Меньшевики

меньшевизм1МЕНЬШЕВИКИ. До Великой Октябрьской социалистической революции меньшевики представляли, на­ряду с эсерами, левое мелкобуржуазное крыло буржуазной демократии, стоявшей за сохране­ние и «улучшение» капитализма. Меньшевики были основ­ной агентурой буржуазии в рабочем классе, главным врагом большевизма внутри рабочего движения. После победы социалистической револю­ции в России меньшевики превратились в буржуазных контрреволюционеров, в партию восстановле­ния капитализма и низвержения власти про­летариата. Потеряв всякую почву и всякое влияние среди трудящихся, меньшевики пере­стали быть политическим течением в рабочем клас­се, превратились в беспринципную, безыдей­ную банду шпионов, вредителей, диверсантов и убийц, находящихся на службе у иностран­ных разведок.

Меньшевики прикрывали свое прислужничество бур­жуазии внешним признанием марксизма, который они извращали и ревизовали, из которого выхолащивали его революционное содержание. Меньшевизм был составной частью 2-го Ин­тернационала, одним из передовых отрядов международного оппортунизма. Именно в Рос­сии, являвшейся (и являющейся) узловым пунктом мировой революции, — именно здесь разыгрались решающие бои между, двумя ос­новными течениями, присущими всему между­народному рабочему движению: течением ре­волюционным — большевизмом, с одной сторо­ны, и оппортунистическим — меньшевизмом, — с другой. Ленин не раз говорил, что в силу осо­бых исторических условий развития рабочего дви­жения в России мелкобуржуазный оппорту­низм проявился здесь «гораздо резче, опреде­леннее, ярче, чем где бы то ни было в Европе» (Ленин, Соч., т. XII, стр. 70). Это и дало основание Ленину заявить, что меньшевизм «есть родовое понятие для всех якобы социа­листических, социал-демократических и т. п. направлений, враждебных большевизму» (Ле­нин, Соч., т. XXV, стр. 342).

Меньшевизм оформился на II Съезде РСДРП (август 1903) из всех оппортунистических против­ников ленинской «Искры». II Съезд завершил процесс создания Российской социал-демократической рабочей партии. Однако этот же Съезд ознаменовался появлением внутри партии двух коренным об­разом расходящихся фракций: революционно-­пролетарской — большевиков и мелкобуржуаз­но-оппортунистической — меньшевиков. Уже сам по себе факт создания в 1903 г. социал-демократической рабочей партии в России не мог не означать чрезвы­чайно серьезного ослабления позиции буржу­азии в ее борьбе за влияние на пролетариат.

Русская либеральная буржуазия оказалась бессильной помешать появлению социал-де­мократии в России. Но вынужденные, как от­мечает Ленин, примириться с возникновением социал-демократии, «бессильные помешать воз­никновению и росту социал-демократии, наши либеральные буржуа всю заботу направили на то, чтобы она росла по-либераль­ному» (Ленин, Соч., т. XVII, стр. 37). Эту свою политику русская буржуазия проводила не прямо и непосредственно, а через свою аген­туру в лице меньшевиков, оказывая всяческую поддер­жку меньшевизму в его борьбе внутри социал-демократии. «Борьба против социал-демократии приняла поэтому у наших либералов форму борьбы за оппортунизм среди социал-демократии» (Ленин, там же). Та борьба, которую вели боль­шевики против меньшевиков, будучи формально в одной социал-демократической партии с ними, была не чем иным, как выражением борьбы передовых рабочих с либеральными буржуа за классовую самостоятельность пролетарского авангарда, за его независимость от буржуазного либера­лизма. Формально пребывая в рамках одной партии с меньшевиками, большевики никогда не сливались с ними, всегда решительно выступали против «спутывания двух частей партии», вели после­довательную линию на изгнание из РСДРП меньшевиков, на окончательный разрыв и рас­кол с ними. На Пражской конференции в 1912 г. большевики разорвали всякие организацион­ные связи с меньшевиками и оформились в самостоятель­ную, отдельную большевистскую партию.

Называясь рабочей партией, меньшевики по сути дела были мещански-интеллигентской партией, не имевшей сколько-нибудь серьезной массовой пролетарской опоры. «Меньшевики, — говорил Ленин, — слой непролетарский. В этом слое только ничтожные верхушки пролетарские, а сам он состоит из мелкой интеллигенции» (Ле­нин, Соч., т. XXIV, стр. 144). В условиях назревания буржуазно-демократической революции разношерстные элементы интеллигенции при­мыкали к революционному движению в каче­стве его временных мелкобуржуазных попут­чиков, по-своему расценивающих как цели и за­дачи этого движения, так и роль пролетариа­та в нем. Именно этих мелкобуржуазных по­путчиков пролетариата, весь этот слой при­ставших к движению «хлюпиков из буржуаз­ной интеллигенции» (по меткому определению Ленина) и вобрала в свои ряды меньшевистская партия.

Меньшевики, несомненно, представляли собой определенную общественную силу. Ленин и Сталин неоднократно отмечали, что источник этой силы меньшевиков коренился прежде всего в силе класса буржуазии, в его материальной и по­литической поддержке меньшевизма как про­водника буржуазного влияния на пролетариат. Мелкобуржуазный характер страны, преобла­дание крестьянства, огромный удельный вес ремесленного, кустарного производства, связь широких слоев русских рабочих с деревней, наличие и в русском пролетариате (хотя и не­значительной) прослойки привилегированных рабочих, условия самодержавного полицей­ского режима в России — все это благоприятство­вало существованию меньшевизма как политического течения, создавало для него базу. При всем этом меньшевизм не имел действительно серьез­ной опоры в массах рабочего класса России. Объясняется это прежде всего тем, что общее положение в стране было революционным и что в лице большевистской партии российский пролетариат имел последовательно-революци­онную партию, стоявшую на страже чистоты и классовой самостоятельности пролетарского движения. В рабочем классе меньшевики вербовали себе сторонников главным образом из среды ремесленных рабочих, наиболее обеспеченной части рабочего класса и новых пришельцев в ряды проле­тариата, которых поставляло разоряющееся крестьянство.

Еще в 1907 г. Сталин, вскрывая различие в социальной базе и тактике большевизма и меньшевизма, отмечал, что «очагами больше­визма являются главным образом крупно-про­мышленные районы», тогда как меньшевист­скими районами были «районы мелкого про­изводства» (Сталин, Лондонский съезд Рос­сийской социал-демократической рабочей пар­тии, в книге: Пятый съезд РСДРП, май—июнь 1907 г., 2 изд., 1935, стр. XII). «Такти­ка большевиков, — писал Сталин, — является тактикой крупно-промышленных пролетариев, тактикой тех районов, где классовые противо­речия особенно ясны и классовая борьба осо­бенно резка. Большевизм — это тактика настоя­щих пролетариев. С другой стороны, не менее очевидно и то, что тактика меньшевиков яв­ляется по преимуществу тактикой ремесленных рабочих и крестьянских полупролетариев, тактикой тех районов, где классовые противо­речия не совсем ясны и классовая борьба за­маскирована. Меньшевизм — это тактика полу-буржуазных элементов пролетариата» (Ста­лин, там же, стр. XI—XII).

