Материя, движение, пространство, время.

МАТЕРИЯ, ДВИЖЕНИЕ, ПРОСТРАНСТВО, ВРЕМЯ. Предметом познания является внешний мир, материя, «объективная реальность» или, поскольку имеется в виду общественное развитие, общество. Признание материи объективной реальностью, существовавшей до появления человека, а после его появления существующей вне и независимо от человеческого сознания, — такова коренная предпосылка всякого научного исследования.

Историческая преемственность и вместе с тем глубокое отличие диалектического материализма от предшествующего материализма обнаруживается уже в понимании им материи. Предшествующие материалисты не могли дать такого глубокого разрешения основного философского вопроса, которое бы не оставляло никаких лазеек для идеализма и поповщины. Все они оставались идеалистами в понимании общественных явлений. Мало того, и в понимании природных явлений их материализм, несмотря на наличие в нем отдельных элементов диалектики, оставался мертвенным, узким, односторонним, метафизическим. Так, например, античные материалисты сводили понятие материи к ее отдельным конкретным формам. Фалес отождествлял материю с водой, Анаксимен — с воздухом, Гераклит — с огнем. Эпикур, Демокрит, а также Лукреций придерживались атомистической картины мира. В философии нового времени материю отождествляли с пространством (Декарт), снова с атомами (Гассенди, французские материалисты), с физическим телом, с веществом вообще. Следовательно, домарксовский и недиалектический материализм возводил в абсолют, считал вечной и неизменной «сущностью», или «субстанцией» мира ту или иную форму материи.

В противоположность такому пониманию материи, обусловленному в прошлом низким уровнем развития производительных сил и незрелостью науки, диалектический материализм выдвинул свое понимание материи. Диалектический материализм не отождествляет материю с какой-либо конкретной формой ее или с тем пониманием ее физической структуры, которое достигнуто естествознанием на каждом данном этапе. Единственное свойство материи, с признанием которого, по словам Ленина, связан философский материализм, — это то, что материя — объективная реальность, независимая от нашего сознания. Дело естествознания детально изучать вопрос о строении материи. Всякое открытие в этом отношении может только обогатить диалектический материализм. Но не может быть такого подлинно научного открытия, которое бы «опровергло» реальность материи.

Различение с точки зрения диалектического материализма философского понятия материи от естественно-научного является необходимым условием последовательного проведения материалистической линии в философии. Развитие Лениным учения о философском и физическом понятии материи имеет громадное значение для последовательной борьбы с идеализмом, вульгарным материализмом и конкретными формами проявления их в отдельных областях знания.

Философское понятие материи не оторвано от естественно-научного. Оно представляет собой обобщение взглядов современного естествознания на материю. Сама возможность возникновения философского понятия материи основана на глубоком проникновении науки в познание конкретной физической структуры материи. Всякий материализм признавал материю объективной реальностью. Но только диалектический материализм, опираясь на изучение многообразных форм движения материи, смог вскрыть недостаточность физического определения материи и возвыситься до философского ее понятия. Философское понимание материи включает в себя понятия всех конкретных форм объективной реальности, являющихся предметом изучения отдельных наук. Объективной реальностью являются и огромные астрономические системы (например, вся наша «галактическая система мира», солнечные системы, со всем их объективно реальным содержанием — отдельными телами) и малейшие молекулы, атомы, электроны, позитроны и т. д. Объективной же реальностью являются и формы общественного бытия — производительные силы, производственные отношения, классы. Было бы неправильно думать, что помимо отдельных тел, помимо конкретных образований материи существует еще «материя как таковая», «первоматерия». «Материя как таковая», по словам Энгельса, есть такая же абстракция, как «плод как таковой», как «металл как таковой» и т. п. Однако не правы те агностики, которые утверждают, что мы не можем познать «материю как таковую». Для нас «материя как таковая» есть просто совокупность всех чувственно воспринимаемых тел, веществ. Поэтому «…поскольку мы познаем последние, постольку мы познаем материю и движение как таковые» (Маркс и Энгельс, Соч., т. XIV, стр. 355).

