О настоящей коммунистической партии. Организационные основы большевизма. ч.6.

438_originalЧасть 1часть 2часть 3часть 4, часть 5

Глава III.

Дисциплина

Особенностью коммунистической партии являет­ся строжайшая дисциплина в ее рядах, то есть точное и безоговорочное выполнение всеми членами партии и партийными организациями всех распоря­жений вышестоящих органов. Можно быть несоглас­ным с тем или иным постановлением партии, можно считать его неправильным, но раз партия вынесла свое решение, — его нужно тотчас же выполнять. Не­выполнение постановлений партии, неподчинение, нарушение дисциплины большевики рассматривают как серьезнейшее нарушение основ партийности: и к нарушителям дисциплины применяют — в зависи­мости от важности проступка — самые суровые меры наказания, вплоть до исключения из партии. Боль­ше того: в эпоху гражданской войны, в особенно острые для республики моменты, партия требовала от своих членов военной дисциплины. Бывали даже случаи, когда партийные организации расстреливали тех коммунистов, которые отказыва­лись идти по приказу партии на фронт и своим мало­душием могли поколебать настроение других членов партии.

Почему коммунисты придают такое большое зна­чение дисциплине?

Да потому, что без дисциплины партия не могла бы выполнить те громадные задачи, которые перед нею стоят.

Что было бы, если предо­ставить в армии каждому солдату право подчи­няться или не подчиняться приказам военного ко­мандования?

Тогда, но сути дела, никакой армия не было бы. Штаб отдает распоряжение наступать; одна воинская часть решает подчиниться и идти в бой; другая находит, что бой давать невыгодно, и поэтому она не пойдет; по мнению третьей части гораздо лучше вообще покинуть позиции и уйти в тыл. Такая армия была бы побита в два счета, так как у нее вместо дисциплины — своеволие, раз­брод и развал.

Также, примерно, дело обстоит и с партией. Партия сильна, если все члены ее действуют, как один, если она выступает, как одно целое. Если бы каждому коммунисту было предоставлено на его усмотрение подчиняться или не подчиняться поста­новлениям партии, то это не была бы партия, а лю­бительский кружок. Если бы каждый коммунист соглашался выполнять только те постановления, которые ему нравятся, и не выполнять тех, с кото­рыми он не согласен, то тогда вообще незачем было бы создавать партию.

Партия должна, быть уверена, что каждый член ее выполнит то, к чему его обязывает партия, даже, если он не согласен с ее решением. В том-то вся суть. Маленькое дело выполнять постановления, с которыми согласен; трудность в том, чтобы подчи­ниться постановлению, с которым не согласен. Дисциплинированность как раз в том и заключается, чтобы подчинить свою личную волю воле коллек­тива, воле партийного большинства, делать то, чего хочет партия, что она считает нужным.

Люди вступают в партию добровольно. По до­брой же воле они могут и выйти из нее. Никого нельзя силою принудить войти в партию или на­сильно удерживать в ней. Но раз люди состоят в партии, они тем самым берут на себя обяза­тельство выполнять все постановления партии. Партийная дисциплина зиждется на сознатель­ности членов партии, на их убеждении, что без подчинения меньшинства большинству, без под­чинения низших партийных инстанций высшим невозможна крепкая, сплоченная партия пролета­риата. (Уже только по одному этому критерию ни одну из существующих ныне партий никак нельзя назвать коммунистической. Дисциплину нигде в грош не ставят. Везде именно любительские кружки, даже если  численность их немалая — тысячи человек, как, к примеру, в КПРФ или РКРП. Причем даже те товарищи из отдельных марксистских групп, которые понимают острую необходимость создания в России партии рабочего класса большевистского типа, часто отрицают необходимость существования в ней железной дисциплины. Интеллигентская расхлябанность и нежелание подчинить свои личные интересы интересам общего дела — вот те главные черты, которые мешают сегодня выработке из поднимающихся на борьбу товарищей настоящих революционеров-большевиков. Причем страдают этим не только прогрессивные слои интеллигенции и студенчества — так сказать, основные поставщики левых сил в России, но даже редкие представители рабочего класса, которые вроде бы осознали необходимость революционной классовой борьбы пролетариата против буржуазии. — прим. РП)