Меньшевики никогда не представляли цельного тече­ния, не являлись единой сплоченной организа­цией. Они делились на ряд групп и подгруп­пой, дробились между огромным множеством оттенков и направлений. В цитированной выше статье «Лондонский съезд РСДРП» Сталин дал классическую характеристику мень­шевизма как сброда всех оппортунистических тече­ний. Он писал: «Меньшевизм не есть цельное течение, меньшевизм — это сброд течений, не­заметных во время фракционной борьбы с боль­шевизмом, но сразу же прорывающихся при принципиальной постановке вопросов момента и нашей тактики» (Сталин, там же, стр. XV).

Одной из наиболее омерзительных разновид­ностей меньшевизма был троцкизм. В той борь­бе, которую вел против большевизма весь сброд меньшевистских течений и групп, злостный, отъявленный меньшевик Троцкий всегда вы­полнял самую активную, самую гнусную роль. Иудушка-Троцкий всячески старался при­крывать, замаскировывать предательскую сущ­ность меньшевизма «левой» провокаторской фразой и безудержной демагогией. Именно поэтому троцкизм представлял наиболее вред­ную, наиболее опасную разновидность мень­шевизма.

Общим для всего меньшевизма в целом, независимо от наличия в нем различных тече­ний и групп, была политика, направленная к сохранению и укреплению капитализма. Все меньшевистские группы, от крайне правых до так называемых «левых» (Троцкого и др.), предста­вляли собой лишь разновидности одного и того же направления, непримиримо враждебного социализму и рабочему движению, ибо все они отрицали гегемонию пролетариата в ре­волюционно-освободительной борьбе трудя­щихся масс, отрицали роль и значение рево­люционного крестьянства как союзника про­летариата; все они проводили великодержавнические принципы в национальной политике, были поборниками буржуазного патриотизма, пропагандой оборончества и борьбой против ре­волюционного интернационализма способство­вали шовинистической буржуазии в ее борьбе за победу царского правительства в империалистической войне; все они выступали против ко­ренной революционно-демократической ломки сред­невековых порядков в России, были злейшими врагами социалистической революции и диктатуры пролетариата, отрицали возможность победы социализма в одной стране, вели остервене­лую борьбу против Великой Октябрьской со­циалистической революции и социалистического преобразования России; все они вели единым фронтом борьбу против большевистской партии Ленина—Сталина. Ленин говорил, что хотя оттенков среди меньшевиков много, но все их значение сводится лишь к тому, «насколько лицемерно или искренно, грубо или тонко, аляповато или искусно исполняют они свои лакейские обязан­ности по отношению к буржуазии» (Ленин, Соч., т. XXIV, стр. 416).

Своими историческими корнями меньшевизм ухо­дит к легальному марксизму и экономизму. Ленин неоднократно подчеркивал неразрывную историческую связь и преемственность между «ле­гальным марксизмом», «экономизмом» и мень­шевизмом, рассматривая их как «ступеньки одной лестницы, этапы одной эволюции, про­явления одинаковой тенденции» (Ленин, Соч., т. XV, стр. 204). Меньшевики были эпигонами «эконо­мистов» не только по своему происхождению на II Съезде РСДРП и не только по составу вождей и участников, но и по постановке ими организационных и теоретических задач, по самому существу той основной тенденции, которую они выражали и которая состояла в подчинении рабо­чего класса либеральной буржуазии. Меньшевики начали с организационного оппортунизма, с борьбы против ленинского плана создания единой централизованной общерусской организации партии. Меньшевики повели подрывную работу против революционно-пролетарской партии, «работу, направленную на принижение идеи партийно­сти, уничтожение партийных кадров, оставление пролетариата без своей партии и отдачу рабо­чего класса на съедение либералам» (Сталин, О Ленине, 1937, стр. 8).

От организацион­ного оппортунизма меньшевики пошли к тактическому. Первым шагом на этом пути был пресловутый «план земской кампании», с которым меньшевики высту­пили в 1904 г. и в котором они превозносили демон­страции перед либеральными земцами как выс­ший тип демонстраций. В мае 1905 г. меньшевики выра­ботали на своей конференции в Женеве раз­вернутую тактическую платформу, в которой было дано совершенно извращенное определение ха­рактера и классового значения буржуазно-де­мократической революции в России, как рево­люции, в которой руководящая роль должна принадлежать буржуазии, а пролетариат дол­жен выполнять роль «крайней оппозиции», не стремясь к завоеванию власти. Что касается крестьянства, то оно рассматривалось меньшевиками как класс реакционный, не только неспособный к революционно-демократической борьбе, но являющийся важнейшим оплотом самодержа­вия в России. «Словом, вместо руководящей роли пролетариата, ведущего за собой кре­стьян, — руководящая роль кадетской буржуа­зии, ведущей за нос пролетариат» (Сталин, Письмо с Кавказа, в кн.: Пражская конфе­ренция РСДРП 1912 года, 1937, стр. 19). Тако­ва та тактика, которую выдвинули меньшевики в пер­вой русской революции. Из этой тактики прямо и непосредственно вытекало принижение задач революционного пролетариата до лозунгов и тактики либерально-монархической буржуа­зии, стремившейся не к борьбе, а к сделке с царизмом, не к свержению самодержавия, а к соглашению с ним.

Такой же меньшевистско-предательской была тактика Троцкого. В 1905 г. Троцкий подхватил парвусистско-люксембургианскую схему «пер­манентной революции», превратив ее в орудие борьбы против большевизма. Как и все меньшевики, Троцкий отрицал союз рабочего класса с кре­стьянством при гегемонии пролетариата, от­рицал революционно-демократическую диктатуру пролетариата и крестьянства, противопоста­влял ей предательский, авантюристский лозунг «без царя, а правительство рабочее», лозунг, обрекавший пролетариат на изоляцию и пора­жение, предоставлявший крестьянские массы попечению контрреволюционной буржуазии.

Тактическая линия меньшевизма нашла свое проявление на практике в том, что на протяже­нии всей революции 1905—07 гг. меньшевики настойчиво выдвигали именно те методы и формы борьбы, которые были приемлемы для либеральной бур­жуазии. Они срывали подготовку вооружен­ного восстания, выступали против Советов как органов восстания и зачатков революционной власти, поддерживали Булыгинскую думу, вы­ражая готовность органически работать в ней, предательски осуждали декабрьское вооружен­ное восстание в Москве и высказывались против методов партизанской борьбы, совершенно иг­норировали работу в крестьянстве, выступая на деле против безвозмездной конфискации по­мещичьей земли, противопоставляя большеви­стскому лозунгу национализации земли бур­жуазно-либеральное требование муниципали­зации земли. В период 1-й Думы (летом 1906 г.) меньшевики поддерживали кадетские лозунги: «ответ­ственное министерство», «за Думу как орган власти», противопоставляя эти реакционные лозунги большевистской пропаганде «Испол­нительного комитета левых» (т. е. социал-демократов и тру­довиков). Во время выборов во 2-ю Думу (ко­нец 1906 г. и начало 1907 г.) меньшевики отстаивали блок с кадетами в противовес «левоблокистской» тактике большевиков.

Открытая борьба классов и партий в ре­волюции 1905—07 гг. со всей наглядностью выя­вила, что меньшевики, в том числе и троцкисты, не были революционерами даже в смысле демократической революции. Подводя итоги тактике меньшевиков в первой русской революции, Ленин дал исчерпывающую характеристику меньшевикам как группы «немного левее кадетов и зна­чительно правее революционной буржуазной демократии» (Ленин, Соч., т. X, стр. 35).