Нет и никогда не бывало нематериальных существ. Сознание, дух есть продукт материального мозга, есть его своеобразная способность, своеобразная форма его жизнедеятельности. Сознание есть особое свойство материи, особая форма движения материи — своеобразная способность материального мозга отражать в себе существующие вне его материальные предметы и процессы. Независимо от материи сознание существовать не может. Поэтому всякий раз, когда речь идет o сознании, необходимо иметь в виду реальных, практически деятельных, чувствующих, мыслящих людей и притом в их конкретно-исторических общественных условиях.

Материя является вечной, безначальной и бесконечной. Конкретным естественно-научным выражением этого положения служит принцип сохранения материи. Формулировка этого принципа в историческом развитии науки принимала различные формы: сначала он выступал в виде закона сохранения веса, затем — в виде закона сохранения массы; в последнее время в связи с введением понятия об инертности энергии закон сохранения массы объединяется с законом сохранения энергии в единый, более общий закон; наряду с этим обобщенным законом имеет место и закон сохранения количества электричества. Эта смена одной формулировки другой, более точной, более полной и глубокой, целиком согласуется с диалектическим материализмом и ни в коем случае не является его опровержением, как проповедуют враги материализма.

Вечное сохранение материи не должно затушевывать для нас того факта, что материя беспрерывно меняется, переходя от одной формы к другой. Эфир, электрон, атом, молекулы, кристалл, органическая клетка, мыслящий мозг, каждое тело в отдельности — все это различные ступени в развитии материи, различные преходящие формы в ее истории.

Материя многостороння и бесконечна. Она, прежде всего, бесконечна в пространстве. Пространство есть форма существования материи, одно из коренных неотъемлемых условий ее существования. Пространство материально, материя пространственна. Пространство не есть нечто, внешне относящееся к материальным вещам и явлениям. Уже на ранних стадиях развития познания материи и пространства появилась необходимость относительно самостоятельного рассмотрения пространственных определений объективной реальности. И хотя, например, у древнегреческих философов-материалистов еще в целом обнаруживается диалектический характер их философии, тем не менее, уже в условиях древней Греции довольно ярко проявилось метафизическое абстрагирование пространства от материи. Эвклидова геометрия положила начало такого отделения пространства от материи. Односторонние метафизические предпосылки понимания Эвклидом пространства в дальнейшем научном развитии, а особенно в условиях 17-18 вв., были закреплены в системе механики великого ученого — механического материалиста конца 17 в. Ньютона — и легли в основу всего дальнейшего развития естествознания. Однако уже Гегель в своей «Философии природы», критикуя метафизический характер ньютоновской механики, подчеркнул единство пространства и времени, пространства и материи. Это диалектическое решение вопроса носило у него вместе с тем идеалистический характер. Энгельс в своих работах дал материалистическо-диалектическую трактовку этих проблем. Эта точка зрения получает блестящее подтверждение в новейшее время в связи с естественно-научными исследованиями Эйнштейна. Несмотря на то, что он сам находится под влиянием махизма, своими открытиями он подводит вплотную к диалектико-материалистическому воззрению на соотношение материи и пространства.

В то время как Ньютон рассматривал пространство как нечто внешнее по отношению к материи и совершенно независимое от нее, как простое вместилище вещей, современная физика пришла к выводу, что пространственные отношения обусловливаются, в конечном счете, распределением материи, что свойства пространства изменяются в зависимости от состояния материи, от которого пространство неотделимо. Однако ни сам Эйнштейн, ни кто-либо другой из буржуазных физиков не поняли диалектико-материалистического значения новейших открытий. Более того, эти открытия получили такое истолкование, которое используется идеализмом и поповщиной для борьбы с наукой и материализмом. Возможность идеалистических истолкований новейших физических открытий кроется в непонимании физиками относительности нашего знания и скатывании их к философскому релятивизму, в одностороннем раздувании тех или иных сторон физических представлений и возведении их в абсолют (см. Относительности теория).