Большевики гордятся дисциплиной своей партии. Эта дисциплина была одним из условий победы большевиков. Летом 1920 г. Ленин писал:

«Наверное, теперь уже почти всякий видит, что большевики не продержались бы у власти не то что 2,5 года, но и 2,5 месяца без стро­жайшей, поистине железной дисциплины в нашей партии…» и дальше: «Опыт победоносной диктатуры пролетариата в России показал наглядно тем, кто не умеет ду­мать или кому не приходится размышлять о данном вопросе, что безусловная централизация и строжайшая дисци­плина пролетариата являются од­ним из основных условий для по­беды над буржуазией» («Детская бо­лезнь левизны в. коммунизме». 1920 г.).

За все время своего существования большевики отличались от других партий между прочим и своей дисциплиной. Ни одна партия не знала и не знает такой дисциплинированности в своих рядах, как наша партия. Роль и значение дисциплины для пролетарской партии Ленин подчеркивал всегда. Партии нужно единство действий. Вся партия сверху донизу и от одного ее края до другого должна действовать, как один человек. Такое един­ство возможно только в том случае, если все члены партии годами и десятилетиями воспитываются в духе строжайшей пролетарской дисциплины.

Партия обсуждает различные вопросы, освещает их с разных сторон, выносит их иногда даже на «дискуссию», т.е. особенно широкое, подробное, мас­совое обсуждение, но раз постановление принято, все члены партии немедленно выполняют его.

Дисциплина и мелкобуржуазная стихия

Дисциплина, твердая и непреклонная, нужна не только в эпоху подполья и борьбы с царизмом, не только в годы гражданской войны, но и в сравнительно более спокойные времена, какие, например, переживает советская республика сейчас, когда партия уверенно и твердо стоит у власти и разрешает уже не военные задачи, как в 1917—1921 годах, а хозяйственные и культурные. Послушаем, что говорил Ленин о дисциплине партии, осуществля­ющей диктатуру пролетариата. Мы боремся в стране по преимуществу мелкобуржуазной: рабочий класс в Советской России представляет собой небольшой островок в крестьянском море. Мы хотим осуще­ствить социализм, то есть уничтожить разделение общества на классы, на группы людей с противоположными интересами.

«Уничтожить классы, — пишет Ленин, — зна­чит не только прогнать помещиков и капитали­стов — это мы сравнительно легко сделали; это значит также уничтожить мелких то­варопроизводителей, а их нельзя прогнать, их нельзя подавить, с ними надо ужиться, их можно (и должно) переделать, пе­ревоспитать только очень длительной, медленной, осторожной организаторской работой».

Перевоспитание десятков миллионов мелких то­варопроизводителей (крестьянство) — это задача на годы и десятилетия. Задача может быть выполнена только в том случае, если партия сумеет всегда про­тивостоять мелкобуржуазной стихии и не подда­ваться ей. А опасности, которые связаны с сосед­ством рабочего класса со многими миллионами мел­ких и мельчайших товаропроизводителей, чрезвы­чайно велики.

«Они (товаропроизводители) окружают пролетариат со всех сторон мелко-буржуазной, стихией, пропитывают его ею, развращают его ею, вызывают постоянно внутри пролетариата ре­цидивы[1] мелко-буржуазной бесхарактерности, раздробленности, индивидуализма, переходов от увлечений к унынию».

Что опасность мелкобуржуазного влияния на пролетариат и его партию есть опасность не выду­манная, а действительная, это показывает опыт всех оппозиций, бывших внутри партии против ее поли­тики, руководимой Лениным.

Все эти оппозиции без малейшего исключения («левый коммунизм» в 1918 г., «группа демократи­ческого централизма» — 1920—21 г., «рабочая оппо­зиция» — 1920—21 г., последняя по счету оппозиция во главе с тт. Троцким, Сапроновым, Преображен­ским — 1923—24 г., и др.) представляют собой мелко­буржуазные течения внутри партии.