В годы столыпинской реакции (1908—12 гг.) меньшевики переродились в ликвидаторов. Захваченные волной буржуазного дезертирства, ликвидато­ры ренегатски отреклись от революции и рево­люционного подполья и открыто выступили как столыпинская «рабочая» партия. В эти годы борьба большевиков с меньшевиками шла уже — как отмечал Ленин — не по вопросу о том, как строить партию или какой тактики она должна придерживаться, а по вопросу о самом суще­ствовании партии. Отмечая неразрывную связь ликвидаторства со всей предшествующей оппор­тунистической линией меньшевизма, Ленин вместе с тем подчеркивал, что ликвидаторство — это новый, дальнейший этап в эволюции мень­шевизма. Он писал: «Ликвидаторство свя­зано, конечно, идейной связью с рене­гатством, отречением от програм­мы и тактики, с оппортунизмом… ликвидаторство не есть только оппорту­низм… Ликвидаторство есть такой оппорту­низм, который доходит до отречения от партии» (Ленин, Соч., т. XYI, стр. 421).

Основное ядро ликвидаторов составила груп­па легальных литераторов, издававшая в Рос­сии журналы «Возрождение», «Наша заря» и «Дело жизни». Вокруг этих легальных орга­нов сложился русский ликвидаторский центр во главе с Потресовым, Череваниным, Левиц­ким и др. Обладая довольно долгое время мо­нополией легальности, группа «Наша заря» открыто призывала отказаться от строитель­ства подпольной организации партии, отстаи­вала исключительно легалистскую работу в профсоюзах, кооперативах, культурно-просве­тительных обществах. Русский ликвидаторский центр руководил деятельностью местных лик­видаторов (т. н. инициативных групп), кото­рые должны были действовать исключительно «на почве закона — открыто», на которые воз­ложено было устройство публичных докладов по вопросам государственного страхования, участия в изби­рательной кампании в 4-ю Думу, обсуждение муниципальных вопросов, как-то: удешевле­ние трамваев, водоснабжение и пр. Русскому ликвидаторскому центру удалось создать «ини­циативные группы» всего лишь в 3—4 пунктах страны. Эти группы представляли собой весьма немногочисленные кружки интеллигентов и вла­чили жалкое существование, не имея опоры в рабочих массах.

За границей ликвидаторы группировались вокруг «Голоса социал-демо­крата» (Мартов, Дан, Аксельрод и др.). Так называемые «голосовцы» сначала выступили в прикрытой форме против старой нелегальной партии, но вскоре стали открыто проповедовать ликвидаторство, выпуская грязные пасквили, наполненные клеветой по адресу большевист­ской партии и ее вождя Ленина.

В лагере загра­ничных ликвидаторов обреталась и группка Троцкого. Троцкизм был гнуснейшей разновид­ностью ликвидаторства, ибо пытался протащить ликвидаторство в рабочую массу под прикры­тием особенно звонких «левых» фраз, под при­крытием лицемерных, лживых криков о «един­стве». Проводя политику центризма, стремясь уничтожить большевизм, сорвать оформле­ние большевиков в самостоятельную партию, «Троцкий обманывал рабочих самым бес­принципным и бессовестным образом» (Ле­нин, Соч., т. ХУ, стр. 230). За предательскую политику лжи и обмана, за гнусное хамелеон­ство и политическое лицемерие Ленин заклей­мил Троцкого, назвав его Иудушкой. Ленин и Сталин разоблачили подлых приспешников Троцкого, гнусных предателей Каменева, Зи­новьева, Рыкова, Томского и всю прочую дву­рушническую компанию т. н. «примиренцев», вступивших в сговор с проходимцем Троцким для совместной борьбы за уничтожение партии. Срывая маску с «примиренцев», Ленин назы­вал их «скрытыми троцкистами».

Из среды самих меньшевиков против ликвидации не­легальной организации партии выступила лишь небольшая группка т. н. «меньшевиков-партийцев» во главе с Плехановым. Оставаясь во всех основных вопросах классовой борьбы на общих позициях меньшевизма, группа Пле­ханова оказывала поддержку большевикам- ленинцам в их борьбе против ликвидаторства. Однако и эта группа не шла на разрыв, на раскол с ликвидаторами. Сам Плеханов вско­ре повернул к ликвидаторству, приняв уча­стие в общем выступлении всех ликвидатор­ских групп против решений большевистской Пражской конференции. На этой конференции (январь 1912 г.) большевики исключили, изгнали ликвидаторов из партии и оформились в отдель­ную, самостоятельную партию.

После Праж­ской конференции Иудушка-Троцкий высту­пил инициатором и организатором бесприн­ципного ликвидаторского авантюристского блока ренегатов всех мастей (Августовский блок 1912 г.). Сколоченный Троцким антиболь­шевистский блок под ударами большевиков вскоре распался. «Говорят, — писал Сталин, — что Троцкий своей «объединительной» кампа­нией внес «новую струю» в старые «дела» ли­квидаторов. Но это не верно. Несмотря на «геройские» усилия Троцкого и его «ужасные угрозы», он оказался в конце концов простым шумливым чемпионом с фальшивыми муску­лами, ибо он за 5 лет «работы» никого не сумел объединить, кроме ликвидаторов» (Сталин, Выборы в Петербурге, в кн.: Пражская конфе­ренция РСДРП 1912 года, 1937, стр. 217—218).

В годы первой империалистической войны меньшевики превратились в социал-шовинистов, заключив открытый союз с империалистской буржуазией. Основное ядро меньшевиков, возглавлявшееся Плехано­вым, Потресовым, Масловым, Гвоздевым, высту­пило за открытую поддержку империалистической войны, проповедовало гражданский мир, под­держивало организацию рабочих групп при военно-промышленных комитетах, осуждало стачечную борьбу, пытаясь доказать, что ра­бочий класс за единый фронт с империалист­ской буржуазией (см. Оборончество). Мень­шевистский «центр» (Дан, Церетели, Чхеидзе и др.) и «левые» (Троцкий, Мартов и др.) при­крывались «революционной» фразой, а на деле поддерживали оборонцев, содействовали от­крытым агентам русской буржуазии. Троц­кий проповедовал каутскианский социал-пацифизм — самую вредную и самую лицемерную защиту империалистической бойни. Вместе со всеми оборонцами Троцкий выступал против больше­вистского лозунга превращения империали­стической войны в гражданскую, вел активную борьбу против учения Ленина о возможности победы социализма в одной стране. В блоке с Троцким и троцкистами выступали с защитой империализма подлые предатели Бухарин—Пя­таков. Вместе со всеми социал-шовинистами предатель Каменев выступил за победоносную войну, вел борьбу против ленинской интерна­ционалистской тактики.