Так, реакционным является представление о «нашем пространстве», как о чем-то, хотя и не ограниченном, но в то же время только конечном. Будучи тесно связанными с махистской философией, многие сторонники теории относительности Эйнштейна часто делают самые нелепые утверждения. С их точки зрения «конечность» мира вовсе не вытекает с необходимостью из каких-либо бесспорных предпосылок: но все математические вычисления получаются значительно проще, если считать мир конечным. «Теория относительности» выводит особые «космологические уравнения», решение которых дает нам якобы «истину в конечной инстанции», именно величину «радиуса» мира, «массу» мира и т. д. Все эти «вычисления» являются метафизически абстрактной математической конструкцией, а не действительной картиной физического мира.

Материя и пространство бесконечно делимы. Это надо понимать отнюдь не механически, отнюдь не так, что в бесконечно углубляющемся практическом анализе материи все ее части и формы совершенно тождественны. Было бы полнейшей иллюзией считать, что электрон, нейтрон, позитрон — последние, самые малые части материи. Электрон, — говорит Ленин, — неисчерпаем.

Пространство, как одна из коренных форм существования материи, столь же диалектично, как и сама материя. Пространство не есть нечто или абсолютно непрерывное или абсолютно прерывное. Так, в настоящее время в науке считается бесспорным, что небесные тела не мыслимы без мирового пространства, электроны — без электромагнитного поля и т. д. Диалектический материализм как философская теория неизмеримо глубже подходит к вопросу о пространстве, чем не только Эвклид, но и Лобачевский, Риман, Минковский, Эйнштейн и др. Не смешивая философского и физического понимания материи, диалектический материализм не смешивает философского и естественно-научного понимания пространства. Основное определение пространства с точки зрения диалектического материализма есть определение его как неотъемлемой формы существования материи. Диалектический материализм требует конкретного изучения пространственных определений в зависимости от специфических форм движущейся материи и последовательно борется против всякой попытки возвести в абсолют то или иное естественно-научное понимание материи и пространства, сколь бы глубоко и верно оно ни было.

Точно так же обстоит дело и с временем. Время есть форма существования материи. Время неотрывно от материи, от пространства. Материя — объективная реальность. Вещи всегда существовали, существуют и будут существовать во времени. Время столь же бесконечно, сколь бесконечна сама материя. Объективно реальное время никогда не начиналось, как никогда и не кончится. Время, следовательно, не есть чья-то идеальная мерка (субъекта ли, бога ли), извне приложенная к существованию мира. Вопреки всяческому идеализму и поповщине время не есть идеальная категория, не есть форма чистого наглядного созерцания, каким его изображает Кант, и т. д.

Течение времени от прошлого через настоящее к будущему отражает в абстрактной форме историческую смену форм движения материи. В этом смысле время имеет лишь одно направление. Однако развитие объективной реальности (как и ее идеального отражения) не представляет собою чисто прямолинейного, без всяких отклонений в сторону, без возвращения вспять процесса. В действительности и в мире природы, и в истории мы неоднократно наблюдали и наблюдаем попятные движения, возвращения к исходному пункту, огрубление, упрощение структуры и функций биологических организмов, возвращение в историческом развитии от более прогрессивных этапов движения, общественных взаимоотношений, форм борьбы и т. д. к начальным, более примитивным, менее развитым этапам, взаимоотношениям и т. п. Однако, эти попятные движения и отклонения в сторону — лишь частный случай общего прогрессивного движения. Абсолютного возврата назад не существует. Материальное, объективно-реальное изменение, развитие, если представить его в виде линии, подобно спирали. Поэтому, если для нас время не есть пустая, абсолютно безразличная к материальным процессам, идущая все вперед длительность, в которой прошлое абсолютно безвозвратно, а будущее отделено и от прошлого и от настоящего абсолютной гранью, то неизбежно допущение и «обратимости», и «разнонаправленности», и «разнородности» времени. Однако, с точки зрения диалектического материализма необходимо признание относительной обратимости, разнонаправленности, разнородности материальных процессов объективно реальных движений.

