газеты попали в руки пограничной стражи.

10 июля 1901 года Н. К. Крупская, по поручению Ленина, пишет Бабушкину—«Богдану»: «Нам много приходится выслушивать из России упреков за несвоевременность доставки, неравномерность распределения и пр. Мы прекрасно понимаем, как должно быть неприятно все это для наших агентов, но нельзя очень-то винить и нас. До сих пор у нас еще нет своего пути, всевозможные пробы стоили очень дорого, все обещали, брали деньги вперед и не выполняли обязательств. У нас пропала масса литературы. Теперь дело обещает наладиться»[18].

26 июня того же, 1901, года Ленин лично пишет Бауману, который занимался доставкой «Искры» в Россию и снабжением ею местных партийных организаций. В этом письме Ленин подробно инструктирует Баумана, с кем и как он должен связаться, каким образом может перейти тайно границу, чтобы взять литературу и доставить ее «повсюду». «Дело трудное и серьезное, требующее перемены местожительства,— пишет Ленин,— но зато дело самое важное для нас»[19].

К осени 1901 года переправка «Искры» и ее изданий принимает более организованный характер. В Баку создается оформленная транспортная группа, названная «Лошади», которая организует переброску «Искры» через Персию.

Организация транспорта «Искры» и ее изданий принимает все более и более разнообразные формы.

«…Сообщаем Вам,— говорится в одном из многочисленных запросов того времени из России,— следующее: Высылайте в Батум 3—5 пудов литературы, заверните по одному пуду в брезент, чтобы в случае надобности можно было бы бросить в море.

Главное внимание обратить на своевременное извещение о следовании транспорта, то есть постарайтесь известить нас Баку о дне прибытия парохода в Батум»[20].

На первые же номера «Искры» получаются живые отклики с мест. «Искра» читается с увлечением. Связь с местами крепнет. «Сообщаем Вам об общем положении дел,— говорится в одном из писем «Искры» в Россию,— вышел № 4 «Искры» и скоро выйдет № 5. Нам удалось сделать газету ежемесячной. Недостатка в материале нет. Отзывы получаем самые разнообразные. Упреки в непопулярности чаще приходится слышать от интеллигенции, чем от рабочих. Недавно получили очень сочувственный отзыв от Иваново-Вознесенских рабочих»[21].

Один из крупных организаторов нашей партии периода ее нелегального существования — «Иннокентий» (Дубровинский), находившийся в ссылке в Астрахани, в письме в редакцию «Искры» от 5 августа 1902 года сообщал: «Публика, возвратившаяся из ссылки, очень довольна «Искрой». Говорят, что среди крестьян большое волнение она вызывает, советуют там распространять ее в большом количестве»[22].

Ленинские «профессионалы» — агенты «Искры», действовавшие в России, уверенно проводят в жизнь директивы вождя по организационным и тактическим вопросам, инструктируют местные партийные организации, как строить по-революционному повседневную работу. Ленин торопится закончить свою знаменитую работу «Что делать?», ставшую потом замечательным руководством к действию для всех революционных социал-демократов, активистов партии.

Уже с начала 1902 года основное ядро ленинских агентов «Искры» оформляется организационно. 20 января 1902 года З. П. Кржижановская сообщает в редакцию «Искры» из Самары, что там состоялся съезд агентов, на котором присутствовало 16 человек. Выбрано постоянное бюро русской организации «Искры». На совещании дебатировались вопросы, связанные с линией поведения приезжающих на места агентов «Искры» по отношению к местным комитетам партии. Решение состоялось в том смысле, что агент должен стараться вступить в местный комитет, должен завоевать влияние в этом комитете вплоть до того, чтобы добиться от него признания «Искры» своим органом. Если же комитет в большинстве своем относится отрицательно к позиции «Искры», то агент должен стараться создать параллельную комитету искровскую организацию.

В порядке дня совещания стоял также вопрос об отношении к созыву партийного съезда. Было решено не форсировать созыв съезда, а предварительно хорошо подготовиться.

Решено было также не распылять силы на поддержку местных органов печати, концентрируя эти силы на распространении «Искры» и ее изданий.

По мере расширения деятельности «Искры» дальнейшее пребывание редакции в Мюнхене становилось не только нецелесообразным, но даже опасным, так как русское правительство могло потребовать у кайзера выдачи Ленина и его товарищей. Весной 1902 года было решено перенести редакцию в Лондон.

* * *

Трения между группой «Освобождение труда» и группой «Искры», начавшиеся на совещании в Корсье, продолжались и в дальнейшем, не выходя, однако, за пределы внутренней борьбы. Но позднее, особенно к концу 1901 года, когда началась вплотную подготовка программы партии, борьба обострилась.