Февральская буржуазно-демократическая ре­волюция блестяще подтвердила верность боль­шевистской политики. Февральская революция произошла под руководством большевиков, под лозунгами большевистской партии, в борьбе с меньшевиками и эсерами, вся политика которых после 1905 г. была направлена не к свержению царизма, а к тому, чтобы получить из его рук лишь не­большие уступки. Меньшевики боялись революции, счи­тали революцию невозможной, опасной, боя­лись, что революция может ослабить позицию русских империалистов в войне. Но как только революция стала фактом, меньшевики приложили все усилия к тому, чтобы плоды февральской по­беды революционных рабочих и крестьян по­пали в руки буржуазии. Меньшевики сделали все для того, чтобы Советы рабочих депутатов передали власть классу капиталистов и примыкавшим к ним помещикам. В оценке основного корен­ного вопроса всякой революции, в оценке во­просов о власти между правыми и «левыми» меньшевиками не было никакой разницы: как одни, так и дру­гие считали, что власть безусловно должна при­надлежать буржуазии. В феврале 1917 г. меньшевики «вру­чили судьбу народа контрреволюционной бур­жуазии, кадетам» (Ленин, Соч., т. XX, стр. 554).

В период подготовки Великой Октябрьской социалистической революции меньшевики вместе с эсерами превратились в наиболее опасную социальную опору империализма, ибо они стремились кон­чить революцию соглашением с империализ­мом. Меньшевики вместе с эсерами отстаивали политику продолжения империалистической бойни, требо­вали «войны до победного конца», обманывали народ трескучей фразой и укрепляли власть кадетов. Меньшевики всемерно отстаивали буржуазное Временное правительство, послали в это пра­вительство своих представителей (Церетели, Скобелева) и тем самым превратили свою пар­тию в прямую агентуру контрреволюции, рас­чищали дорогу военной диктатуре. Меньшевики вместе с эсерами отстаивали помещичью крепостни­ческую собственность на землю, подавляя си­лой крестьянские восстания. На общих мень­шевистских позициях защиты власти контрре­волюционной буржуазии и помещиков стояли и троцкисты, а также изменники Каменев, Зи­новьев, Пятаков, Рыков, Бухарин, боровши­еся против курса большевистской партии на перерастание буржуазно-демократической револю­ции в социалистическую, против курса на дик­татуру пролетариата.

В июльские дни 1917 г. меньшевики уже открыто перешли в лагерь прямых врагов революции. «Эсэры и меньшевики окончательно скатились 4-го ию­ля в помойную яму контрреволюционности, потому что они неуклонно катились в эту яму в мае и в июне, в коалиционном министер­стве и в одобрении политики наступления» (Ленин, Соч., т. XXI, стр. 56—57).

В течение всего послеиюльского периода, вплоть до Великой Октябрьской социалисти­ческой революции, меньшевики направляли все усилия к тому, чтобы предотвратить надвигающуюся революцию и спасти буржуазную власть. Они вместе с эсерами восстановили смертную казнь на фронте и ввели военные суды для распра­вы с революционными солдатами, они разо­ружали рабочих, организовали и участвова­ли в московском государственном совещании, призванном расчистить дорогу генералу Кор­нилову. На государственном совещании лидер меньшевиков Церетели обменялся трогатель­ным рукопожатием с представителем контрре­волюционной буржуазии Бубликовым. Это зна­менитое рукопожатие Бубликова—Церетели было наглядным символом союза буржуазии и меньшевистской «демократии». Когда усили­ями рабочих и солдат, руководимых больше­вистской партией, корниловский мятеж был по­давлен, меньшевики и эсеры создали предпарламент, ко­торый был, по определению Сталина, не чем иным, как «выкидышем корниловщины», посред­ством которого меньшевики хотели «помочь буржуазии отодвинуть Советы на задний план и зало­жить основы буржуазного парламентаризма» (Сталин, Об Октябрьской революции, М., 1932, стр. 64).

Маневры меньшевиков и эсеров оказались обреченными на явный провал. Массы ушли так далеко влево, что никакими парламентскими ухищрениями их нельзя уже было удержать под влиянием эсеро-меньшевистских партий. Большевистская партия изолировала меньшевиков от ра­боче-крестьянских масс. В лагере меньшевиков царил в этот период полный разброд и распад. Сплочённости и единства не было в рядах меньшевистской партии даже в момент ее наибольших успехов, который совпадал с первыми днями и неде­лями Февральской буржуазно-демократической революции, когда значительные круги рабо­чих, обманутые меньшевиками и эсерами, были захвачены мелкобуржуазными соглашатель­скими иллюзиями.

На крайне-правом фланге меньшевизма стояла группа «Единство» (Плеха­нов, Алексинский и др.), занимавшая ультра-шовинистическую позицию. Эта группка ничем не отличалась от кадетов, и в ярости нападок на большевиков, в гнусной травле, которую она вела против вождя революционного проле­тариата Ленина, она даже перещеголяла каде­тов. За Плехановым шли правые оборонцы, группировавшиеся вокруг сборника «Само­защита» и ежедневной газеты «День», нахо­дившейся на содержании банков (Потресов, Маслов, Либер, Ст. Иванович). «Центр» (Дан, Церетели) вначале возглавлялся «Организа­ционным комитетом», а затем Центральным ко­митетом, причем «центр» в свою очередь рас­падался на правый и левый. «Центр» выражал официальную линию меньшевизма, прикрывал свое предательство пролетарских интересов «революционным оборончеством», исполнял ве­ления контрреволюции под флагом революции.

Далее шли т. н. «меньшевики-интернациона­листы», составлявшие левое крыло меньшеви­ков. Среди них тоже были свои группки. «Ле­вое» крыло было, во-первых, представлено Мартовым, Мартыновым, Астровым. Мартов возглавлял центральное бюро «меньшевиков-интернационалистов», находился в оппозиции к официальной организации меньшевиков. На демократическом совещании Мартов высказы­вался против коалиции с кадетами, ратовал за однородное «социалистическое» министер­ство. «Левые» зигзаги Мартова не помешали ему, как и всей его группе, оставаться в одной партии с отъявленными социал-империали­стами и выступать вместе с ними против рево­люционного авангарда пролетариата — боль­шевистской партии. В статье «Расхлябанная революция» Ленин дал следующую характери­стику внутрипартийному положению меньше­вистской организации: «У меньшевиков правое крыло перекочевало в „День“, возглавляемое Потресовым, которого „ласкает взорами любви“ само „Единство“ (бывшее вчера еще в блоке со всей партией меньшевиков на выборах в Пи­тере). Левое крыло сочувствует интернациона­лизму и основывает свою газету. Блок бан­ков с Потресовым через газету „День“, блок всех меньшевиков, вплоть до Потресова и Мар­това, через „единую“ меньшевистскую партию. Это ли не расхлябанность?» (Ленин, Соч., т. XX, стр. 562).

Расхлябанность «объединенной» организа­ции меньшевиков предстанет еще нагляднее, если учесть, что в ее состав входила также группа «Но­вая жизнь» (Суханов, Базаров, Авилов и др.). Об этой группе Сталин писал, что она «выра­жает настроения беспочвенных интеллигентов, оторванных от жизни и движения. Поэтому она вечно колеблется между революцией и контрреволюцией, между войной и миром, между рабочими и капиталистами, между помещика­ми и крестьянами» (Сталин, На путях к Октябрю, М.—Л., 1925, стр. 174). Заигрывая с большевиками, группа «Новая жизнь» под­держивала единство с меньшевиками, принима­ла активное участие в создании объединенной меньшевистской организации и созыва обще­российского съезда меньшевистской партии. Группа «Новая жизнь» была двойственной, половинчатой группой перепуганных неврасте­ников (см. Сталин, там же, стр. 270). Но этой двойственностью своей она служила верную службу именно оборонцам, которые в свою оче­редь служили контрреволюции.