Диалектический материализм в первую очередь борется с идеалистическим пониманием времени, как оно трактуется у Беркли, Канта, Гегеля, Бергсона и др. Однако и метафизически-механистический подход к пониманию времени все еще значительно распространен в научных кругах. С этой точки зрения время понимается как абсолютно пустая, остающаяся всегда себе тождественной, безразличная к материи длительность. В действительности, как пространство, так и время внутренне и необходимо связаны с материей. Длительность существования тех или иных отдельных материальных систем, биологических организмов или общественно-экономических формаций необходимо связана с внутренней структурой этих различных форм объективной реальности.

Изменение и развитие наших понятий о времени и пространстве необходимо и научно прогрессивно, но отрицание на этом основании объективной реальности времени и пространства «теоретически есть философская путаница, практически есть капитуляция или беспомощность перед фидеизмом» (Ленин, Соч., т. XIII, стр. 145). Ленин специально борется по данному вопросу с махизмом, который так или иначе ставил время и пространство в зависимость от субъекта.

Отвергая махистский и кантианский взгляды на время и пространство как идеалистические, диалектический материализм отвергает и метафизический (хотя и материалистический) взгляд Ньютона, который хотя и признавал объективность времени и пространства, но отрывал при этом их от материи и считал время и пространство «пустыми вместилищами», «абсолютами», существующими безотносительно к материальным телам. Признавая исключительную роль в развитии науки, которую играет механика Ньютона, диалектический материализм вместе с тем видит и ее метафизическую ограниченность. На самом деле пространство и время суть формы существования материи и «без этой материи представляют ничто, только пустое представление, абстракцию, существующую только в нашей голове» (Маркс и Энгельс, Соч., т. XIV, стр. 355).

Еще до Энгельса Гегель критиковал метафизические воззрения на время и пространство. Естествознание же лишь в 20 в. приблизилось к диалектическим взглядам на время и пространство. Правда, как и во многих других вопросах, объективные результаты науки и формулировки этих результатов буржуазными учеными далеко не совпадают друг с другом (см. Относительности теория).

Итак, материя бесконечно существует в пространстве и времени. Различие пространства и времени не исключает их единства. Пространство и время не могут быть разделены абсолютно: они представляют собой внутреннее единство противоположностей. Это единство пространства и времени обнаруживается в движении. «Движение есть единство пространства и времени» (Энгельс).

Материя без движения так же немыслима, как движение без материи. Движение является основным, коренным, неотъемлемым свойством материи и формой ее существования. Всякий покой, всякое равновесие имеет только относительное значение. Этого не понимают метафизически мыслящие естествоиспытатели. Видя в природе беспрерывно совершающиеся разного рода процессы, естествоиспытатели часто стремились отнести это изменение к чему-то неизменному, вечно покоящемуся, стремились, по словам А. Пуанкаре, отыскать «неподвижный полюс вселенной». Более того, такой крупнейший естествоиспытатель 19 в., как Гельмгольц, считал существо материи «покоящимся, бездейственным» («О сохранении силы»).

Отделение движения от материи, имеющее место у метафизических материалистов, неизбежно ведет к идеализму, как и отделение от материи пространства и времени. Движение, не связанное неразрывно с материей, не являющееся ее необходимым, собственным, неотъемлемым внутренним способом существования, не может быть понимаемо иначе, как только идеалистически.

Движение объективной реальности отнюдь не сводится к механическому движению. Развитие производительных сил общества, техники, науки приводит к открытию все новых и новых форм движения в объективно реальном мире. У естествоиспытателей-механистов движение всегда отождествляется с простым перемещением. Это вносит недопустимое упрощение в рассмотрение процессов природы, выходящих за пределы механики, и приводит к механистическим теориям «сведения» всякого изменения к простому перемещению, т. е. к смазыванию специфического характера прочих форм движения. «Этим не отрицается вовсе, — говорит Энгельс, — что каждая из высших форм движения связана всегда необходимым образом с реальным механическим (внешним или молекулярным) движением, подобно тому, как высшие формы движения производят одновременно и другие виды движения; химическое действие невозможно без изменения температуры и электричества, органическая жизнь невозможна без механических, молекулярных, химических, термических, электрических и т. д. изменений. Но наличие этих побочных форм не исчерпывает существа главной формы в каждом случае» (Маркс и Энгельс, Соч., т. XIV, стр. 408). Однако и простое механическое движение отнюдь нельзя понимать метафизически. Всякая объективная форма движения диалектична, хотя и существуют огромные различия в глубине и многосторонности их диалектического содержания.