Два проекта программы, представленные тогда Плехановым, были резко раскритикованы Лениным. Как первый, так и второй плехановский проект, названный Лениным программой для учащихся, а не программой боевой революционной партии, характеризовались расплывчатостью формулировок, неконкретностью, обвинение направлялось капитализму вообще, а не непосредственно русскому капитализму, неясно был выражен пролетарский характер борьбы.

Об обстановке и характере споров между Лениным и Плехановым в период подготовки программы дает представление одно из более поздних высказываний Ленина — его примечание к статье В. Воровского против меньшевиков «Плоды демагогии», опубликованной в марте 1905 года в газете «Вперед». В этом примечании Ленин упрекал Плеханова в недобросовестном распространении сплетни, будто бы между ними — Лениным и Плехановым — были испорчены отношения из-за «Что делать?». На самом же деле разногласия относились к программным вопросам — разногласия очень существенные и серьезные.

Спор шел из-за того, что Ленин отстаивал (и отстоял) включение в программу пункта о вытеснении мелкого производства крупным. Плеханов же хотел ограничиться расплывчатым выражением «вроде знаменитого более или менее». Ленин отстаивал (и отстоял) замену термина «трудящаяся и эксплуатируемая масса» термином «пролетариат» в том месте, где речь шла о классовом характере партии.

«Ленин добился того,— говорится в «Кратком курсе истории ВКП (б)»,— что в проект программы был внесен важнейший пункт о диктатуре пролетариата и четко было указано на руководящую роль рабочего класса в революции»[23].

Ленину принадлежит и вся аграрная часть программы партии. «Ленин уже тогда стоял за национализацию земли, но на первом этапе борьбы он считал необходимым выдвинуть требование возвращения крестьянам «отрезков», то есть тех земель, которые помещики при «освобождении» крестьян отрезали от крестьянских земель. Против национализации земли выступал Плеханов»[24].

Критика Лениным плехановских проектов программы и то обстоятельство, что Ленину удалось своими поправками добиться того, что программа из учебника стала боевой программой пролетарской партии, больно ударяли по самолюбию Плеханова, привыкшего до появления Ленина и его «Искры» считать себя единственным признанным авторитетом в области теории и практики революционной борьбы.

Одновременно с программными спорами за границей, в России происходила с большими трудностями практическая работа агентов «Искры». Рост политической активности в среде рабочего класса создавал по существу благоприятную обстановку для того, чтобы социал-демократические организации разорвали тесные рамки «экономизма», но узость, косность этих организаций была столь велика, что проводникам ленинской линии приходилось везде и повсюду выдерживать упорную борьбу. И чем успешнее подвигалась работа агентов «Искры» по укреплению революционного крыла российской социал-демократии, тем больше тревоги стали проявлять бундовцы и рабочедельцы — «экономисты».

Уже к концу 1901 года они стали торопиться с созывом второго съезда партии, стремясь использовать момент, пока «Искра» лишь частично охватила своим влиянием местные партийные организации. Перед агентами «Искры» встала трудная задача — вырвать инициативу созыва съезда из рук бундовцев и рабочедельцев, чтобы путем укрепления искровского ядра внутри местных комитетов или организации параллельных искровских групп там, где комитеты враждебно относились к «Искре», обеспечить достаточное искровское представительство на предстоявшем съезде, закрепить на съезде революционное ленинское преобладание.

Ленин предупреждал, что съезд, созванный в ускоренном порядке, не даст полного представительства с мест, а те немногие делегаты, которые сумеют прибыть на съезд, будут говорить на разных языках по кардинальным вопросам теории и практики революционной борьбы.

Организаторы съезда спешили, однако, несмотря на спешку, они нашли возможным наметить широковещательный порядок дня, в котором на первом месте стояли такие вопросы, как экономическая борьба, средства этой борьбы и т. д.

По этому поводу Ленин говорил: «Подумайте только: передовая партия политической борьбы собирает съезд в момент величайшего напряжения всех революционных и оппозиционных сил страны, начавших прямой натиск на самодержавие,— и вдруг во главу угла мы ставим «экономическую борьбу», за которой только следует «политика»!!»[25]

Предупреждение Ленина полностью оправдалось весной 1902 года, на съезде в Белостоке, организаторы которого — бундовцы и рабоче-дельцы — всеми правдами и неправдами действовали с таким расчетом, чтобы на заседания съезда попало возможно меньше искровцев.

Съезд в Белостоке вследствие крайней малочисленности вынужден был, по предложению представителя «Искры», признать себя не съездом, а лишь конференцией, причем и те немногие делегаты, которые прибыли, не могли договориться ни по одной из вынесенных на обсуждение резолюций принципиального характера. Все же от белостокской конференции берет свое начало организационный комитет по созыву второго съезда партии.

* * *

Не по дням, а по часам росло и ширилось революционное рабочее движение в России, принимая характер открытых демонстраций на улицах городов — демонстраций под лозунгом свержения ненавистного всему народу царского самодержавия. Еще 22 апреля 1901 года в центре Тифлиса состоялась первомайская демонстрация, которую ленинская «Искра» оценила как «событие исторически-знаменательное для всего Кавказа; её воздействие на всё последующее рабочее движение на Кавказе было исключительно велико»[26]. Организатором и руководителем этой демонстрации был И. В. Сталин. В марте 1902 года состоялась знаменитая Батумская демонстрация, возглавляемая И. В. Сталиным, в мае — нижегородско-сормовские демонстрации, в ноябре того же, 1902, года — боевое выступление десятков тысяч рабочих Ростова-на-Дону.

Влияние «Искры» проникает во все партийные организации пролетарских центров страны, и эти организации одна за другой начинают официально признавать «Искру».

Честь первой признать «Искру» своим органом принадлежит Орехово-зуевской партийной организации, которая под влиянием работавшего там Бабушкина еще в ноябре 1901 года сделала соответствующее заявление, опубликованное в № 10 «Искры».

Немало труда было потрачено агентами «Искры», чтобы в июне 1902 года добиться большинства в Петербургском комитете партии для опубликования заявления о солидарности с «Искрой».

В октябре 1902 года в «Искре» появилось заявление Московского комитета РСДРП о ее признании. Была также опубликована развернутая резолюция Харьковского комитета РСДРП, в которой подчеркивалась принципиальность позиции «Искры», говорилось о ее резкой критике узкого «экономизма», ее отрицательном отношении к социалистам-революционерам с их тактикой индивидуального террора, о ее борьбе с кустарничеством, ее стремлении объединить действующие партийные организации вокруг широких политических задач, о выработке «Искрой» плана такого объединения, чем и мотивировалось заявление Комитета о солидарности с «Искрой», его решение об оказании «Искре» моральной и материальной поддержки.

Аналогичное заявление поступило к концу 1902 года от Нижегородской и ряда других партийных организаций.

Во второй половине 1902 года взоры большинства партийных организаций крупных производственных центров страны обращены на «Искру», а распространение как самой «Искры», так и ее изданий, печатающихся за границей и в тайных типографиях в Кишиневе и Баку, принимает все более широкие размеры.

Искровская организация в России снабжает паспортами и деньгами бегущих из сибирской ссылки революционных социал-демократов, связывает их с местными партийными организациями, многих из них — тех, которые становятся потом агентами «Искры», ленинскими «профессионалами»,— отправляет за границу, к Ленину, за директивами.

Большое впечатление производит подготовленный и удачно выполненный «Искрой» побег искровцев из киевской тюрьмы в августе 1902 года.

Обширная, лишь частично и в разное время опубликованная переписка агентов «Искры» с ее редакцией дает яркое представление о том, какую ожесточенную борьбу приходилось им вести со своими противниками, выравнивая политическую линию местных партийных организаций в духе ленинских указаний.

Успешность этой длительной борьбы обеспечивалась тем, что агенты «Искры», работавшие в России, в каждом затруднительном случае выезжали за границу, к Ленину, а если в тот или иной момент нельзя было выехать,— получали от него инструктивные письма. Мудрые советы Ленина претворялись в живое дело, в искусную тактику, в умелое маневрирование, в правильное понимание своеобразия обстановки той или иной местности.

* * *

Революционное движение в стране неуклонно шло к подъему, подвигаясь к своему боевому 1905 году. Шло к подъему и дело «Искры» — дело Ленина. Теперь можно было вплотную приступить к подготовке второго съезда партии, а для этого требовалось возродить или, вернее, заново создать организационный комитет по созыву съезда.

Из организационного комитета, созданного на Белостокской конференции, уцелел от ареста единственный представитель — петербургский делегат доктор Краснуха, партийная кличка которого была «Гражданин».

В августе 1902 года «Гражданин» приехал в Лондон, в редакцию «Искры», где под руководством Ленина была заложена — пока не официально — основа нового организационного комитета, была оформлена тройка — из представителей Петербурга, «Северного союза» и «Искры»

Той же осенью на совещании в Пскове эта тройка пополнилась представителями «Южного рабочего». Было предложено Бунду прислать на совещание своего представителя, но от Бунда никто не явился.

Дальнейшему оформлению организационного комитета, который, за отсутствием центрального комитета, должен был до съезда фактически осуществлять его функции, Ленин придавал большое значение. Ленина тревожил вопрос, в какой степени сумеет этот новый важный орган проводить в своей работе правильную линию революционной социал-демократии.

Такая тревога имела тем большие основания, что как раз к концу 1902 года в некоторых партийных организациях вновь стали наблюдаться отклонения от линии «Искры», стал проявлять себя «экономизм».

Ленинским «профессионалам» приходилось преодолевать большие трудности внутри организационного комитета.