Изгнанные из Советов, меньшевики превратили еще не переизбранный ЦИК Советов в свою по­следнюю цитадель. Здесь они развили усилен­ную деятельность, направленную к срыву во­оруженного восстания. Заодно с ними были предатель Троцкий и гнусные изменники Каме­нев и Зиновьев. Когда штрейкбрехеры Ка­менев и Зиновьев, а также Троцкий выда­ли врагу план и сроки восстания, меньшевики тотчас же созвали бюро ЦИК, постановившее отло­жить Съезд Советов. Меньшевики рассчитывали, что, от­срочив Съезд Советов, они дадут возможность изменникам усилить борьбу против Ленина и Сталина, рассчитывали использовать отсроч­ку для завоевания большинства на Съезде. Об­ливая потоками грязи большевистскую пар­тию, меньшевистская контрреволюция требо­вала от правительства, чтобы против выступления большевиков были приняты «меры са­мые решительные и энергичные».

Скрываясь за подписью ЦИК, меньшевики обраща­лись к массам с призывом «сохранить полное спокойствие». Всевозможными бедами грозили они пролетариату и солдатам, если те пойдут за большевиками и возьмут власть в свои руки. Заклинания меньшевиков не помогали.

Упорной борьбой в массах рабочего класса большевики добились полного разоблачения предательской природы меньшевиков. Массы пошли за большевиками. Власть буржуазии была сверг­нута. И вместе с буржуазией пошли ко дну и ее верные слуги — меньшевики. Длительная борьба большевиков за влияние на рабочий класс и трудящиеся классы была завершена победой большевизма, разгромом меньшевиков. «К ок­тябрьским дням 1917 года, когда история под­вела итог всей прошлой революционной борь­бе, когда история взвесила на своих весах удельный вес боровшихся внутри рабочего класса партий, — рабочий класс СССР сделал, наконец, окончательный выбор, остановившись на коммунистической партии как единственно пролетарской партии» (Сталин, Вопросы ленинизма, 10 изд., стр. 182).

Во всей своей борьбе против большевиз­ма российские меньшевики пользовались безраздельной поддержкой 2-го Интернационала, виднейшие вожди которого (Каутский, Бебель и др.) пыта­лись ликвидировать большевистскую партию и навязать рабочему классу России партию, построенную по образцу европейской социал- демократии. Победа Великой Октябрьской со­циалистической революции, крах меньшевиз­ма в России знаменовали собой «неизбежную победу ленинизма над социал-демократизмом в мировом рабочем движении» (Сталин, там же, стр. 209).

Период после Великой Октябрьской социалистической революции, период гражданской вой­ны, был, как отмечает Сталин, периодом окон­чательной гибели меньшевиков и эсеров, периодом окон­чательного торжества партии большевиков. «Меньшевики и эс-эры сами облегчили в этот период торжество компартии. Разбитые и пу­щенные ко дну во время Октябрьского пере­ворота, осколки меньшевистской и эс-эровской партий стали связываться с контрреволюционными восстаниями кулаков, сблокиро­вались с колчаковцами и деникинцами, пошли на услужение к Антанте и окончательно похо­ронили себя в глазах рабочих и крестьян. Картина создалась такая, что эс-эры и мень­шевики, превратившиеся из буржуазных рево­люционеров в буржуазных контрреволюцио­неров, помогали Антанте душить новую, совет­скую Россию, тогда как партия большевиков, объединяя вокруг себя все живое и революционное, подымала все новые и новые отряды рабочих и крестьян на борьбу за социали­стическое отечество, на борьбу против Ан­танты. Вполне естественно, что победа комму­нистов в этот период должна была привести и действительно привела к полному пораже­нию эс-эров и меньшевиков» (Сталин, там же, стр. 183).

Внутри меньшевистской партии произошло в этот период своеобразное распределение функций. Одна часть партии, т. н. меньшевики-активисты, возглавлявшиеся Либером, Вайн­штейном (Звездиным), Гарви и др., открыто настаивала на активной вооруженной борьбе с Советской властью, прямо и непосредственно участвовала в этой борьбе, входила в состав различных контрреволюционных заговорщиче­ских организаций («Союз возрождения» и др.), призывала на помощь белой армии иностран­ные войска, оказывая им решительную под­держку. Другая часть партии, представлен­ная «лево-центристскими» элементами (Мар­тов, Дан, Абрамович), занимала наиболее под­лую позицию: на словах отвергала «активи­стскую» платформу, а на деле не только не ис­ключала из рядов партии бело-меньшевистские организации, но тайно и явно сотрудничала с ними, вела дикую травлю Советской власти и коммунистической партии, пытаясь внести рас­кол и разложение в тылу борющейся Красной армии. Никаких действительных расхожде­ний между «активистами» и «лево-центрист­скими» элементами не было, ибо даже самые «левые» (Мартов и др.) принципиально не были против вооруженной борьбы с Советами, даже самые «левые» из меньшевиков предавали родину, всту­пали в изменнические сделки против своего народа с какими угодно грабителями-империалистами. В этот период меньшевики уже превратились в ничем не брезговавшую в своей борьбе про­тив социалистической родины наемную агентуру международного империализма.

Украинские меньшевики, одним из лидеров которых был бандит Петлюра, последовательно предавали украинский народ сначала германскому, по­том антантовскому и, наконец, польскому им­периализму. Грузинские меньшевики были находкой и орудием германского империализма, а после его поражения —империалистов Англии и Фран­ции, превративших «независимую» Грузию в свою колонию. В течение ряда лет (1917—20 гг.) меньшевики были правящей партией в Грузии, и все это время при них был иностранный хозяин, при помощи которого грузинские меньшевики вели поли­тику физического уничтожения рабочего класса, кровавой расправы с трудящимся крестьян­ством, предавали огню и мечу осетинские и аб­хазские деревни, снабжали армию Деникина и Врангеля оружием, припасами, вербуя и от­правляя в их распоряжение белые отряды.

Новую экономическую политику меньшевики расценивали как переходный этап от военного коммунизма к капитализму. Они требовали денационали­зации промышленности, изменения политического строя — «политического нэпа». Не решаясь вы­ступать под своим собственным знаменем, за­мызганным и вывалявшимся в белогвардейской грязи, меньшевики в этот период перекрасили «фасад» (Ленин), переоделись в «беспартийный на­ряд», проникали в советские учреждения в ка­честве «специалистов», используя все возмож­ности, чтобы вредить и пакостить Советской власти, всемерно помогая международному капиталу проводить экономическую интервенцию против Советского Союза й облегчая тем самым возможность будущей военной интервенции. Напор мелкобуржуазной стихии в начале нэпа, наплыв мелкобуржуазных элементов на фабрики и заводы, наличие капиталистических эле­ментов в экономике СССР, наличие капита­листического окружения служили питательной почвой для меньшевиков. Большевистская партия и Советская власть вели настойчивую борьбу по окончательной выкорчевке меньшевистских контрреволюционных групп. Из рядов меньшевиков ото­шли и те последние остатки рабочих элемен­тов, которые еще сохранялись среди них. В 1924 г. происходили конференции бывших меньшевиков, отхо­дящих от меньшевизма. Лидеры меньшевиков еще более тщательно законспирировали свои контрре­волюционные подпольные группы. Руководя­щий центр меньшевиков был еще раньше перенесен за границу — это так называемая «Заграничная делега­ция РСДРП», издававшая в Берлине белогвар­дейский журнал «Социалистический вестник» (начал выходить в феврале 1921 г.). Руководство меньшевистскими группами в СССР было воз­ложено на т. н. «Союзное бюро ЦК РСДРП», работавшее, как и «Заграничная делегация», по директивам разведывательных органов ино­странных государств. Грузинские меньшевики имели за границей свой центр, находившийся на содер­жании иностранных империалистов и по их ди­рективе спровоцировавший осенью 1924 г. воору­женное восстание в некоторых районах Грузии.

Вместе со всеми врагами социализма М. воз­лагали особенно большие надежды на раскол ВКП(б), на то, что троцкистско-зиновьевским, бухаринско-рыковским предателям удастся расстроить ряды большевистской партии и взор­вать изнутри государство пролетарской дик­татуры. В троцкистах, зиновьевцах, в Буха­рине, Рыкове и их приспешниках меньшевики видели своих естественных союзников, которые и на всех предшествующих этапах поддерживали с ними контакт, неоднократно пытаясь вместе с ними и эсеровско-кулацкими бандитами добиться свержения Советской власти и реставрации капитализма в СССР. Троцкисты-бухаринцы, часть верхушки которых уже давно являлась пря­мой агентурой иностранных разведок, целиком и полностью скатились в лагерь контрреволю­ции и даже стали в авангарде борьбы за свер­жение Советской власти, превратившись в наемную банду фашистских убийц, шпионов, вредителей и диверсантов.

Большевистская пар­тия вдребезги разбила расчеты меньшевиков, как и расчеты всех других врагов Советской власти, на то, что троцкистам и бухаринцам удастся сорвать дело построения социализма в СССР и повернуть нашу страну назад, на путь буржуазного развития. Под гениальным водительством Сталина ВКП(б) разгромила троцкистско-зиновьевских и бухаринско-рыковских предателей и шпионов, развернула на­ступление социализма по всему фронту, уси­ленно осуществляя первую пятилетку, одер­живая блестящие победы в построении со­циалистического общества. Эти победы вызвали бе­шеную ненависть империалистских хищников, развернувших усиленную подготовку новой вооруженной интервенции против Советского Союза и с этой целью активизировавших всю свою шпионско-вредительскую агентуру внут­ри СССР, в том числе и ее меньшевистскую разновидность.

Однако ОГПУ сорвало планы интервентов, разгромив основные организа­ции вредителей и шпионов, среди которых была в 1931 г. также разоблачена и разгромлена вре­дительско-шпионская организация меньшевиков. В марте 1931 г. шайка вредителей и шпионов, именовав­шая себя «Союзным бюро», предстала перед советским судом. Суд со всей наглядностью по­казал, что разгромленное чекистами так называемое «Союзное бюро» меньшевиков представляло собой не что иное, как разновидность агентуры иностран­ных разведок, действовавшей под видом «экономистов», «плановиков» в хозяйственных ор­ганах Советской власти. Суд показал, что вре­дительством и провокациями меньшевики-ин­тервенционисты подрывали материальное по­ложение рабочих масс, стремились организо­вать голод в рабочих районах, чтобы вызвать этим недовольство Советской властью и облег­чить ее свержение. Суд пригвоздил к позорному столбу и лидеров 2-го Интернационала, которые в течение всего послеоктябрьского пери­ода вдохновляли и поощряли контрреволюци­онную деятельность русских меньшевиков.

Победа социалистического строительства в СССР лишила остервенелых врагов социализма ка­кой бы то ни было базы в стране. Они могли найти и нашли эту базу только в фашистских разведках. В авангарде всех наемников фа­шистских разведок стала объединенная троц­кистско-бухаринская банда шпионов, вреди­телей, диверсантов и убийц, полностью слив­шаяся с фашистскими разведками. Поставив своей целью свержение существующего в СССР социалистического строя, восстановление в СССР капитализма и власти буржуазии и содействие иностранным агрессорам в поражении и рас­членении СССР,   — троцкистско-бухаринские изменники организовали по заданию фашист­ских разведок заговорщическую группу под названием «право-троцкистский блок», в пре­ступных, рядах которого было собрано все смрад­ное отребье всех отщепенцев, всех гнусных изменников. Активными участниками этого фа­шистского блока душителей народа, блока его коварных, лютых, подлых врагов явились и остатки контрреволюционной банды меньшевиков, уже давно превратившихся в профессиональных шпионов, вредителей и диверсантов, готовых любой ценой вернуть свободный советский на­род к ужасам капиталистического гнета и эксплуатации. Советская разведка, вооруженная сталинской бдительностью, руководимая сталин­ским наркомом Н. И. Ежовым (позднее Ежов был осужден как враг народа — прим. РП), раскрыла чудо­вищные дела и замыслы антисоветского «пра­во-троцкистского блока», и вместе со всей контрреволюционной сволочью — троцкистами, правыми, зиновьевцами, эсерами, буржуаз­ными националистами — были разоблачены и ликвидированы осиные гнезда меньшевистских наймитов фашизма.

БСЭ 1 изд., т.38 (1938 г.), к. 814-827

Меньшевики: 37 комментариев

  1. «Меньшевики никогда не представляли цельного тече­ния, не являлись единой сплоченной организа­цией…» — однако как они грамотно «развернули» на 180 градусов партию ВКП(б) в 53 и развалили СССР в 90е.
    Недооценили противника?
    Может, у них есть чему поучиться нынешним марксистам-большевикам?

      1. организованности, тонкой пропаганде, решительности, умению собраться и сконцентрироваться, конспирации, умению пробраться в высшие органы власти, используя лозунги этой власти, умению «работать с массами» — ведь СССР был развален совершенно малыми силами (!), небольшой кучкой людей, в то время, пока заранее оболваненное общество «уже ничего не понимало».
        Это горький опыт, но произошедшее пока никто не осмыслил и до конца не ответил на вопрос «Как это произошло» и когда именно и в чём был допущен промах.
        И опыт надо перенимать не большевикам (большевиков пока нигде нет), а тем, кто хочет стать таким, как большевик и делать так как большевик.
        Ибо большевики таких ошибок не допустили бы…

        1. СССР не был «развален малыми силами», он был разрушен огромными силами — силами всей мировой буржуазии! Для начала Вам стоит это как следует понять, встав на классовую точку зрения пролетариата. Вы же пока отражаете классическую м\б позицию, полагая, что методы и формы борьбы у буржуазии и рабочего класса могут быть одинаковыми. Извините, нет! Они принципиально разные!

          Буржуазия не может бороться и даже просто сохранять свое классовое господство, не используя тотальную ложь и обман трудового народа, не мимикрируя под его друзей и защитников, не выдавая свои классовые интересы за интересы всего народа. Рабочему классу этого ничего не требуется — он сам есть наиболее яркий представитель трудящихся и эксплуатируемых масс. Потому его метод — правда и искренность.

          Отсюда, например, то же «умение работать с массами» означает для буржуазии и РК совершенно разные и даже полностью противоположные действия. РК необходимо массы организовать, подготавливая их к революции, а буржуазии — разобщить во что бы то ни стало, чтобы не допустить этой революции, или когда она уже произошла, дезориентировать массы и под шумок проводить свою политику постепенного разрушения и торможения социалистической экономики.

          Аналогично совершенно невозможно для РК применять такой способ как двурушничество«пробраться в высшие органы власти, используя лозунги этой власти». Вы просто абсолютно не понимаете того, о чем говорите! Ведь то, что Вы предлагаете, призывая учиться у классовых врагов, есть полнейшее предательство интересов трудящихся масс! В высшие органы буржуазной власти могут попасть и попадают на деле только крупные капиталисты, и они проводят только и исключительно политику притеснения и угнетения масс. Зачем РК такие «коммунисты», которые годами занимаются тем, что усердно угнетают рабочих? Кто им будет верить? Чем они будут отличаться от врагов рабочего класса, от самой буржуазии? Да ничем абсолютно! Они ведь ей будут прислуживать! Усердно прислуживать годами и десятилетиями, как это, например, сейчас делает КПРФ. И неважно, какими словами это предательство будет прикрываться. Неважно, что хотели другого. Важно то, что в итоге действия таких коммунистов-двурушников будут на пользу буржуазии и во вред рабочему классу!

          Почему Вы сами не додумались до этих простых аргументов? В чем Ваша ошибка? А в том, что Вы, во-первых, до сих пор полагаете государственную власть не классовым институтом, а «стоящим над народом». И во-вторых, подходите к вопросам идеалистически, а не материалистически.

          Отсюда Вы и не можете понять, что произошедшее с СССР «осмыслено», и на вопрос «Как это произошло и когда именно и в чём был допущен промах» давно ответили — на него ответил еще Сталин в куче своих статей и выступлений. Он годами говорил об этом. Ленин говорил о том же самом. РП много раз тыкал носом в эти ответы классиков — печатаем статьи в рубрике «Забытые истины», публикуем «Политсловарь», где все разжевано. Была бы охота все это понять! Да, РП подробненько в одном материале это не разъяснил и в рот не положил, но это и невозможно сделать в виду громадности объема информации и необходимости, по сути, излагать весь марксизм. Вы же ждете простых, примитивных ответов, а их нет и быть не может, ибо общественное развитие — штука чрезвычайно сложная. Учитесь всерьез, «осмыслите» и Вы.

    1. Уважаемый Гаррий, извините, но на основании чего вы сделали вывод, что именно и только меньшевики «грамотно «развернули» на 180 градусов партию ВКП(б) в 53 и развалили СССР в 90е». Если можно, то, пожалуйста, назовите источники, статьи, книги.
      Моя просьба — не подвох. Причины разрушения СССР нужно выявлять и изучать, без этого мы ничего не поймем и не сделаем правильных выводов, не сможем объяснить трудящимся трагедию нашей страны, а значит не можем вести эффективную пропаганду среди трудящихся идей МЛ.

      1. В данном случае тов. Гаррий прав, политика, проводимая в СССР, начиная с июля 1953 г., была классически меньшевистской, правооппортунистической. Все это предлагалось «партийной оппозицией» еще в 20-30 гг. и совершенно справедливо было раскритиковано большевиками. Напомню, что зиновьевцы, троцкисты и т.п. — это разновидности меньшевизма.

          1. Тоже неверно. Они правили до Перестройки, а потом благополучно отдали власть мировому крупному капиталу.

    2. > Недооценили противника?

      Сравните численность большевиков в 1917, и численность эсеров. Кого недооценили-то?

      Тут другая проблема — меньшевики это инструмент, которым буржуазия пользуется для достижения своих целей. Она их содержит.
      Поэтому недооценили классового врага — буржуазию. Но так тоже нельзя сказать, Вам alex выше пояснил, что опасность перерождения авангарда партии в буржуазию всегда есть, с ней надо бороться. С ней и боролись в 20-30-ые годы. И даже в 40-ые пытались.

      > Может, у них есть чему поучиться нынешним марксистам-большевикам?

      У большевиков другой «тип», если можно так выразиться. Если меньшевики есть инструмент в руках буржуазии, то у большевиков пролетариат есть инструмент.
      То есть правильным будет звучать вопрос —
      «А чему поучиться у буржуазии большевикам?»

      Ну и Вы правильно заметили, что большевики всегда делали упор на ОРГАНИЗАЦИЮ, чтобы противопоставить буржуазной организованности организованность пролетариев.

      Больше у них нечему учиться.

      1. Ну, Вы тоже загнули… Пролетариат для большевиков не «инструмент», большевики — это сам пролетариат, его наиболее сознательная и активная часть.

        1. Согласен. Надо было посидеть, подумать, и оформить текст наглядно для понимания разницы между субъектом и объектом.

          Просто было лень, извините.

    3. Лучше учитесь понимать кто перед Вами, что бы не пролезла контра на руководящую должность или не попасть впросак.
      Недавно у меня был разговор, аки невзначай с одним уже дедом.
      Я выяснил, что он был при советской власти в колхозе на какой то начальствующей должности.
      После анализа беседы с ним я сделал вывод, что одним из первых косвенных признаков по которому можно понять, что перед вами не рабочий класс это то, что у него «народ» обленился и работать не хочет. Второй признак это уход в беседе от конкретики к чему то абстрактно отвлечённому в духе «-Раньше бабы были красивее и трава зеленее».

  2. После статья «Меньшевики» в БСЭ-1(38,828-830) следует маленькая, но очень содержательная статья «Меньшевиствующий идеализм», которая может быть добавлена к «Политсловарь»-я. М. и. – снаряд бронебойный в гегелианщина/деборинщина/поповщина… (и тов. Сталин так думал 😉 )
    Так и так взял слово, по мое мнение в последнее время на РП появились статии, достойные для рубрики Важные материалы — давно она не пополнялась. А ети статии читается. (кк).bg

  3. И все же в статье из БСЭ очень много оценочных прилагательных: гнусный, предательский, отъявленный, мошеннический. Нам сейчас нужны как доказательства не оценочные суждения (хотя и справедливые), а конкретные факты. Даже более того, именно сейчас следует знать лозунги и идеи меньшевиков, чтобы их распознать в нашей сегодняшней жизни и указать на эту связь и преемственность в беседах. В этом отношении статья даёт мало фактов. Читать специально Троцкого, Мартова и прочих господ для выявления их лозунгов в ущерб чтению марксисткой литературе не эффективно. Я понимаю, что когда статья писалась в 1938 г, конкретные факты и действия меньшевиков были общеизвестны. Сейчас — иная ситуация. И нам нужен не праведный гнев, а наиболее яркие факты.

    1. Вы ошибаетесь, самое главное о меньшевиках в статье как раз сказано. Классовая сущность их идеиологии и действий отмечены четко. И без «оценочных суждений» здесь, извините, не обойтись — ибо сидеть между двух стульев, изображая из себя объективистов», мы не будем, как никогда себе этого не позволяли и большевики, твердо стоявшие на точке зрения пролетариата.
      Не устаивает общий анализ, нужны детали и факты — ПСС Ленина и Сталина и материалы съездов к Вашим услугам. Короче, извините, не получится.

      1. ! to наталья.

        «И все же в статье из БСЭ очень много оценочных прилагательных: гнусный, предательский, отъявленный, мошеннический.«.

        Язык БСЭ-1 – ето язык сознательного пролетариата, язык Ленина и Сталина (как и alex отмечает), это язык диалектического материализма { cite Маркс: «„Харесвам нашата работа – да наричаме нещата с истинските им имена»(bg) == «Нам нравится эта работа – называть вещи своими именами.» }… Если оставим наталья удалить слова которые её не нравяться – получаем язык идеализма, получаем политкорректност, толерантност, плурализм, «свобода слова» и прочие бурж.демократические гадости, извините, «ценности» — они сейчась в изобилии …

        Ещё раз упоминаю «Краткий философский словар» Розенталья-Юдина 1954 – там НАШ язык, возьмите и последующие издания тоже самого словарья – и увидите как постепенно удаляли и заменяли «плохие словца». В конце концов получили то что на дворе – очень хорошая иллюстрация — картина великого мещанского художника глазунова илья ( † ему ) «Рынок нашей демократии«,1999 – внимателно рассмотрите, не пожалеете. { Злая Собака } (кк).bg

  4. «…противопоставляя большеви­стскому лозунгу национализации земли бур­жуазно-либеральное требование муниципали­зации земли.»

    Прошу объяснить чем отличается национализация от муниципализации? Примерно представляю, что большевики требовали, чтобы вся земля принадлежала государству рабочих и крестьян — это национализация, а меньшевики призывали раздать её тем, кто на ней живет — это муниципализация (т.е. управление конкретно одним районом, на котором и проживает) Правильно?

      1. Указано, что Ежов и Ягода являлись врагами народа. Также известно, что при Берии некоторые дела пересматривались. Применялось ли рукоприкладство сотрудниками НКВД по отношению к подсудимым и подозреваемым во времена Ежова и Ягоды?

        1. Применялось. Берия, когда в 1938 году, возглавил НКВД, этим вопросом занимался особо — он крепко почистил органы от троцкистов и их пособников, фабриковавших дела на невиновных и применявших ходе следствия в том числе и такие позорные методы. Контра не церемонилась с народом, ей было крайне важно любыми способами вызвать недовольство советского населения.

            1. Да, обещали. Но информации много новой появилось. Потому и задерживаем. Информации вообще вал, не знаем за что хвататься, какая тема важнее. Чего не коснешься, вроде все важное. Тут рота литераторов нужна, чтобы все описать. А у нас пишущих марксистов единицы, да и те вынуждены работать ради пропитания.

              1. По моему, на л.п.берия надо кресть поставить.
                Все таки последнее слово — Ваше! (кк).bg

  5. Как же так получилось, что почти все члены Политбюро при Ленине (Троцкий, Зиновьев, Каменев, Бухарин, Рыков, Крестинский, Сокольников) оказались меньшевиками?

    1. Далеко не все — посмотрите составы ЦК и Политбюро, избранные съездами, начиная с 8 съезда партии (первого, послереволюционного). Контра среди них — меньшая часть, можно сказать даже незначительная. Причем все они еще до революции межевались между меньшевизмом и большевизмом, а некоторые, как Троцкий например, прямо состояли в меньшевисткой партии в дореволюционной период.

      1. ЦК избранное VIII съёздом (19 человек):
        1. Белобородов — троцкист
        2. Бухарин — правый
        3. Дзержинский — в 1918 левый коммунист
        4. Евдокимов — зиновьевец
        5. Зиновьев — зиновьевец
        6. Калинин — большевик
        7. Каменев — зиновьевец
        8. Ленин — большевик
        9. Муранов — большевик
        10. Крестинский — троцкист
        11. Радек — троцкист
        12. Раковский — троцкист
        13. Серебряков — троцкист
        14. Смилга — троцкист
        15. Сталин — большевик
        16. Стасова — большевик
        17. Стучка — большевик
        18. Троцкий — троцкист
        19. Томский — правый
        Т.е. из 19 только 6 твёрдых большевиков. Явное меньшинство.

        1. У Вас чисто метафизический подход, а не научный, не диалектический. Во-первых, я говорил о съездах мн.ч), а не о съезде (ед. ч). Во-вторых, и это самое главное — на момент 8 съезда эти люди не были троцкистами\правыми и пр. Они проводили большевистскую политику, хотя некоторые из них и допускали отдельные колебания. На сторону контрреволюции они перешли позднее, в период генеральной перестройки экономической системы — в период индустриализации и особенно коллективизации страны, т.е. закладывания основ социализма.

          Вы же подходите к вопросу не конкретно-исторически, как того требует марксизм, а абстрактно, не учитывая того, что и люди меняются, и условия, в которых они действуют, тоже меняются; не учитывая вообще специфической ситуации, в которой происходила Октябрьская революция и задач, которые она решала.

          В чем тут суть дела? А в том, что у революционного пролетариата в 1917 году было 2 задачи: 1)доведение до конца буржуазно-демократической революции (которую Временное правительство не решило), т.е. уничтожение в стране остатков феодализма, и 2) построение социалистического общества. Отсюда вместе с большевиками до периода выполнении ими 1 задачи шла и революционная демократия (выразители интересов мелкобуржуазных слоев населения страны). Меньшевики, как и эсэры, как раз и являлись важнейшей и яркой составной частью мелкобуржуазной демократии. Потому зачительная часть из них до определенного времени шла вместе с большевиками и поддерживала их политику, пока большевики не стали осуществлять чисто социалистические преобразования. Как только дело дошло до индустриализации и коллективизации, тут сразу же проявились и классовые противоречия между буржуазной демократией, как выразителем класса мелкой буржуазии (а значит и буржуазии вообще!) и коммунистами (как выразителями интересов пролетариата и беднейшего крестьянства).

  6. Один съезд я взял для примера, анализ изменений состава ЦК или даже Политбюро занял бы очень много места.
    1. Я не понял: менялась позиция людей, которые вошли в меншевистские фракции или позиция этих фракций совпадала на определённых этапах с позицией большевиков? Троцкисты по-моему всегда были отдельной фракцией.
    2.Троцкисты и зиновьвцы размежевались с большевиками до начала индустриализации и коллективизации.

    1. Нет, вы ошибаетесь и в 1-м и во 2-м. Не заставляйте меня рассказывать Вам историю партии. Все материалы и документы есть здесь на сайте, а материалы съездов доступны в сети.

      1. Троцкий выведен из политбюро в октябре 1926, за два года до начала первой пятилетки, которая считается началом индустриализации. Или я что-то путаю?

        1. Не столько путаете, сколько не учитываете важнейших вещей, и в частности того, что до того, как план индустриализации страны стал претворяться в жизнь, он должен был разрабатываться, и разрабатываться на основе четко установленной политической линии, которая как раз и была определена в конце 1925 года на 14 съезде ВКПб. Потому очередное выступление троцкистов против большевиков и приходится на 1925-1926 гг. Аналогично и с коллективизацией, курс на которую был дан на 15 съезде ВКПб (конец 1927 г.), что вызвало истерику у зиновьевцев и бухаринцев. Политика коллективизации (фактически социалистическая революция в с\х), предложенная большевиками, окончательно уничтожала в стране все эксплуавтаторские классы, лишая их экономической возможности возрождения. Отсюда объединение между собой всех контрреволюционных сил в стране, которые стояли на позиция сохранения в какой бы то ни было форме, но все-таки частной собственности на СП, отлично понимая, что сохраняя эту поганую основу, можно надеяться на реставрацию в стране капитализма. Как прямое следствие этого объединения контрреволюции — активные террористические выступления контры (вредительство, диверсии, убийства и т.п.), пресеченные «репрессиями 30-х гг.».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

С правилами комментирования на сайте можно ознакомиться здесь.