«Движение есть нахождение тела в данный момент в данном месте, в другой момент в другом месте». Так говорят метафизики. Но такое понимание движения неверно: «(1) оно описывает результат движения, а не само движение; (2) оно не показывает, не содержит в себе возможности движения; (3) оно изображает движение как сумму, связь состояний покоя» (Ленин, Философские тетради, стр. 268). Механическое движение есть и нахождение и не нахождение тела в данный момент в данном месте. Движущиеся вещи движутся в ограниченный отрезок времени и в ограниченном конечном пространстве. И в то же время они постоянно преодолевают эту свою конечную ограниченность, выходят за данные конечные отрезки времени и пространства. Материалистическая диалектика не сводит движения к простому перемещению. Механическое движение есть лишь одна из форм, одна из сторон движения материи. Механическое движение не существует в реальной действительности как абсолютно самостоятельное. Теплота, химическая реакция, свет и электричество суть также движения материи, суть качественно своеобразные формы движения материи. С другой стороны, если механическое движение есть перемещение, то отсюда еще не следует, что всякое перемещение есть только механическое движение.

Движение материи с точки зрения диалектического материализма вечно; оно не разрушается и не создается вновь. Движение является атрибутом материи. Но движение может превращаться из одной формы в другую. Открытие этого факта (в середине 19 в.) составило целую эпоху в развитии науки и в развитии правильного взгляда на мир со стороны естествоиспытателей. Оказалось, что это превращение движения подчиняется постоянным количественным соотношениям, а именно —  определенное количество движения одной формы превращается всегда в строго определенное количество движения другой формы. Этот закон распространяется на все физико-химические формы движения (в силу чего эти последние можно назвать основными формами движения материи). Является необходимость найти адэкватную меру различных форм движения, подчиненных закону сохранения и превращения движения. В качестве такой меры движения, характеризующей движение как с качественной, так и с количественной стороны, характеризующей как его превращаемость, так и его неуничтожаемость, служит физико-химическое понятие энергии (см.). Принцип неуничтожаемости и превращаемости движения в естествознании проявляется в виде закона сохранения и превращения энергии —  этого одного из важнейших основных законов современной науки (см. Энергии сохранения и превращения закон).

Ряд вставок в главу «Материя, движение, пространство и время» сделан В. Егоршиным и А. Максимовым. Общая редакция — М. Митина и В. Ральцевича. В редактировании участвовал также Е. Ситковский.

Лит.: Марксистская литература: Энгельс Ф., Диалектика природы, в книге: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. XIV, М.-Л., 1931; его же, Анти-Дюринг, там же (см. отд. 1 — Философия); Ленин В.И., Материализм и эмпириокритицизм, Соч., т. XIII, 3 изд., М.-Л., 1931 (гл. III и V); Маркс К., Математические рукописи, «Под знаменем марксизма», 1933, № 1; Максимов А.А., Ленин и естествознание, Москва-Ленинград, 1933.

Механический материализм: Декарт Р., Космогония, Баку, 1930; Спиноза Б., Этика, М.-Л., 1933; его же, Переписка, М., 1932; Ньютон И., Математические начала натуральной философии, Л., 1929; Гольбах П., Система природы или о законах мира физического и мира духовного, М., [1924]; Ламетри Ж., Человек-машина, СПБ, 1911; Бюхнер Л., Сила и материя, СПБ, 1907.