Так например, представители партийных организаций областного масштаба — «Северного союза», объединявшего центральный промышленный район, в состав которого входил такой пролетарский пункт, как Иваново-Вознесенск, «Южного рабочего», распространившего свое влияние на такие центры, как Киев, Харьков, Екатеринослав, Юзовка и другие,— по-своему как будто искренно сочувствовавшие «Искре», в то же время были проникнуты «местным патриотизмом», были еще не в достаточной степени способны подняться до уровня решения общепартийных задач.

На совещании организационного комитета в феврале 1903 года в Орле представитель «Северного союза» пытался, в ущерб общепартийным задачам, выдвигать на первое место задачи своего района, представитель «Южного рабочего» выражал свое недовольство резкостью полемики «Искры» с либералами, игнорируя крестьянское движение, широкой волной разлившееся летом 1902 года именно на юге — в Полтаве, в Грузии, а представитель Бунда проявлял свой узкий национализм. Таким образом здесь были уже налицо элементы разногласий, приведшие потом, на втором съезде, к расколу партии на большевиков и меньшевиков.

В особо затруднительных случаях, как всегда, выручали советы Ленина, обладавшего изумительной способностью, находясь в Мюнхене, Лондоне или Женеве, осязать практическую партийную работу во всей ее конкретной повседневности.

Четкие, ясные ленинские указания давали агентам «Искры» уверенность в правильности избранного пути. Эти указания позволяли проводить практическую работу ленинскими методами.

Ленинская «Искра» — «Искра», которая, как говорил Ленин, учила истинно-революционной борьбе,— существовала всего лишь без малого три года (1900—1903), но и за такой чрезвычайно короткий срок она сумела разрешить сложнейшие задачи революционной борьбы.

Оценивая план создания «Искры», развернутый потом Лениным в замечательных трудах «Что делать?», «Шаг вперед, два шага назад», И. В. Сталин говорит: «Достоинство этого плана состояло в том, что он вполне отвечал русской действительности и мастерски обобщал организационный опыт лучших практиков. В борьбе за этот план большинство русских практиков решительно пошло за Лениным, не останавливаясь перед расколом. Победа этого плана заложила фундамент той сплоченной и закалённой коммунистической партии, равной которой не знает мир»[27].

Пятьдесят лет — на масштаб истории срок очень небольшой — отделяет нас от того времени, когда Ленин закладывал фундамент нашей партии. Величайшей прочности оказался этот фундамент — на нем воздвигнуто грандиозное здание партии нового типа, партии Ленина — Сталина, проверенной на опыте трех революций, прошедших под ее руководством, проверенной на опыте всемирно-исторических побед, одержанных и одерживаемых народами нашей, Советской страны — строителями коммунистического общества.

Учение нашей партии — марксизм-ленинизм — стало учением миллионов, по типу нашей партии, ведомой Сталиным, усваивая ее тактику, стратегию и организационные принципы, строятся братские пролетарские партии в других странах.

Наша партия, фундамент которой был заложен 50 лет назад ленинской «Искрой», учит побеждать!

Источник: Ленинская «Искра». К 50-летию со дня выхода первого номера. Сборник статей. М., 1950.

 


[1] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 33.

[2] И. Сталин, Соч., т. 6, стр. 74—75.

[3] См.: Ленин, Соч., 4 изд., т. 5, стр. 321.

[4] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 23—24.

[5] Ленин, Соч., т. 4, стр.  195.

[6] Ленин, Соч., т. 5, стр. 345.

[7] Архив  Института   Маркса — Энгельса — Ленина.

[8] Ленин, Соч., т. А, сто. 298.

[9] Ленин, Соч., т. 4, стр. 311—312.

[10] Ленин, Соч., изд. 3-е, т. XXVIII, стр. 58.

[11] Архив Института Маркса — Энгельса — Ленина.

[12] Ленин. Соч., изд. 3-е, т. XXVIII, стр.   107.

[13]  См.: Ленин, Соч., т. 4. стр. 331.

[14] Ленин, Соч., т. 4, стр. 331.

[15] Там же, стр. 346.

[16] Там же, т. 5, стр. 8.

[17] «Правда» от 11 июля 1937 года.

[18] Архив Института Маркса — Энгельса — Ленина.

[19] Ленин, Соч., изд. 3-е, т. XXVIII, стр. 120.

[20] Архив Института Маркса — Энгельса — Ленина.

[21] Там же.

[22] Архив Института Маркса — Энгельса — Ленина.

[23] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 38.

[24] Там же.

[25] Ленин, Соч., т. 6, стр. 80.

[26] «Иосиф  Виссарионович Сталин. Краткая биография», Госполитиздат, 1948, стр. 14.

[27] И. Сталин, О Ленине,  Госполитиздат, 1947, стр. 11.

К 115-летию ленинской «Искры»: 2 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.