Дело в том, что рабочий класс и его партия не отделены непрони­цаемой стеной от остальных слоев населения. Ecть целый ряд промежуточных переходов от мелкого, распыленного трудящегося собственника до чистого пролетария крупной машинной индустрии. Внутри пролетариата имеются прослойки, тесно связанные с крестьянством: полурабочие, полукрестьяне. Пар­тия в свою очередь не может состоять из совсем-совсем одинаковых людей. В ней всегда найдутся элементы, которые не сумели полностью и навсегда стать на точку зрения пролетариата. Поэтому про­исходит следующее. В моменты какого-либо поли­тического или экономического кризиса, поворота, неувязки, расстройства мелкобуржуазная стихия, находящаяся вне партии (мелкие товаропроизво­дители), начинает особенно колебаться, особенно волноваться. Составляющие ее человеческие частицы чувствуют себя выбитыми из колеи, из привычных экономических условий. Они мечутся, нервничают, бросаются из стороны в сторону, переходят от одного настроения к другому, теряют голову, пускаются на крайности и т. д. Такие колебания могут носить самый разнообразный характер и быть различными по степени, силе и размерам. Поскольку неустойчи­вые элементы имеются и внутри партии, они способны обнаруживать особую чувствительность и податливость к напору мелкобуржуазной стихии и под ее влиянием и давлением проводить взгляды, свойственные именно мелкой буржуазии, в основе враждебные пролетариату. В таких случаях мы имеем проявление мелкобуржуазности внутри пар­тии со стороны тех элементов, которые не сумели стать на точку зрения пролетариата до конца и на­всегда. (Здесь фактически объясняется причина существования той или иной оппозиции в партии, обострение в ней классовой борьбы в острые и наиболее напряженные моменты истории СССР — в период НЭПа, индустриализации, коллективизации, после Великой отечественной войны — то, что буржуазия подает сейчас как «борьбу за власть в партийных верхах». Здесь же лежит и причина так называемого «хрущевского переворота», когда после смерти Сталина в КПСС победила мелкобуржуазная контрреволюционная оппозиция. — прим. РП)

Но мелкобуржуазная стихия оказывает да­вление и влияние на партию не только в особо острые моменты, а всегда, постоянно: от нее ведь никуда нельзя уйти. Мелко-буржуазное влияние сказывается в проникновении в среду тех или иных членов партии мещанских, обывательских взглядов, настроений и нравов. Против давления мелко-буржу­азной стихии

«нужна строжайшая централизация и дисциплина внутри политической партии пролетариата, чтобы этому противостоять, чтобы организаторскую роль пролетариата (а это его главная роль) проводить правильно успешно, победоносно».

Для тех, ктo думает, что можно было бы обой­тись и без дисциплины, раз мы победили буржуа­зию, надо припомнить сущность пролетарской дик­татуры и того мелкобуржуазного «врага», которого нужно победить. Ленин продолжает

«Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогиче­ская и административная против сил и тради­ций старого общества. Сила привычки миллионов и десятков миллионов — самая страшная сила.

Без партии, железной и закаленной в борьбе, без партии, пользующейся доверием всего чест­ного в данном классе, без партии, умеющей сле­дить за настроением массы и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно».

Самая большая опасность для рабочей партии в такой стране, как наша, это раствориться в мелко­буржуазной стихии. Сейчас борьба в известных отношениях труднее, чем в 1917—20 г.г.

«Победить крупную централизованную бур­жуазию в тысячу раз легче, чем «победить» мил­лионы и миллионы мелких хозяйчиков, а они своей повседневной, будничной, невидной, не­уловимой, разлагающей деятельностью осуще­ствляют те самые результаты, которые нужны буржуазии, которые реставрируют[2] бур­жуазию».

(Что, собственного говоря, и произошло с хрущевско-брежневским СССР, отказавшимся от большевизма — контрреволюция, разложив советское общество мелкобуржуазной идеологией, в итоге реставрировала в стране капитализм. — прим. РП).

И Ленин так заканчивает свою мысль:

«Кто хоть сколько-нибудь осла­бляет железную дисциплину пар­тии пролетариата (особенно во вре­мя его диктатуры), тот фактически помогает буржуазии против пролетариата».

 


[1] Рецидив — возврат, повторение.

[2] Реставрировать—восстанавливать в прежнем виде.

О настоящей коммунистической партии. Организационные основы большевизма. ч.6.: 8 комментариев

  1. Первое предложение данной главы показывает одновременно и силу и слабость партии. Попади в вышестоящие органы диверсанты и все достижения революции накрываются медным тазом. Обязательно нужна критика и самокритика всех распоряжений свыше.

    1. Не допускайте их попадания туда, только и всего. При социализме в этом нет никаких проблем. Все решает активность и сознательность масс.

      1. Т.е. это массы виноваты в том, что в ЦК пролез Хрущев, а не само ЦК? Но если само ЦК, высший партийный орган, где все сплошь большевики старой закалки, не усмотрели врага у себя под носом, то что требовать от рабочего класса?! Ведь он строго подчиняется партийным указаниям. Железная дисциплина!
        Часто здесь читаю в статьях упреки рабочему классу в том, что он не проявил сознательность и не скинул Хрущева. Но как мог он скинуть Хрущева, если опять «железная дисциплина» и партия всегда права!
        Упрек должен быть именно в адрес партийного руководства с его политической близорукостью!

        1. Не правильная у вас позиция. Во-первых, «железная дисциплина» существует в партии, среди членов партии, а не в рабочем классе. Партия же рабочий класс убеждает, а не приказывает. У вас ложное представление о партии, как некоем князе\короле, который топнул ножкой и все вытянулись по струнке. Только это не так, далеко не так. Партия — это часть класса, рабочего класса, это самые лучшие его представители. Чем выше сознательность всего класса в целом, тем более толковых и в большем количестве выделяет он из своей среды таких представителей (если хотите — активистов, может так будет понятнее). Поэтому сваливать на ЦК и руководство страны всю ответственность никак нельзя. Уничтожение классового общества и коммунизм — это не задача только и исключительно ЦК, это задача ВСЕГО рабочего класса в целом. И самоустраняться от ее решения он не может. Самоустранившись и свалив все на руководство, сняв с себя всю ответственность, рабочий класс и попадет назад в капитализм — история это отлично доказала (гибель СССР, первого пролетарского государства). По-иному и быть не может, ибо коммунизм — это самоуправление масс. Вот этот переход к самоуправлению масс и осуществляется через растущую ответственность каждого рабочего и каждого колхозника, все более широкое и активное их участие в управлении своей страной. в постоянном контроле на своими представителями, в их поправлении и исправлении, а если требуется — то и замене на более толковых.

          1. Позиция моя не верная, согласен. Но Хрущева проглядела партия? Рабочий класс, конечно, голосовал за него тоже, но откуда знать, допустим Петровичу с Усть-Каменогорского Свинцово-цинкового комбината про этого Хрущева. Наверно хороший человек, раз в партию выдвигают. Как может сознательный металлург Петрович, который все эти годы неукоснительно следовал линии партии, усомниться в решениях партии. Ведь это чисто подковерные внутри партийные интриги, от которых Петрович и все трудящиеся далеки. Как так получилось, что герой войны Жуков, наплевав на партийную и армейскую дисциплину, не скрываясь, в открытую, приволок с Германии вагоны буржуйского барахла — остался в армии. Вот здесь, казалось бы, и надо проявить жесткость. Ведь это ж целая армия, которой руководил князь/король. Вот это то впоследствии и аукнулось всему СССР. Опять партия проглядела или побоялась сурово наказать народного любимца?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь. Если вы собрались написать комментарий, не связанный с темой материала, то пожалуйста, начните с курилки.