Идеализм: Лейбниц Г. В., Новая система природы в его кн.: Избр. философские сочинения, М., 1890; его же, Монадология, там же; Кант И., Критика чистого разума, пер. Лосского, 2 изд., П., 1915 (гл. Трансцендентальная эстетика); его же, О форме и началах мира чувственного и умопостигаемого, в «Трудах С.-Петерб. философского об-ва», вып. 6, СПБ, 1910; его же, Общая естественная история и теория неба, в кн.: Классики естествознания, под ред. А.Д. Архангельского и др., кн. IX, М., 1922; Schelling F.W.J., Werke, В. I-VI, Munchen, 1925-28 («System des transcendentalen Idealismus», «Ideen zur Philosophie der Natur», «Von der Weltseele»); Гегель Г.В., Энциклопедия философских наук, ч. 2 — Философия природы, М., 1868; Авенариус Р., Критика чистого опыта, т. I-II, СПБ, 1907-08; Мах Э., Анализ ощущений, М., 1907; его же, Механика (Историко-критический очерк ее развития), СПБ, 1909; Богданов А.А., Эмпириомонизм, кн. I-III, M., 1904-06; его же, Философия живого опыта, П., [1923]; Бергсон А., Время и свобода воли, М., 1910; его же, Длительность и одновременность, П., 1923; его же, Материя и память, СПБ, 1911; Теория относительности и ее философское истолкование (сб. ст.), изд. «Мир», Москва, 1932 (статьи Богданова и др.).

Современное естествознание: Дарвин Ч., Происхождение видов…, Полн. собр. соч., т. I, кн. 2, М.-Л., 1926; Менделеев Д., Основы химии, тт. I-II, 11 изд., М.-Л., 1932; Павлов И., Лекции о работе больших полушарий головного мозга, 2 изд., М.-Л., 1927; его же, Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности (поведения) животных (Условные рефлексы), 4 изд., М.-Л., 1928; Эйнштейн А., О физической природе пространства, [Берлин], 1922; его же, Основы теории относительности, Петроград, 1923; его же, Эфир и принцип относительности, 2 изд., II., 1922; Шрединтер Э., О причинности, «Под знаменем марксизма», М., 1930, № 1; его же, Vier Vorlesungen uber Wellenmechanik, В., 1928; Дирак, Принципы квантовой механики, Москва, 1932.

БСЭ, 1-е изд., 1935 г., т. 22, к. 134-140.

Материя, движение, пространство, время.: 6 комментариев

  1. Нужно ли ходить на выборы или пропустить этот буржуазный спектакль? И как бороться против кпрф и «коммунисты» россии? Что нужно сделать/предпринять во время выборов?

      1. В РФ в настоящее время нет революционной партии рабочего класса. Нет даже марксистско-ленинских кружков, работающих с рабочим классом и состоящих, в том числе из сознательных (понимающих необходимость и пути борьбы освобождения рабочего класса) рабочих.
        В российском избирательном законодательстве в настоящее время отсутствует порог явки и графа «против всех».
        Российская избирательная система построена так, что в ней всегда есть возможность сфальсифицировать результаты голосования, особенно за счет голосования «на дому» (на каждом избирательном участке разрешено от каждой партии присутствие только двух наблюдателей, а мест для голосования – четыре: один на участке в зале и три переносных урны для голосования «на дому»). А также за счет «мертвых душ» и избирателей, не принимавших участие в голосовании. Это позволяет избирательным участкам ВСЕГДА «нарисовать» победу нужных власти кандидатов и партий и ту явку (количество участвующих в голосовании), какую определит «начальство».
        Поэтому БОЙКОТ выборов ничего не даст, «капиталисты, прибравшие к рукам всю власть и возомнившие себя элитой российского общества» его даже не заметят.
        Если мы действительно хотим, «чтобы капиталисты, прибравшие к рукам всю власть и возомнившие себя элитой российского общества, не думали, что их наглые проделки рабочие не замечают», в данных условиях, наш лозунг должен быть следующим:
        «Все на выборы!
        Получи, испорти бюллетень для голосования и опусти его в урну!
        Это твой единственный способ показать власти олигархов, что ты не «быдло», что в тебе пробуждается сознание того, кто виновен во всех народных бедах! Что ты начинаешь бороться за лучшее будущее своё и своих детей!»

        1. А на этот ваш коммент ответит завтрашняя статья РП. А то вы опять за красивыми словами скрываете не что иное, как поддержку буржуазии, помогая ей сохранять в обществе свое господство.

  2. Исправьте, пожалуйста, ошибку.
    «Является необходимость найти адЕкватную меру различных форм движения, подчиненных закону сохранения и превращения движения»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь.